Вариант «Севастополь» - Найтов Комбат - Страница 29

Умерший во сне в августе 1858 года царь Николай I был торжественно похоронен в Петропавловском соборе, а вступивший на престол Александр II торжественно объявил себя продолжателем дел отца, но сделал неожиданное предложение Сергею – оставить Севастополь и стать канцлером России.

Сергей и его охрана ехали в отдельном вагоне курьерского поезда из Севастополя. Весело постукивали стыки, иногда вагон протряхивало на стрелках. Из открытых окон тянуло августовским запахом спелых яблок, дымом паровоза. На станциях полный порядок, работают рестораны, пока меняют паровоз или он набирает воду у водокачки, хорошо одетая публика купейных вагонов успевает принять стопочку анисовой и закусить мочёным яблоком или ананасом. С важным видом пролистать газету или просто обмахиваться ею в ожидании третьего звонка. Народец попроще на станцию не ходит: сразу за заборчиком кипит рынок, ряды привокзальной торговли предусматривают всё, кроме свежей прессы. Много молодых людей в студенческой форме. Сергей стоял у открытого окна и наблюдал за поведением пассажиров курьерского. Большинство возвращалось в Москву и Петербург с крымских курортов и дач. Их можно было отличить по довольно загорелым лицам. С легкой руки Светланы и остальных поселенцев в моде загар и морские купания. И хотя и мужчины, и женщины уже надели парадную форму и одежду, навели столичный лоск и соорудили высокие прически, их сразу можно выделить взглядом от остальных пассажиров. В вагонах много детей, нянечек в кружевных чепчиках, с белыми фартуками. Дети создают дополнительный шум на платформе, прогуливаясь вдоль неё под неусыпным взором воспитательниц и «мадамов». Среди воспитательниц много молодых женщин из Европы.

Сергей обратил внимание на одного из студентов, с впавшими от чахотки щеками. Тот второй раз прошёл мимо окна на расстоянии в несколько шагов, а перед этим что-то рассматривал в смятой газете. Сергей нажал кнопку закрытия окна. Верхняя фрамуга, ускоренная пружиной, быстро опустилась. В руках студента мелькнул револьвер, и бронированное стекло глухо гукнуло от удара свинцовой пули. Даже с такого расстояния и без бронестекла, студент бы не попал. От дверей пульмана уже бежали спецназовцы, которые сбили с ног террориста под непрерывный свист околоточных и жандармских. Всего задержали троих. Боевая тройка террористов-эсэров, партии, образованной в Лейпциге и провозгласившей индивидуальный террор царскому режиму. Их идеи нашли поддержку у разведок Франции, Англии и Пруссии, которой не разрешили провозгласить Германскую империю.

В ответ на это канцлер Бисмарк стал активно поддерживать всевозможных революционеров. Так и в этом случае: один человек был студентом из Политехнического института в Питере, а двое учились в Берлине.

Несмотря на выигрыш войны, избежать обострения революционной ситуации не удалось. За границей активно печатается различная антиимпериалистическая литература. На год раньше выходит книга Карла Маркса «К критике политической экономии», которую бурно обсуждают во всех кругах общества. Количественный рост рабочего класса в России неизбежно привлекает к нему разного рода авантюристов и революционеров. Но пока главная опасность исходит от «золотой молодёжи». Имея средства для обучения, поездок за границу, они впитывали в себя как в губку эти учения и с горящими от праведного гнева глазами начинали разрушать «старое», «отжившее». Погоны генерал-адмирала и сверкающие бриллиантами ордена Андрея Первозванного и Святого Георгия превратили Сергея в мишень для таких вот социалистов-революционеров.

– Сергей! Ещё раз подойдешь к окну, и я сама тебя убью! – выпалила выскочившая из соседнего купе Светлана. Она, как обычно, что-то шила для себя или младшей дочери. Сынишка в матросской форме с игрушечным пистолетом в руке демонстрировал какие-то пасы, стараясь взять весь коридор персонального вагона под обстрел. Все были немного напуганы произошедшим. На перроне, как чертики из бутылки, появились репортёры и фотографы. А вот это неспроста! Сергей передал Стрижу, начальнику охраны, чтобы тот уведомил местных жандармов об этом.

– Пусть потрясут местную прессу. Среди них есть соучастники.

Отказавшись давать показания местному поручику от жандармерии, Сергей приказал отправлять поезд из Тулы. Но вагон отцепили от курьерского, прицепили вагон-ресторан и поставили впереди порожний вагон, далее останавливались только на небольших станциях для смены паровоза. На вокзале Сергея встречал Змей с супругой и усиленной охраной. Он постоянно жил в Петербурге в небольшом трех-этажном «домике» на Малой Морской, 10. Въезд во внутренний двор находился на Гороховой, 10. Когда на улицах русских городов появились первые автомобили, Виктор Александрович немедленно притащил в столицу свой бронированный «Порш Кайен», как председателю Комитета государственной безопасности никто никаких глупых вопросов ему не задавал. Вообще, он жил на широкую ногу, довольно активно пользуясь инсайдерской информацией при работе с биржами и на скачках в Лондоне, Париже и Санкт-Петербурге. Владел букмекерской и маклерской компаниями, активно участвовал во всех финансовых «мероприятиях» Севастопольского адмиралтейского завода. Женился на Софье Петровне Бахметьевой, дочери князя Вяземского, погибшего на дуэли с братом её матери, тоже Софьи Бахметьевой.

Все время девочка жила и воспитывалась в деревне под Пензой в имении её дяди Петра Андреевича Бахметьева. Однако после реформ дядя разорился, мать вышла замуж за графа А. К. Толстого. Они перевезли девочку в Петербург и срочно искали ей жениха. Появление сравнительно молодого, холостого и таинственного генерала, весьма близкого к их императорским величествам, в столице не осталось незамеченным. Во время любого приезда Змей получал кучу приглашений, и в основном в дома с девицами на выданье. Кроме того, он успел познакомиться почти со всеми «высокопоставленными» вдовами, куртизанками, содержанками и прочая, прочая, прочая. В общем, пользовался заслуженной славой жуира и повесы. Но два года назад он решил остепениться и, неожиданно для всех, сделал предложение Сонечке Бахметьевой. У Сони и Виктора родился сын Вячеслав. Сонечку приняли при дворе, ей благоволит сама Мария Александровна. Не исключено, что для привлечения капиталов Савченко в Благотворительный фонд бывшей великой княгини, а теперь императрицы.

Дома Виктор сказал, что уже «забросил удочку» с целью приобретения для Михайловых особняка на Миллионной: хозяйка безвылазно живёт в Париже, её муж служит в Польше, жена остро нуждается в деньгах, поэтому переговоры идут успешно. Маклеры не раскрывают тайны: кто приобретает дом 17, поэтому Радзивиллы считают, что его покупает купец первой гильдии Расстегаев. Последнее время такие сделки стали обычными для Санкт-Петербурга.

На следующий день яхта «Полярная Звезда» унесла всех в Гельсингфорс, где отдыхали после коронации Александр II и императрица Мария. Их приняли в летней резиденции; после фактически обязательного чаепития император и Сергей уединились в кабинете царя. Сергей считал предложение Александра II несколько бесперспективным и достаточно опасным. После приобретения земель в Южной Африке у многих «высокопоставленных» поселенцев возникла идея перебраться туда на постоянной основе. Удаленность от центров мировой истории давала неплохой шанс создать собственное государство и не зависеть ни от кого. Немало для этого уже сделано. Тот «пинок под зад», который получила Россия за счёт поселенцев, поставил её в совершенно другую позицию в мире. Из третьеразрядной страны империя превратилась в крупнейшее и самое влиятельное государство мира. Начавшаяся техническая революция успешно финансировалась как из казны, так и за счёт частного капитала. Очень быстро строился броненосный флот, развивалась нефтехимическая и химическая промышленность. Паровые турбины уверенно забирали первенство у паровых машин. Развивался трубопроводный транспорт, наливной флот. Началось активное углубление судоходных каналов, массовое использование цемента в строительстве. Наблюдались большие успехи в двигателестроении, телефонии, средствах связи. Значительный отрыв наметился с выпуском первых микросхем и процессоров. Но Севастопольский электронный завод не запускает компьютеры в массовое производство. Они предназначены для исследовательских институтов, некоторых заводов ВПК и Севастопольского Адмиралтейства. То есть только ДСП! Доступ к ним закрыт службой безопасности. Сети только локальные. Да и нет возможности развернуть глобальную сеть: отсутствуют спутники, оптоволоконные толстые кабели и мощные передатчики в других странах. Впрочем, существует категорический запрет на разработку таких сетей.