Князья тьмы. Пенталогия - Вэнс Джек Холбрук - Страница 223

Подойдя к двери кабинета Жаркова, он заглянул и туда. Там тоже было пусто. Оставив дверь кабинета открытой, Герсен прошел по коридору в чертежный зал и присел в стороне от входа.

Он ждал. Прошло полчаса. Направление лучей Кóры, проникавших через западные окна чертежного зала, начинало приближаться к горизонтали.

В Герсене росло напряжение. Секунда проходила за секундой с почти слышимым глухим стуком.

Ему надоело сидеть. Герсен встал и занял позицию, в которой он мог одновременно видеть через стеклянную перегородку закрытую входную дверь приемной и, повернув голову, открытую дверь кабинета Жаркова.

В коридоре послышались шаги. Герсен прислушался: шел один человек. Кто бы ни был «важный посетитель» Жаркова, он еще не прибыл.

Входная дверь отодвинулась: в приемную зашел Жарков. Отступив за стеллаж, закрывавший часть стеклянной перегородки, Герсен наблюдал за инженером через промежуток между книгами.

Жарков направился к кабинету; у него в руке был небольшой чемоданчик. По пути он заглянул в отделение секретарши и нахмурился. «Уродливый и неприятный тип!» — подумал Герсен. Отталкивающая внешность инженера только подчеркивалась изощренно завитыми колечками крашеных светлых волос. От него исходила эманация серьезной угрозы. Бормоча что-то себе под нос и тяжело ступая, Жарков зашел к себе в кабинет. Чтобы остаться незамеченным, Герсену пришлось опуститься на корточки.

Глядя в щелку между справочниками, Герсен видел, что Жарков поставил свою ношу на стол, открыл чемоданчик и вынул из него плоскую черную коробку с большой янтарной кнопкой сверху. Жарков разместил эту коробку точно посередине стола, после чего уселся в кресло. Лениво развалившись, инженер мрачновато поглядывал в окно — не на парк, а куда-то дальше, в сторону Льяларкно.

Герсен вышел из укрытия в коридор, разделявший чертежный зал и кабинет инженера. Жарков услышал скрип половиц; резко повернувшись в кресле, он уставился на Герсена, заходившего в кабинет. Несколько секунд Жарков и Герсен молча смотрели друг на друга. Герсен сделал три медленных шага вперед, и теперь стоял почти вплотную к столу.

Наконец Жарков спросил: «Так кто же вы такой?»

«Меня зовут Кёрт Герсен. Вы когда-нибудь обо мне слышали?»

Жарков коротко кивнул: «Мне о вас говорили».

«Я скупил контрольный пакет акций «Котцаша» и поручил Паншо прекратить все работы на Шанитре. Надо полагать, он вам об этом сообщил?»

Жарков кивнул — на этот раз медленно: «Он не преминул мне об этом сообщить. Зачем вы прилагаете столько усилий? Что именно вас интересует?»

«Прежде всего меня интересовали финансовые средства фонда «Котцаш». Вчера я перевел на свой банковский счет почти пять миллионов СЕРСов».

Жарков прищурился: «В таком случае мне придется выставить счет вам».

«Не трудитесь».

Инженер, казалось, не расслышал последнее замечание Герсена. Он взял со стола черную коробку и переместил ее на подоконник рядом со спинкой кресла: «И что же? Чего вы от меня хотите?»

«Я хотел бы с вами поговорить. Вы ожидаете посетителя?»

«Возможно».

«У нас еще есть время немного поболтать. Позвольте мне кое-что рассказать о себе. Я родился в месте под названием Монтплезант. Через несколько лет этот городок был уничтожен синдикатом пиратов-работорговцев. Одним из главарей пиратов был некий Ленс Ларк — убийца, вор и мерзавец, каких мало. Ленс Ларк — дарш, на самом деле его зовут Хуссе Бугольд. Уже в молодости он стал изгоем — «отморозком» — и потерял мочку уха. Мочки другого уха он лишился недавно, в «Шатре Тинтля» в Рат-Эйлеанне. Почему мне это известно? Потому что это я отрезал ему вторую мочку. Мадам Тинтль, надо полагать, запекла ее в следующей порции ахагара».

В глазах Жаркова сверкали желтые огоньки. Он резко поднялся на ноги и произнес старательно сдержанным тоном, четко выговаривая слова: «Ваши слова меня оскорбляют, так как Ленс Ларк — это я».

«Я уже догадался, — отозвался Герсен. — Я пришел, чтобы тебя убить».

Ленс Ларк протянул руку под край стола: «Еще посмотрим, кто кого убьет. Для начала я отрежу тебе ноги». Ларк нажал кнопку, но из-под стола не вырвался ожидаемый веер энергии — Герсен отсоединил проводку, когда устанавливал микрофоны.

Ленс Ларк пробормотал проклятие и выхватил из кармана лучемет. Герсен выстрелил — игла взорвалась в руке Ларка. Князь тьмы выронил оружие и взревел от боли. Неуклюже обогнув стол, он бросился на врага. Герсен схватил стул и ткнул им в лицо Ларка. Тот отбросил стул в сторону одним взмахом мощной руки. Герсен подступил к нему вплотную, ударил Ларка коленом в пах и ребром ладони правой руки — по шее. Отскочив, Герсен увернулся от удара увесистого кулака, пнул Ларка под колено сзади и одновременным толчком в плечо заставил его потерять равновесие и свалиться на пол. Кудрявый светлый парик слетел с головы Ларка, обнажив бугристый лысый череп и обрезанные уши.

Герсен присел на край стола и направил дуло дедактора на грудь Ленса Ларка: «Сейчас ты умрешь. Жаль, что не могу тебя убить десять раз подряд».

«Паншо меня предал!»

«Паншо сбежал, — сказал Герсен. — Но он никого не предавал».

«А тогда — как ты меня узнал?»

«Я узнал твое лицо на макете чертежника. И понял, в чем состоит твой план и почему тебе понадобился «Котцаш». Ничего у тебя не получится».

Мышцы Ленса Ларка напряглись, он попытался схватить Герсена за ноги, но руки его не слушались — он едва сумел ими пошевелить. Князь тьмы уставился Герсену в лицо: «Что ты со мной сделал?»

«Я отравил тебя клютом. Теперь ты чувствуешь жжение в шее, под затылком. Твои руки и ноги уже парализованы. Через десять минут ты умрешь. Пока ты будешь умирать, думай о том, сколько вреда ты нанес ни в чем не повинным людям!»

Ленс Ларк судорожно вздохнул: «Коробка на окне... Дай ее мне!»

«Не дам. Мне доставляет удовольствие нарушать все твои планы. Помнишь Монтплезант? Там ты убил моего отца и мою мать».

«Возьми коробку! — хрипел Ленс Ларк. — Отодвинь щиток, нажми кнопку!»

«Нет! — ответил Герсен. — Никогда».

Ленс Ларк начинал биться на полу — все его внутренности горели, сжимались и сворачивались. Герсен вышел в приемную и стал ждать. Прошло несколько минут. Из кабинета все еще доносились звуки — мышцы Ларка судорожно сокращались и растягивались, разрывая сухожилия. Его дыхание превратилось в клокочущие хрипы. Через девять минут он застыл, скорчившись в нелепой, неправдоподобной позе. На десятой минуте он перестал дышать. Еще через минуту он умер.

Герсен, сидевший в кресле приемной, глубоко вздохнул и медленно выдохнул. Он чувствовал себя постаревшим, уставшим, опустошенным.

Шло время. Герсен поднялся на ноги и вернулся в комнату, которую прежде считал «кабинетом Жаркова». За окном уже сгущались сумерки. Над холмами Льяларкно всходила яркая полная луна — Шанитра.

Герсен взял черную коробку с подоконника, подержал ее в руках, взвесил, словно пытаясь почувствовать заложенную в ней власть. В нем боролись противоречивые побуждения. Он вспомнил строгое, непреклонное лицо Адарио Чансета и невесело усмехнулся. Ленс Ларк прилежно и долго трудился, чтобы устроить свою самую злостную, самую незабываемую проделку! Неужели все эти труды и расходы затрачены впустую? Учитывая тот факт, что в данном случае побуждения Ленса Ларка и Герсена полностью совпадали?

«Ну уж нет! — сказал себе Герсен. — Конечно, нет».

Он отодвинул предохранительный щиток коробки, положил палец на янтарную кнопку...

И нажал ее.

Серебристая поверхность Шанитры вскипела; огромные куски луны, медленно кружась, разлетались в стороны; фрагменты поменьше струями расплывались во всех направлениях; облако пыли образовало кольцевой нимб, светившийся в лучах Кóры.

Мало-помалу пыль рассеялась в пространстве. Взорванный материал осел, образуя новые сочетания возвышенностей и впадин. Теперь ранее бесформенная поверхность Шанитры приобрела безошибочное сходство с уродливой физиономией Ленса Ларка — с необрезанными длинными мочками ушей, с лысым бугристым черепом, со ртом, расплывшимся в идиотской ухмылке.