Горькая брусника (СИ) - Медведская Наталья Брониславовна - Страница 6

   Я вернулась в квартиру: поход к Вадиму больше не требовался. Поплакала еще немного, умылась холодной водой и подошла к окну открыть форточку. Мне показалось, в комнате не хватает воздуха. В сквере на лавочке сидел Горилла и как полный идиот, прикрывался газетой, делая вид, что читает. Закрыть этим листком бумаги его огромную фигуру, все равно что спать, укрывшись носовым платком. Я поспешно юркнула за штору, потом сообразила: сквозь тюль меня не видно. Джанибек время от времени посматривал то на мои окна, то на дверь подъезда.

   "Что происходит? Неужели он следит за мной? Значит, видел и Егора Петровича. Что за странные дела творятся вокруг меня?", - задавала я себе вопросы и не находила ответа.

   В сумочке Алены я обнаружила ключи от ее новой квартиры и решила завтра же побывать там.

***

   В квартире сестры был кавардак: вещи из шифоньера выброшены на пол, мебель отодвинута от стен, на кухне открыты шкафчики, все перевернуто и разбросано.

   "Кто это сделал и почему?" - крутились вопросы в голове. Я набрала номер телефона, который оставил мне Егор Петрович. Колобку и Горилле звонить не стала, почему-то эта парочка не вызывала у меня доверия.

   - Егор Петрович, вы еще в городе?

   В трубке послышались чьи-то голоса, и раздался звук закрываемой дверцы машины.

   - Собирался вернуться в Апшеронск. Что-то случилось?

   - Я в квартире Алены. Здесь все перевернуто вверх дном. Явно что-то искали.

   - Ничего не трогай. Буду минут через двадцать. - Следователь отключил трубку.

   Я недоуменно посмотрела на телефон и пожала плечами. Егор Петрович не соврал, уже через четверть часа он стоял на пороге квартиры и осматривал замок.

   - Специалисты снимут пальчики, а я аккуратненько пройдусь. - Мужчина надел перчатки. - Ничего себе разгромчик! - присвистнул он. - Что же они искали?

   - Да кто они? - изумилась я.

   - Понятия не имею. Но искали усердно и знали: никто не помешает. А это означает: понимали, что в квартиру вернуться некому, - пояснил следователь. - Ты совсем не знала свою сестру, - уверенно добавил он.

   Предательские слезы обожгли глаза.

   - Не успела узнать.

   От входной двери послышались голоса. Я насторожилась. Егор Петрович успокоил меня:

   - Оперативно-следственная группа.

   Я села в уголок дивана и стала наблюдать за работой экспертов. Под шумок не заметила, как задремала. Нормально я не спала уже несколько дней: со дня известия о гибели Алены. Разбудил меня пожилой следователь.

   - Настя, мы закончили. Ты тут остаешься или поедешь к себе?

   Я помассировала припухшие глаза.

   - Поеду в студию. Хочу поговорить с подругами сестры.

***

   Ансамбль "Соловейко", которым руководила Алена, снимал помещение в городском доме культуры. Там я и нашла коллег сестры. Девушки, видимо, разучивали новую песню, при моем появлении они прекратили играть, и отложили инструменты в сторону. Цокот моих каблуков громко раздавался в гулкой полупустой комнате. Под неодобрительными взглядами девушек я невольно стала ступать на носочки. В комнате кроме музыкальных инструментов: ударной установки, пианино, гитар, саксофона, электробаяна и пары стульев возле окна больше ничего не имелось.

   "Ладно, поговорим стоя", - решила я. Раза два я присутствовала на концертах "Соловейко" и немного знала участниц ансамбля. Жгучая брюнетка Оля обладательница прозрачных голубых глаз посмотрела на меня с подозрением.

   - Что ты хотела узнать?

   - Расскажите, пожалуйста, что произошло в Вереево? Как погибла моя сестра? - спросила я у девушек. По телефону они почему-то очень неохотно пообещали встретиться со мной и побеседовать об Алене.

   Оля прислонила гитару к стене и сложила руки на груди.

   - Вода в реке Агоя всегда холодная и чистая, как слеза, а вечером и ночью так вообще ледяная. Мы поужинали и уже лежали в кроватях, когда в голову Алене пришла бредовая идея: искупаться при луне. Мы отказались на отрез, и твоя сестричка отправилась на речку сама.

   - Когда вы поняли, что она пропала?

   - Мы подождали ее немного и легли спать, а утром обнаружили: Алена не вернулась. Пошли к реке - на берегу нашли ее вещи и сумочку, - добавила Вера, крашеная блондинка с карими глазами.

   - Что дальше? - Я еле сдерживала раздражение. Равнодушие участниц ансамбля к судьбе сестры поразило меня до глубины души.

   - Дальше... Догадались, что стряслась беда. Я осталась у реки, а Вера и Ольга пошли к местному участковому, - продолжила рассказ Женя - полная, рыхлая шатенка - третья участница ансамбля. - К обеду приехала следственная бригада. Водолазы обыскали реку рядом и вблизи места, где предположительно купалась Алена. Нашли обрывки ее купальника, он зацепился под водой за камень. Вот и все, что мы знаем. - Женя вытерла носовым платком капли пота на лице.

   В помещении было душно, две крохотные открытые форточки не очень-то помогали проветриванию комнаты.

   - Вы отпустили ее одну, ночью, и спокойно легли спать, - возмутилась я.

   - А что мы могли сделать! Мне жаль ее. Но поверь: твоя сестричка очень самодостаточная особа. Если она что-то вбила себе в голову - не остановить, - усмехнулась Ольга - Ее не интересовало ничье мнение.

   Я удивленно посмотрела на них: моя сестра никогда не была упертой - это моя прерогатива. Алена всегда отличалась осторожностью. Девушки если и смутились, то чуть-чуть.

   "Им на самом деле плевать на Алену, им все равно, - поняла я. - Что же они за люди?"

   Я заметила: все трое странно выглядят. Ольга явно светловолосая, но почему-то выкрасила волосы в иссиня-черный цвет. Вера - брюнетка от природы зачем-то стала блондинкой, Евгении же совершенно не подходил огненно-рыжий цвет. Он сделал ее лицо совсем бесцветным.

   "Они не только равнодушные, - зло отметила я. - но и вкуса совершенно не имеют, выглядят, как чучела".

   Девушки скучающе смотрели по сторонам и откровенно выжидали, когда я уйду.

   - Алена была вашей солисткой, помогала вам зарабатывать деньги, а вы не очень-то расстроены ее исчезновением, - выпалила я. Сейчас меня раздражали не только они, но и тяжелая смесь запахов пота, слишком сладкого парфюма и чипсов. У меня разболелась голова и слегка затошнило.

   - Это она-то помогала нам зарабатывать? Аленушка, - издевательским тоном произнесла Вера, - срывала нам уже оплаченные концерты. Без объяснения причин исчезала на несколько дней. Она игнорировала и презирала нас. Последний раз назвала лохушками. Это ее идея. - Девушка дернула себя за пережженные волосы и просюсюкала, подражая голосу Алены: - Мы должны ярко выглядеть: две блондинки, брюнетка и шатенка - это сразу бросается в глаза. Твоя сестричка если хотела, могла быть очень убедительной.

   "Значит, уродский вид девушек - заслуга Алены", - удивилась я.

   - Кстати, поехать в Апшеронский район, собирать фольклор - ее идея, - добавила Женя. - Мы не могли понять, зачем это надо, если мы поем современную попсу. Алена сказала: "Попробуем осенью выступить на фестивале фольклорной песни. Нужно поднимать планку". Мы загорелись этой идеей. - Толстушка с досадой стукнула кулаком по медной тарелке. Инструмент отозвался дребезжащим звуком.

   - Ну и как, нашли старинные песни или частушки? - пробурчала я. На душу легла тяжесть, стало больно дышать.

   - Ничего мы не нашли. Все напевали одно и то же. В сборнике народного творчества и то больше песен. - Вера враждебно посмотрела на меня. - Только зря потратили деньги и время.

   - Девочки, а почему вы не хотите признавать, что хорошо зарабатывали? Алена, например, внесла большой взнос за квартиру, - не отставала я от ставших мне неприятными коллег сестры.