Испытание - Чиркова Вера Андреевна - Страница 42

— Уатель, — осторожно напомнила о себе Таэльмина, — на самом деле это не так уж и приятно, ходить по чужим пределам в ожидании приговора, словно ты нарушил кучу законов и являешься беглым преступником. А в вашем лесу тихо и тепло, растут привычные вам деревья, цветут самые лучшие цветы и гуляют красивые, как картинки, сородичи. И все они будут очень рады, если ты откажешься от своей затеи.

— А ты? — испытующе взглянули синие очи в глаза цвета темного серебра. — Ты будешь рада?

— Я тебя пойму в любом случае, — устало улыбнулась ей тень, заметила сомнение в синих глазах и нехотя разъяснила свои слова ничего не знавшей о ее судьбе эльфийке: — Меня саму старший брат не так давно выпроводил из родного дома, даже не спросив о моем желании, поэтому я люто ненавижу, когда старшие родичи вот так бесповоротно решают судьбу тех, кто младше или слабее.

— Мин, — тотчас крепко стиснули ее руки напарника, — не нужно.

— Я ни о чем не жалею, — мягко улыбнулась ему тень, — но хочу, чтобы она знала — родной дом иногда тянет, как живой. Снится в снах, видится в очертаниях чужих жилищ, стискивает сердце тоской, если накатят воспоминания.

— Спасибо, — кивнула ей Уатель, и ее дивные глаза подозрительно блеснули, — я готова дать клятву. Вот моя рука.

— Уатель, — разочарованно простонал Селайвен, — может, все же передумаешь? Мы тут посовещались… если вам так скучно выращивать деревья, можете помогать с фейлами или дежурить с дозорами на границе.

— Нет, — печально качнула головой эльфийка, — поздно. Предложите это моим подругам, думаю, они согласятся. А я теперь уже не могу отказаться, всю жизнь потом буду себя за это корить. Но я вернусь… когда-нибудь. Ну, вожак, чего ждешь? Коли. Я, Уатель Алеерсаи из рода Синих лотосов…

Где-то неподалеку из низких туч, яростно разрывая небо, сорвалась яркая ветвистая молния, шарахнул оглушительный гром, и на лицо Хатгерна капнула первая крупная капля. И к тому времени, когда Уатель гордо отчеканила свое «клянусь», на них уже лились щедрые струи дождя, словно лес оплакивал уход самой смелой из своих дочерей.

— Сюда, — едва герцог припечатал рубиновую капельку ритуальной печатью, крикнул Алдер и потянул их к клубящемуся туманом овалу, в который торопливо прыгали их спутники и навьюченные огромными тюками типары.

Хатгерн подтолкнул к открытому пути девушек, оглянулся на застывшие укоризненными изваяниями изящные фигуры в светлых одеяниях, виновато усмехнулся и прощально махнул им рукой. А затем, не ожидая ни ответных жестов, ни напутствий, решительно прыгнул в туман вслед за своими подчиненными.

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

Яркий огненный закат вкупе со странным несмолкающим шумом и теплым ветром, наполненным запахом свежести и рыбы, обрушился на тень слишком резко, и она не сразу сообразила, чем все это может ей грозить. Но натренированное на такие внезапные подвохи сознание включилось мгновенно и приказало телу предпринять все возможное для защиты себя и напарника от неизвестной опасности. Руки тени сами отшвырнули Хатгерна в сторону, слегка согнутые в коленях ноги резко бросили девичье тело туда же, одновременно разворачивая его лицом к опасности, а спиной к напарнику, и пальцы привычно стиснули рукоятки кинжалов.

— Таэль, — на талию легли нежные ладони, привлекая девушку к крепкой груди, теплое дыхание согрело висок, — что произошло?

— Ничего, — облегченно выдохнула тень, успевшая за эти мгновения рассмотреть протянувшуюся перед ними широкую полосу прибрежного песка, островки скал и торопливые волны, неустанно разбивающие о них свои крутые бока.

— Пять, — привычно оценил скорость реакции бывшей ученицы Ганти, и сразу обрушил на нее новую задачу: — Алдер без сознания. Судя по всему, отдал на этот переход весь резерв.

— Как ему помочь? — встревожился Хатгерн и завертел головой, отыскивая взглядом невысокую фигурку вампира.

— Изор уже напоил его зельем, — доложил Ительс, — теперь Алдеру нужно только несколько часов сна.

— А крови не надо? — с опаской пробормотала Мейсана, и все окружающие необидно заулыбались. — И нечего смеяться! Мне говорили, что они не пьют нашу кровь, но в сказках…

— Те, кто рассказывают эти сказки, — сердито рыкнул огр, бережно держащий на руках своего спящего хозяина, — совершенно не умеют мыслить логически. Иначе бы додумались, что кровь одинакова у всех существ, которых создали вампиры.

— Ты хочешь сказать… — с благоговейным ужасом смотрела на него Мейсана, явно знавшая только одних существ, принадлежащих народу Алдера.

— Он хочет сказать, что по вампирским пределам бродят стада коров, огромных бизонов и лохматых яков, безобидных и неприхотливых в еде и привычных к холоду, — суховато просветил ее лекарь, — и они совершенно безболезненно переносят потерю кружки крови раз в месяц. Вот из нее вампиры изготавливают свои питательные напитки, но ни в коем случае не пьют ее в сыром виде. А если бы им было достаточно просто пососать уже готовой пищи, они давно бы превратились в ходячих комаров и перестали трудиться и мыслить. И больше не считались бы разумными существами.

— Поскольку никаких морян я не вижу, — объявил успевший оглядеться Крисдано, — а нам всем нужно переодеться и обсохнуть, будем устраиваться на ночлег. Изор, Ительс, вы когда-нибудь здесь бывали? Где найти самое безопасное местечко для лагеря?

— Под деревьями, — заявила Уатель, — я сплету из их ветвей надежный купол.

— Лучше вон в той ложбинке, там должна быть пресная вода, — не согласился Изор. — Вон видите стебли аира? И кусты там густые, если хочет делать купол, пусть плетет из них.

— Решено, устраиваемся в ложбине. Изор, ты идешь первым и выбираешь, где устроить стоянку. Ганти идет за тобой, за ним тени, Селайвен и девушки. Замыкаем мы с Итом. Ов, вы понемногу переносите туда вещи, сначала прихватите шатры.

— Тут недалеко, все сразу унесем, — пообещал типар, и герцог согласно кивнул.

— Как хотите, но не надрывайтесь. Вперед.

— А где мне идти? — недовольно проскрипел Меркелос и тотчас получил ответ Ительса:

— Ты же у нас теперь все время рядом с девушками устраиваешься, значит, идешь с ними.

— А есть еще вариант, — невозмутимо пророкотал вдруг кто-то совершенно незнакомым Хатгерну басовитым голосом, и герцог резко обернулся, чтобы замереть от изумления.

На замшелом камне, мимо которого он прошел несколько секунд назад, сидел странный мужчина, которого можно было спутать с человеком только со спины, да и то лишь издали. Но сейчас он сидел к Хатгерну лицом и смотрел на него змеиными глазами, поблескивающими золотыми искорками.

— Какой? — с деланым безразличием осведомился Харн, вступая в разговор с незнакомцем скорее из вежливости, чем от любопытства.

Трудно не догадаться, кто именно одарил их своим появлением, если из шести живущих в этом мире рас троих представителей он уже знал более чем досконально, а не видел еще морян, гольдов и драконов. Однако, судя по рассказам болтливых типаров, водные жители были серебристокожими и синеволосыми, а гольды невысокими, жилистыми крепышами. Тогда как сидевший перед остановившимся отрядом представитель высшей расы был весьма рослым и поджарым и имел огненно-рыжие волосы, роскошной гривой спадавшие на необычайно широкие плечи.

— Отправиться в гости ко мне.

— А кто ты такой? — заинтересованно уставилась на незнакомца Таэльмина.

— Мое имя Грард, а кто я такой, вы наверняка уже догадались, — снисходительно пробасил он.

— Нет, — печально покачала головой тень, — не догадались. Сначала, правда, я подумала было, что ты наш папа, но потом засомневалась.

— Ваш… кто? — поперхнулся Грард.

— Папа, — веско повторила Таэльмина и так же снисходительно, как он сам пояснял минуту назад, растолковала: — Ну, отец-создатель. Но он бы о детях сразу позаботился, а ты сидишь сытый и сухой и смотришь на нас, как на козявок.

— Я не сижу, а приглашаю вас в гости, — усмехнулся Грард, сообразив, как легко попался в нехитрую ловушку, — и там будет сухо и сытно.