Герои по ту сторону: Миттельшпиль - Солнцева Алина Алексеевна - Страница 50

     Каждый из этих людей родился для того, чтобы в своё время защитить Мир грёз от нападения Первозданных.

     А ведь они не раз намекали ему на это. Например, Эрика говорила, что их Дары бесполезны. И Дары героев Сказаний были бесполезны среди людей; они активировались только в Мире грёз и там получали безграничную мощь. А ворчливый толстяк Габриэль как-то обронил, что все они видели богов. А Аврора, красавица-француженка, жившая во времена Средневековья, ещё добавила, что в её глазах последняя блудница выглядела праведницей рядом с небожителями…

     Откуда они могли это знать? Только если побывали в Мире грёз и видели всё своими глазами.

     Золотистый туман растаял, оставив после себя двенадцать объёмных фигур, нарисованных световыми линиями. Духи-хранители замерли в ожидании, что им скажет Элиот. А он не знал, с чего начать. Столько тем, столько слов теснилось в голове…

     – Здг’авствуй, гег’ой, – первой решилась нарушить молчание Аврора.

     – Здравствуйте, друзья…

     Элиот замолчал. Имел ли он право называть их друзьями после всего, что произошло? Разве он не стал в их глазах предателем?

     Вперёд выступила малышка Эрика. Она решительно шагнула к Элиоту, опустилась на колени рядом с ним и крепко обняла. Рядом с ней было так тепло, так спокойно… Она ощущалась совсем как живой человек. Жрец застыл, боясь спугнуть чудесное чувство.

     – Ничего не говори, – прошептала Эрика. – Всё в прошлом, братишка. Всё уже в прошлом.

     Элиот ощутил, как горло сжало невыносимое чувство стыда. Он был готов разреветься как девчонка. Впрочем, почему «готов»? Предательская слезинка скользнула по щеке.

     – Я был неправ, – он зажмурился и обнял девочку в ответ. – Простите меня, я был неправ…

     Он что-то бессвязно бормотал, сам не понимая, что именно. Один за другим к ним подходили другие духи. Они шептали пару ободряющих слов ему на ухо, касались плеча или трепали по макушке. Аврора склонилась и, отчаянно краснея – что проявлялось золотистым туманом на прозрачных щеках, – поцеловала его в щёку. А Астарта, древнегреческая муза, ласково коснулась губами его лба.

     Эрика не отпускала его до тех пор, пока все не подошли. Когда же остальные выстроились полукругом возле них, девочка отстранилась и взглянула в глаза Элиоту.

     – Пока ты не начал говорить, выслушай нас, – попросила она. Вздохнула, словно собиралась с силами. Жрец невольно сжался – он помнил, что когда малышка говорила так серьёзно, значит, новости будут плохими. – Элиот… ты не должен мешать Джине призвать Шаан’Далора.

     [1] Вероника имеет в виду Большое и Малое Магеллановы облака, галактики-спутники Млечного пути.

Глава XIV

     Вопросы, которые Элиот хотел задать, растворились и впитались в серую почву.

     Сердце колотилось так, словно решило выработать за минуту то количество ударов, что оставалось до конца.

     Минуту назад жрец поклялся, что всегда будет слушаться духов-хранителей. Сейчас он был настолько шокирован, что готов был взять свои слова обратно.

     – Но… почему? – только и спросил Элиот.

     Эрика сжалась. Она виновато смотрела в глаза жреца и молчала, словно боялась сказать правду. Это придало сил.

     – Эрика, скажи мне, – потребовал Элиот.

     – Отстань от неё, парень! – послышался ворчливый голос Габриэля. – Того требует «Сказание», и ни ты, ни мы не имеем права ему противиться.

     Элиоту показалось, что он вот-вот взорвётся. Раздражение, копившееся в нём из-за недомолвок и недосказанностей, закипело и грозило вот-вот выплеснуться наружу. Жрец глубоко вздохнул, выдохнул. Сжал кулаки в попытке сдержаться.

     – Какое ещё «Сказание»? – его голос дрогнул.

     – «Сказание о боге-человеке», конечно, – ответил Габриэль. – Или ты о нём не слышал?

     Вопрос застал Элиота врасплох. В библиотеке Священной земли хранилось пять «Сказаний»: четыре о героях прошлого и пятое – о Пылающей тьме. Об этих книгах знали все жители Санктума. О том, что «Сказаний», посвящённых героям, прошедшим Мир Грёз, всего двенадцать – только жрецы и высшее руководство. Ну и Максим, по всей видимости. И, вероятно, только Элиот знал, что есть ещё «Сказание о боге-человеке». О нём случайно обмолвилась Ведущая битву в минуты откровенных разговоров. И отказалась рассказывать подробности.

     – Слышал, – ответил Элиот. – Но только о том, что оно существует. Не больше.

     Духи переглядывались, словно безмолвно общались между собой. Жрец искренне старался вытерпеть это, но раздражение невыносимо жгло изнутри.

     – Друзья, я всё понимаю…

     – Хог’ошо, – вперёд выступила Аврора. – Мы г’асскажем тебе всё, г’егой.

     В это мгновение Элиоту захотелось рассмеяться во весь голос. Кажется, он уже на грани, промелькнула безумная мысль.

     – Тогда начните с того, кто вы есть на самом деле, – потребовал он.

     На несколько мгновений воцарилась тишина.

     – Мы – духи-хранители Земли, – бесстрастно ответил Габриэль.

     – Он хочет услышать не это, Габи, – прошептала Эрика.

     Девочка вглядывалась в глаза Элиота, внимательно, задумчиво, словно видела его насквозь. От этого жрецу стало не по себе. Неужели она умеет читать мысли?

     – И что? Это не значит, что мы должны выдавать тайны мироздания, – возмутился толстяк. – Я вот хочу слышать, что…

     – Я знаю правду о вашем происхождении, – вмешался Элиот. Мгновение помолчал. – Я предпочёл бы узнать об этом от вас, а не от Первозданных.

     Аврора охнула и прикрыла ладошкой рот. Сухой старичок в кимоно по имени Шин откашлялся.

     – Прости нас, – он низко поклонился. – Нет слов, чтобы выразить, как мы виноваты перед тобой…

     – Ещё чего! – перебил Шина Габриэль. – Мы не сделали ничего плохого. Мы всегда говорили ровно столько, сколько нужно. Мироздание не терпит, когда раскрывают его замыслы, и…

     – И смотри, что получилось! – воскликнула Эрика, обернувшись к толстяку. – Элиот очень долго не призывал нас, и, наверное, и здесь бы не призвал! Как бы мы обрели тогда силу, достойную его?

     Казалось, опора ушла из-под ног, и теперь Элиот проваливался в бездну. В последнее время он так часто испытывал это чувство, что стал привыкать к нему.

     – Силу, достойную меня? – шёпотом спросил жрец.

     Он не впервые слышал это от девочки, мелькнула мысль.

     – Да, – кивнула Эрика. – В тебе…

     – Умолкни, – велел Габриэль. – Или я заставлю тебя силой.

     Казалось, время остановилось. Ничего не осталось на свете, кроме двух духов, вставших напротив друг друга. Мужчина среднего роста, полный, и маленькая девочка, казавшаяся рядом с ним совсем крошкой. Наверное, они говорили без слов, потому что с каждой секундой оба становились всё мрачнее. Ещё чуть-чуть – и они точно сорвутся в драку.

     Элиот перепугался не на шутку. Как разнимать духов, не обладающих телами, он понятия не имел.

     – Перестаньте, друзья, прошу! – взмолился он. – Если мне ещё рано знать что-то, пусть так…

     – Нет, не «пусть», – в голосе Эрики слышались стальные нотки, и это невольно напомнило Элиоту о Ведущей битву. – Если мы будем молчать, ты не справишься. Мы уже едва не провалились…

     – Так расскажи всё, чего стесняться! – заорал Габриэль. – Пусть сойдёт с ума и побежит спасать мир от каждой ерунды, что придёт ему в голову!

     Вновь воцарилась тяжёлая, давящая тишина. Эрика застыла, удивлённая и напуганная. Габриэль тяжело дышал.

     Элиот сжал руками гудящую голову.

     Да что же такое происходит? Насколько всё плохо, если даже между духами-хранителями нет согласия? Да, раньше они тоже препирались, и не раз. Но до такого никогда не доходило…

     Надо было всё исправить. Любой ценой. Элиот лихорадочно соображал, искал варианты, но, похоже, выход был только один. И принять верное решение сейчас было тяжелее всего.