Дитя Ее Высочества (СИ) - Снежинская Катерина - Страница 57

- Да где?

- В Штральзунде, ­ не слишком понятно ответила Лара. - Вот смотрите, смотрите!

Видел ли ты, дружок, людей, которые не смотрят на то, что им настойчиво пытаются продемонстрировать? Вот и разбойнички полезли под стол, рассматривать якобы испачканные сапоги. Кто-то даже свечу под столешницу сунул. Чтобы, значит, разглядеть все детали.

Но измазанный сапог быстро утерял свою актуальность. Потому что под раздолбанным ботинком нервного Кистеня лежала припасённая Ларой девятка. Так он ещё, умница такой, наступил на карту. Ну, в точности - сбросил лист из дурного расклада и ножкой пытается под лавку загнать.

Из-под стола разбойнички вылезли с мрачными лицами. Все, кроме уличённого в шулерстве. Вид паренька стоило бы назвать пришибленным. И то правда. Каждый знает, что нет ничего безнадёжнее, чем попытка доказать, будто ты не козел. Особенно, когда у тебя на затылке рога, бородёнка воняет мускусом, а доводы в свою пользу ты высказываешь, мемекая на всю округу.

- Ситуация! - разглядывая закопчённый потолок, провозгласила Ларелла. - Играют в карты вампир, призрак, честный судья и нищий путник. На столе куча денег. Внезапно свечи гаснут, а когда их снова зажигают, деньги со стола пропадают. Внимание, господа, вопрос! Кто украл деньги?

- Вампир, - убеждённо ответил Нож, не забывая грозно посматривать на начинающего зеленеть Кистеня. - Они же кровопийцы такие, баб соблазняют. А на это всегда монеты нужны.

- Да не, какой вампир? - возразил «почтенный старец». - Понятно дело, что призрак. Они же сокровища охраняют - это всем известно. А откель сокровища-то брать? Ясно дело, в картах обдуривают.

- Судья, точно вам говорю, - подал голос сурок-переросток, от желания высказаться так елозя по скамье, что несчастный певун почти сплющился в бумажный лист под давлением монументального зада. - Они кровопийцы похлеще всяких вампиров! Так и сосут деньги, так и сосут, прорвы ненасытные.

- Не-а, - элегически сплюнув на пол и изрядно отхлебнув из стакана, объявила нежная принцесса. Путник.

- Это ещё почему? - подозрительно прищурился Нож.

- Все элементарно, друг мой, - наставительно подняла палец Лара. - Все остальные личности мифические, вымышленные. А вот ограбить бедного путника всякий пройдоха норовит. И, заметьте, каждый представляется честным бандитом. Только потом все едино без порток остаёшься. Не в карты продуешь, так обжулят тебя.

Пример, приведённый Ларой, несколько противоречил логике. Но этого, кажется, никто не заметил.

- Ты за свои слова отвечаешь ли, малец? - Нож воткнул тот самый нож в столешницу и грозно навалился на стол массивной грудью. Кстати, судя по потемневшим от времени отметкам на досках, проделывали тут такой трюк частенько. - Ещё никто не говорил, что я своего слова не держу!

- Ну, так я первый скажу! - нагло заявила Лара, садясь в пол-оборота и вызывающе забрасывая ногу на собственное, только противоположное, колено.

Такая поза выглядела откровенно наглой и даже провокационной. Вот только любой смыслящий в хорошей кабацкой драке - а плохих в подобных местах и не бывает - сказал бы, что так ещё удобнее шпагу из ножен вытаскивать. Хотя атаковать и не сподручно. Но снизу всяко ткнуть сумеешь, а там уж и на ноги вскочишь.

- Щенок! - взревел уязвлённый до глубин своей кристально чистой души главарь. - Да как ты осмелился?!.

- Нет, а я хвалить должен, что меня не только обдурить пытаются, но ещё и делают это топорно? - обиделась Ларелла. - Я понимаю, если бы мошенничали изящно, с искрой. А то просто карту под стол скинуть! Пфе-е-е…

Тут-то честные разбойники и вспомнили, с чего, собственно, весь сыр-бор начался. И снова обратили внимание на несчастного Кистеня. Парнишка, понадеявшийся уж было, что буря над его головой пронеслась, вновь послушно начал зеленеть.

- Между прочим, он вам репутацию портит, - подсказала Её Высочество, оценивая собственный маникюр. От которого остались одни воспоминания, обломанные ногти и траурная полоска под ними. - Теперь всякий может сказать, что в Сонной Лощине можно и без порток, и без головы остаться. Как бы местные охранники правопорядка не убеждали тебя в обратном.

- Полях, - машинально поправил её главарь. - Наш город называется Сонные Поля.

- Да хоть канава, - не стала спорить принцесса. - Суть дела это не меняет.

- Да я сейчас самолично тебя без башки оставлю! - взбешённым, хоть и несколько престарелым быком взревел бандит в годах.

И изо всех - вовсе не старческих сил - саданул несчастному Кистеню в челюсть.

***

Помнишь, дружок, что я упомянул, будто нехороших кабацких драк не бывает? Так вот я готов повторить это и подписаться под каждым словом. Ты думаешь, что люди приходят в едальные заведения только для того чтобы набить живот? Ничуть не бывало! Мы сейчас не будем говорить о вреде винопития или общения с не слишком порядочными, зато честными, ибо они не только себе цену знают, но и озвучивают её, женщинами.

Кабак, трактир, харчевня, таверна или ресторан - это место где любой мужчина имеет возможность отвести душу и придаться столь любимому всем сильным полом делом, как мордобитие. Что из сказанного вызывает в тебе скепсис: то, что в подобных заведениях можно устроить драку или то, что все мужчины обожают помахать кулаками? Ну, так развеять твои сомнения мне совсем несложно. Открой любой авантюрный роман - и ты непременно найдёшь драку в трактире. А иногда герои и заходят в харчевни только для того, чтобы учинить там побоище.

Это в новомодных произведениях, к которым я не питаю ни малейшего почтения, смельчак встречается со своим главным оппонентом в местах малоромантичных - в кузнецах, у сталеплавильной печи, а то и вовсе в какой-нибудь красильне. А потом поверженный злодей тонет в чане с кипящей смолой, напоследок демонстрируя всякие неприличные жесты и непременно обещая вернуться. Ни красоты, ни изящества, ни тени настоящего искусства.

Поэтому-то я так и люблю времена давние, напоенные сентиментальностью и изысканностью!

Но мы сейчас о драках. Так вот. Чем хороша драка в кабаке? Тем, что никто из находящихся в помещении не остаётся к конфликту равнодушным. С чего бы он ни начался и кто бы ни стал зачинщиком, деятельное и посильное участие принимают все - от посетителей, до самого распоследнего поварёнка. Жизнь наша скучна и сера, а праздника и феерии просит душа любого.

Потому удар, нанесённый в челюсть Кистеню, послужил сигналом для остальных. Как будто аккомпанируя ему, на стол, за которым шла карточная игра, откуда-то из темноты прилетел кувшин с пивом. И, понятное дело, разбившись, обрызгал не успевших вскочить до макушек.

А пока Нож протирал от вкусно пахнущей хлебной корочкой пены кустистые брови и усы, сурок, позабыв про охраняемый объект, неожиданно проворно вскочил и отвесил главарю полновесного пенделя. То ли бомбой лопнувший кувшин возымел разрушительное действие на неокрепший разум бандита. То ли у него с главарём имелись свои диалектические противоречия, но факт остаётся фактом - пинка он отвесил.

Нож, естественно, такого хамства не спустил. Отлепив собственную физиономию от столешницы, с которой его вынудил встретиться предательский удар, главарь, недолго думая, врезал по лысине ни в чем не повинного посетителя, вся вина которого заключалась в том, что сидел он за соседним столом. В самом же деле, не собственных же братьев подозревать в подлом нападении?

К сожалению, тот самый, лысый, оппонировать Ножу не смог. Ибо от богатырского удара немедленно отправился в царство грёз. Зато его друзья тут же вступились за честь поверженного. Видимо, у них имелось своё братство.

И пошла потеха. Ей-ей, черти в бездне! Мелькание теней, удары, словно кто-то лупит цепом по разделанной свиной туше, треск, грохот. Радостные, но несколько испуганные женские визги. Ибо каждый знает, что любая уважающая себя дама всегда сопровождает активные действия визгом. Хруст, звон, хрип и - апофеозом! - чьё-то громкое размеренное икание.