Неестественный отбор.Трилогия (СИ) - Грант Эдгар - Страница 217

   -- Но люди, гражданское население... -- начал неуверенно Локарт.

   -- Люди потерпят, -- оборвал его на полуслове Хастер. -- Главное -- у нас будет армия. Пусть без ядерного оружия. Но все еще самая сильная и эффективная армия в мире. Она залог нашего процветания в будущем. И нам тогда будет насрать на то, что подумают русские, когда на их террито-рии вырастут ядерные грибы. И нам будет насрать на то, что они сделают потом с Европой. Главное, чтобы к нам не лезли. И они не полезут... Потому что у нас будет армия.

   -- Твою мать... -- тихо выругался министр обороны, понимая, что спо-рить с Хастером бесполезно.

   -- Три года, Дуг. Нам нужно продержаться три года. Пока не заменим все чипы и пока не кончится эта долбаная вулканическая зима.

  Фиджи. Остров Вити-Леву. Недалеко от города Сигатока. 18 ноября 2034 года

   В это утро солнце светило по-особому ярко и небо, освободившись от мут-ной дымки, висевшей над океаном последних три года, поражало своей без-донной синевой и каким-то особым величием.

   Весна... Наступила настоящая весна. Это было видно по тому, как пол-ной грудью с облегчением вздохнул тропический лес, как, робко приоткрыв бутоны, будто стараясь осторожно выглянуть наружу , чтобы убедиться, что им ничто не угрожает, все разом вырвались из долгой зимней спячки цве-ты. Утро наполнилось их божественными ароматами, сразу разогнавшими запахи сырости и тлена, исходившие от опавших листьев и рухнувших на землю под гнетом долгой вулканической зимы деревьев.

   Совсем недалеко в ожившем кусте как-то удивленно затрещала цикада, потом еще одна, еще... Тонко и неуверенно пискнула в поредевшей листве мухоловка, ей ответил нестройный хор попугаев. Еще вчера понурый и, ка-залось, уже проигравший битву холоду тропический лес, спускавшийся к реке по склону, начал оживать.

   Не отрывая глаз от ярких полос света, прочерченных по потолку всхо-дящим над океаном солнцем, Росс полной грудью вдохнул запахи насту-пающей весны. Неужели вулканическая зима выдохлась? Он откинул ни-спадавшую с потолка москитную сетку, прикрывавшую кровать и, стараясь не разбудить Джил, выбрался из-под одеяла, быстро, словно опасаясь, что праздник жизни за окном сейчас закончится, натянул джинсы и, выскольз-нув на террасу, замер в изумлении. Над спокойным, как вечность, океаном, щедро поливая его потоками расплавленного золота, висел огромный и до боли в глазах яркий диск солнца. Нет, он не висел, он плавно и величе-ственно вставал над горизонтом, освещая чахлые, побитые ветрами и не

   529

   привычным для этих мест холодом верхушки деревьев, как бы заявляя о своей окончательной победе над зимой.

   Не в силах оторвать взгляд от воспетого великими художниками рассве-та над Фиджи, Росс стоял на террасе несколько минут. Чуть слышно писк-нул коммуникатор, закрепленный на поясе. Он вставил в ухо горошину гарнитуры.

   -- Ты это видишь? -- услышал он восхищенный голос обычно спокойно-го и сдержанного Коэна.

   -- Это весна, дружище! Весна! -- закричал Росс на всю округу. Услышав разговор на террасе, проснулась Джил и, тихо подойдя сзади,

   обняла его.

   -- Боже мой, какое яркое солнце, -- прошептала она. -- И небо... Я ни-когда не видела такого неба.

   -- Весна, детка! Это весна! -- уже тише сказал Росс, опасаясь, что мо-жет испугать ее наступление. -- Пат, ты меня слышишь? Сегодня устроим настоящий праздник. Бери своих, Тима и давайте ко мне. Нет! Давай все спустимся вниз, к реке и устроим праздник там, в деревне. Для всех! Насто-ящий праздник весны!

   * * *

   После того как Коэн решил не возвращаться в Штаты, они снялись с от-еля, в котором уже несколько месяцев жил Росс и который наверняка был засвечен перед американским посольством, а значит, и перед тем, что оста-лось от ЦРУ. Они почти неделю запутывали следы по Сингапуру, пока не остановились в дешевой, но вполне сносной и безопасной плавучей гостини-це, переделанной из круизного лайнера. На верхних этажах гостиницы рас-полагалось казино, которое работало только тогда, когда корабль выходил из акватории города. В порту казино закрывалось и лайнер превращался в обычную гостиницу. Власти города знали об этих превращениях, но не тро-гали плавучий игорный дом, приносивший неплохой доход шефу полиции и верхушке городской администрации. Это и обеспечивало анонимность тех, кто поселился в гостинице.

   Еще пара недель и баснословная по местным меркам сумма понадоби-лись, чтобы Росс отыскал старые связи и снабдил всех новыми документа-ми. В результате через месяц Коэн с семьей и помощником, Росс с Джил и до сих пор недобро косящимися на нее детьми на местном суденышке пере-правились в Таиланд, где сняли небольшую виллу и принялись обсуждать, где бы в безопасности провести следующие несколько лет.

   Выбор был небольшой и ограничивался в основном южной частью Ти-хого океана. Европа отпала сразу. Хотя цунами нанесло европейцам не-сравнимо меньший ущерб, Брюссель так и не смог наладить хоть сколь-ко-нибудь скоординированные действия по ликвидации его последствий. Более того, страны, не пострадавшие от цунами, попросту отказались по-могать Франции, Испании, Бельгии и Нидерландам, на которые пришел-ся основной удар волны, так что им приходилось рассчитывать только на свои силы.

   530

   Катастрофически обстояли дела со снабжением Европы нефтью и газом, так как волна разрушила или надолго вывела из строя нефте- и газодобы-вающие вышки в Северном море и большую часть береговой инфраструкту-ры. Европейцы в спешке принялись реанимировать загубленную "зелены-ми" атомную энергетику, но очень быстро поняли, что для этого надо время и, самое главное, что, даже если запустить все реакторы, дефицит энергии сохранится. Чтобы хоть как-то покрыть свои собственные нужды, Франция и Германия, на территории которых располагалось большинство европей-ских реакторов, попросту отказались поставлять электричество на экспорт. Так рухнула общая энергосистема Европы.

   С крахом доллара и держащейся на нем части мировой финансовой системы при зашкаливающих ценах на энергию и огромных расходах на восстановление затопленных территорий европейская экономика вошла в крутое пике жестокой рецессии. Евровалюта, стремительно падающая из-за вынужденной эмиссии, смогла продержаться еще около года, но, когда Германия, а затем и Франция отказались от евро и вернулись к националь-ным валютам, еврозона развалилась окончательно. Это еще более усугу-било экономический кризис, особенно в центральной и южной Европе, где почти во всех странах был введен режим чрезвычайной экономии, банкро-тились предприятия и банки, а безработица перешагнула далеко за поло-вину трудоспособного населения. Стотысячные толпы недовольных своим правительством людей выплескивались на улицу. Начались столкновения с полицией, погромы и грабежи. В результате почти во всех странах было введено чрезвычайное положение, в города вошли войска, которым с боль-шим трудом удавалось удерживать порядок.

   С введением чрезвычайного положения как-то незаметно утихла и без того угасающая песня европейской демократии и толерантности. На волне народного гнева и ненависти к "старой Европе" в большинстве стран к вла-сти пришли либо крайне левые, либо крайне правые силы, не стеснявшие себя в выборе средств для ее удержания.