Узник страсти - Хейер Джорджетт - Страница 56

– Как видите, я еще не отбросил копыта! – заметил Стогамбер и добавил, кинув мрачный взгляд на чашку с грязноватой жидкостью, напоминающей кофе: – Хотя у меня еще есть все шансы это сделать, если тот выскочка наверху задержится здесь хоть ненадолго! Говорят, он друг сквайра, но не остановился в поместье, потому что сквайр совсем плох. Я не понимаю, какая тут взаимосвязь, но знаю точно, что в гостинице нет ни одного человека, которого заботило бы хоть что-то, кроме его завтрака или особой ваксы для сапог, купить которую они надеются в Тайдсвелле! Я потратил битый час, пытаясь допроситься, чтобы мне подали хоть что-то из того, что чисто случайно не заказала эта важная особа!

– Шишка, что и говорить! – усмехнулся Джон.

– Ах! Разумеется, вы его не знаете, я угадал?

Джон рассмеялся.

– Напротив! Я знаю его очень хорошо.

– Да что вы! – с радостным удивлением произнес мистер Стогамбер. – Чем обязан такой откровенности и общительности? Может, вы и мне позволите узнать, кто он такой?

– Разумеется, в этом нет никакой тайны! Его зовут Уилфред Баббакомб, и он сын лорда Аллерторпа. В Лондоне он живет в квартире в Олбани, а в это время года его можно найти в Эденхоупе, неподалеку от Мелтон Мобрея.

– Подумать только! – изумился мистер Стогамбер. – Он ваш друг, верно, мистер Здоровяк?

– Мой близкий друг.

Мистер Стогамбер устремил на Джона немигающий взгляд, после чего оттолкнул чашку с кофе и уточнил:

– И вы солдат!

Джон покачал головой.

– Нет, я был капитаном третьего драгунского гвардейского полка.

– Это я знаю, – безмятежно отозвался Стогамбер. – И живете вы в Милденхерсте, в Хертфордшире. Что я хотел бы знать, так это почему вам ни с того ни с сего вздумалось прекратить морочить мне голову.

– А вы и это знаете. Вчера вечером я увидел ваш журнал событий.

– Я это сразу заподозрил, – невозмутимо подтвердил Стогамбер. – Не стану отрицать, вчера я изрядно передергался по такому поводу. Но это было еще до того, как я получил доклад по вам. Сначала я думал, что на то, чтобы узнать, кто вы такой, уйдет слишком много времени, если нам вообще удастся это выяснить. Но поскольку вы очень услужливо сообщили мне свое настоящее имя и назвали полк, в котором служили, то выяснить все остальное не составило большого труда.

– О господи, неужели Бау-стрит задавала обо мне вопросы в полку? Мне теперь и проходу не дадут!

– Этого я не знаю, однако, насколько понял, никакие ваши поступки не способны удивить джентльмена, предоставившего нам информацию о вас, – сухо заметил мистер Стогамбер. – Но, капитан Стейпл, я был бы вам очень признателен, коль вы объяснили бы мне, почему, если, судя по всему, заняли сторожку развлечения ради, вы приложили столько усилий к тому, чтобы скрыть от меня то, что видели мой журнал событий.

– Тут вы мимо цели, – ответил Джон. – Я стал привратником вовсе не со скуки. И даже увидев ваш журнал, еще не знал, что вас сюда привело.

Очередной немигающий взгляд устремился на капитана.

– Ага! Простите за нескромный вопрос – сейчас вы это знаете?

– Да, знаю, поэтому и пришел увидеться с вами. Вы пытаетесь разыскать определенный груз наличности, который украли недели три назад на Уонсбекской переправе.

Взгляд Стогамбера потемнел.

– Откуда вам это известно? – спросил он.

– Отчасти лично от вас, отчасти от человека, которому вы обязаны жизнью. Вы спросили меня как-то раз, слышал ли я об Уонсбекской переправе. Я ни разу о ней не слыхал, но когда спросил об этом… Джерри… он рассказал мне о том, что там произошло. В отличие от меня, он читает газеты. Нет, он не имел к этому ограблению никакого отношения. Более того, он мечтает оставить свое нынешнее занятие, приобрести ферму и зажить тихой семейной жизнью.

– Что вы говорите? Может, он знает, где спрятали тот груз?

– Он этого не знал, но ему знакомы эти места, – многозначительно произнес Джон.

Стогамбер приподнялся на стуле, но, поморщившись, снова сел.

– Вы хотите сказать, разбойник решил данную задачку? – ахнул раннер.

– Если вы спрашиваете, известно ли ему, где спрятано сокровище, то да, известно. Джерри сказал, что оно лежит там, где его никто никогда не найдет, потому что для того нужно знать эти места как свои пять пальцев.

Мистер Стогамбер, тяжело дыша, смотрел на собеседника.

– Тем не менее, – продолжал Джон, напуская на себя суровый вид, чтобы удержаться от улыбки, – он не собирается его забирать оттуда. Похоже, он считает, что эти деньги слишком опасны и к ним нельзя даже прикасаться. – Выждав несколько секунд, капитан остался доволен впечатлением от сделанного им заявления и продолжал: – Чего он на самом деле хочет, так это сообщить о местонахождении сокровища какому-нибудь представителю власти.

– Передайте ему, – очень серьезно произнес мистер Стогамбер, – что того, кто это сделает, ожидает щедрая награда!

– О, он это знает. Чего он не знает, так это того, насколько безопасно разбойнику играть в подобные игры.

– А кто знает, что он разбойник? – поинтересовался мистер Стогамбер. – Лично у меня нет ни малейших оснований подозревать его в этом! Если уж на то пошло, я бы сказал, что никакой он не разбойник, потому что у меня он так ничего и не забрал, хотя сделать это было проще простого! – Стогамбер немного подумал и добавил: – Кроме того, разбойники меня не интересуют. Моя группа занимается только особыми делами!

– Где же ваши люди? – удивленно спросил Джон.

– А это уже мое дело, капитан. Не волнуйтесь, я могу вызвать их достаточно быстро, хотя счел за лучшее не размещать их в этой самой деревне, потому что такое количество чужаков, внезапно решивших посетить Кроуфорд, способно удивить кого угодно! – грубовато заявил мистер Стогамбер.

– Ну что ж, они вам не понадобятся, – жизнерадостно сообщил ему капитан. – Вашим человеком буду я.

– Благодарю вас, сэр, но не думаю, что вправе вас вот так утруждать.

– Зато так думаю я. Без меня, Стогамбер, вы не найдете сокровище и не доберетесь до человека, который его похитил. А мне кажется, вам этого тоже хотелось бы. Разумеется, если я ошибаюсь и вам довольно и того, что вы разыщете деньги, попрошу Джерри сообщить вам эту информацию, и дело с концом. Но если вам также нужен и грабитель, то вы должны позволить мне привести вас к нему.

– Хо-хо! А что, если, капитан Стейпл, сэр, я уже знаю, кто он?

– Вполне возможно, у вас уже имеется подозреваемый, – согласился Джон. – Но я уверен, у вас нет ни доказательств, ни возможности их собрать, если только я не приложу к этому руку. Для вас будет достаточным доказательством, ежели вы сможете застать грабителя возле украденного сокровища?

– О большем и мечтать нельзя, – ответил Стогамбер, пристально глядя на капитана.

– В таком случае лечите плечо и ждите от меня сигнала, – произнес Джон. – Распустите слух о том, что вы гораздо слабее, чем на самом деле, и ни в коем случае даже не высовывайтесь наружу. Было бы замечательно, если бы вы подвесили руку на перевязь. Вас узнали. Коль грабители будут уверены, что вы ранены настолько тяжело, что уже не представляете для них угрозы, это значительно облегчит мою задачу. Думаю, что смогу передать вам преступника, но вы должны позволить мне сделать это по-своему. Надеюсь, вам не придется ожидать чересчур долго.

Наступила продолжительная пауза, во время которой Стогамбер напряженно обдумывал предложение капитана. Внезапно он произнес:

– Капитан Стейпл, лучше я вам сейчас же скажу напрямик, что грабителей двое и мне нужны оба!

– Именно поэтому я и не сообщил вам сразу о том, что догадался, кто вы такой, – хладнокровно откликнулся Джон. – Мне было чертовски неловко признаться вам в этом, поскольку я тут же заподозрил, что вас интересует и Генри Сторневей! Но после этого я смог убедиться в том, что вы преувеличиваете его роль в преступлении. Он всего лишь орудие в руках настоящего преступника.

– Возможно, и так, – ответил Стогамбер, – однако меня вы не убедили! Если уж на то пошло, сэр, сюда меня привел не Коут, а Сторневей!