Авалон: Хроники Бессмертных (СИ) - Ермаков Антон - Страница 70

     – Да ладно вам, наговорили! – засмеялся Слава. – Но всё-таки согласитесь – эффектно получилось, да?

     – Более чем, – Сеня энергично закивал головой.

     – Нельзя все это вот так оставлять, – нахмурилась Маша, осматривая наступивший разор. – С точки зрения мастерства, конечно, замечательно, но туда могут какие-нибудь маленькие зверушки упасть, или ещё чего, да и выглядит не эстетично. Надо прибраться, – она аккуратно присела на колени, стараясь не вымазаться свежей землей, и приложила правую руку к краю воронки, к кускам вывороченной земли, и прикрыла глаза. Хотя выбоина и не исчезла полностью, но яма тут же затянулась свежей зеленой травой, став практически незаметной, было похоже, будто на кровоточащую рану наложили аккуратную, чистую повязку.

     – Ну вот, теперь почти ничего и не видно, – удовлетворенно произнесла Малиновская, оглядывая местность.

     – Да, неплохо сработано, – констатировал Славик.

     Спустившись по пологим склонам в долину, ребята встретились с Флавиусом и Сильфидой и, как обычно, поприветствовав друг друга, разошлись в разные стороны. Семён в сопровождении Флавиуса направился в замок для новой тренировки с металлами. К ним ненадолго присоединилась Настасья, которой необходимо было посетить Библиотеку, чтобы отыскать нужные ей для более глубокого изучения собственной стеклянной магии энциклопедии, а также иные списки и собрания по веществам и минералам. Слава с Сильфидой пошли на самые дальние, окраинные заливные луга, туда, где узкая полоса леса почти вплотную примыкала скорее осязаемым, чем видимым зелёным контуром к берегам вечно спокойных вод Великого озера. Они специально уходили настолько далеко – там Вячеслав мог практиковать свои особенно разрушительные творения магии Земли, при этом не опасаясь покалечить кого-то или причинить кому-нибудь вред.

     Малиновская же пока что осталась на поляне перед Нифльхеймом в полном одиночестве. Сегодня она приступала к созданию магии Растений высшего порядка, а именно: сотворению протодеревьев. Мария очень долго шла к этому дню, перерыла горы литературы в замке – книг, фолиантов, пыльных манускриптов и свитков, пытаясь найти нужную информацию, которая помогла бы ей в этом нелегком труде; целыми днями консультировалась с Сильфидой, стараясь запомнить любые мелочи и любые советы, данные ей Бессмертной. Маша, кажется, всё уже идеально знала в теории – оставалось только всё это воплотить в жизнь, «обратить незримое в зримое», – как часто говорила Сильфида.

     Создание протодеревьев было делом невероятно сложным: если при выращивании цветов она фактически лишь находила необходимые ей семена в почве с целью последующего их пробуждения к жизни и силой своей воли и концентрации мыслей заставляла их прорастать, то с деревьями всё выходило совсем иначе. Ей самой нужно было создавать древесину, а также все соединительные ткани, из которых состояло будущее дерево – корни, ветви, ствол, листья и, возможно, плоды – Маша ещё не решила, какое именно дерево она сотворит – садовое (типа яблони или груши) или лесное.

     При создании магического воплощения своих мыслей с нуля требовалась не только предельно высокая концентрация сознания, но и намного большие затраты физических сил. Грандиозность поставленной задачи, честно говоря, немного пугала, а потому у Маши никак не получалось достигнуть хоть сколько-нибудь заметного прогресса в этом деле.

     Примерно через час к ней присоединилась вернувшаяся из Библиотеки Настасья: в руках у неё была огромная, переплетённая в черную кожу книга с яркими красными буквами на обложке: «Минералы Земли».

     – И зачем она тебе? – поинтересовалась Малиновская у подруги, оставив на время свои пока что безуспешные попытки в выращивании дерева.

     – Это мне Флавиус в свое время посоветовал, – пояснила Настасья, – раз уж иного выхода не остается, я буду пробовать создавать любые вещества, какие только смогу. Естественно, не все подряд, – этак мне и целой жизни не хватит, хоть она у меня теперь и бесконечная, – добавила она после некоторой заминки. – Буду ориентироваться на те, в составе которых имеется кварц. Их я могу контролировать с наибольшей вероятностью.

     – А, ну ясно, – кивнула Маша. – Это хорошо, вместе, знаешь ли, как-то веселее тренироваться. Только вот Пончика что-то долго нету, – Малиновская с некоторой тревогой посмотрела в сторону леса. – Обычно она ведь встречает нас по дороге, ну или, в крайнем случае, догоняет уже в долине. А тут столько времени прошло, а её всё нет.

     – Да, действительно, – Настя, казалось, только сейчас заметила отсутствие Медведицы. – С нею ведь не могло ничего случиться? – немного неуверенно предположила она.

     – Ох, надеюсь, что нет, – Маша начала волноваться. Она огляделась по сторонам, и её внимание привлекла стая небольших пичужек, которые расселись, точно разноцветные шарики, на ветках ближайшей к ним рябины. Ей в голову пришла интересная мысль. Хотя с птицами до этого Мария разговаривала лишь пару раз, сейчас, пожалуй, стоило попробовать. Она встала и осторожно, чтобы их не спугнуть, подошла к рябине. Настасья с интересом наблюдала за подругой. Собравшись с мыслями, Малиновская сложила губы трубочкой и просвистела незамысловатую мелодию. Одна из пташек мгновенно слетела к ней, сев на самую нижнюю ветку.

     – Эмм… надеюсь, ты не слишком занята? – спросила Маша, чувствуя себя немного глупо.

     Настя услышала, как птица что-то прощебетала в ответ, но Мария, похоже, её поняла.

     – Ты не могла бы слетать в Кленовый лес и проверить, всё ли в порядке с моей Медведицей? – попросила Маша. – Её очень долго нет, и я начинаю волноваться.

     Пташка снова что-то ответила на своем певучем языке.

     – Она большая. Коричнево-бурая. Живет примерно в десяти минутах ходьбы от того места, где тракт уходит под своды леса.

     Птичка ещё что-то пискнула и, вспорхнув, стремительно унеслась в сторону Кленовой чащи на поиски Пончика – только ветка осталась слегка раскачиваться.

     – Здорово ты их понимаешь! – с восхищением сказала Настасья, когда Маша, вернувшись к ней, уселась на траву. Малиновская в ответ лишь слегка пожала плечами – сейчас она слишком волновалась за Пончика, чтобы что-то отвечать. Но долго переживать не пришлось: примерно через пятнадцать минут Медведица на всех парах уже бежала к ним из леса в сопровождении все той же шустрой птички. Когда они вдвоем достигли того места, где сидели девушки, птаха что-то тихонечко пискнула – мол, поручение выполнено – и была такова.

     – Где ты была? Я уже начала переживать! – Мария крепко обняла свою любимицу за шею.

     Пончик что-то неразборчиво заворчала в ответ. Малиновская немного отодвинула её косматую голову от себя и посмотрела Медведице в глаза. Та шумно выдохнула ей в лицо.

     – Что она говорит? – с интересом спросила Настя. – Ты поняла её?

     – Ага. Она очень испугалась. Она говорит, что в лесу был «большой бум», и поэтому к нам она не дошла, повернув обратно в свою берлогу.

     – Это Славик, – догадалась Настасья, – со взрывами своими дурацкими!

     – Да, я тоже так думаю, – согласилась Машка. – Не бойся, – обратилась она к Пончику. – Ничего страшного не произошло. Это наш коллега, так сказать, баловался своей магией.

     Пончик фыркнула, и с некоторым укором посмотрела на Малиновскую.

     – Конечно-конечно, – сказала Маша, – я обязательно ему передам, чтобы он больше так не шумел в лесу. А теперь, если ты не против, я продолжу свою тренировку.

     Медведица вздохнула и улеглась на траву, разумеется, она была не против.

     Вечером, ещё до того, как багровый солнечный диск начал опускаться к вершинам зеленых чащоб, Маша и Настя уже собрались обратно, в свой мир. Марии нужно было прийти домой до того, как её мама устроила бы панику по поводу слишком долгого отсутствия дочери, а вместе с нею собрались и все остальные – зачем возвращаться поодиночке, если можно идти назад в хорошей компании?