Сеятели смерти. Задание — Токио - Гамильтон Дональд - Страница 83

Из окна были видны домики, в одном из которых любили останавливаться Йоко и Билл. Сейчас там дежурили двое полицейских в мундирах и еще какие-то неприметные люди в штатском. Даррелл открыл платяной шкаф и обнаружил собственную одежду, которую кто-то привез из Токио. Дидра, должно быть. Он начал одеваться и облачился в белую сорочку с темным галстуком и темно-синий костюм. Поискал везде пистолет, но не нашел его. Даррелл все еще искал пистолет, заглядывая под подушку и вороша постель, когда в дверь постучали.

Он осторожно открыл.

В номер вошел доктор Фрилинг. Сухопарый бактериолог казался даже выше и костлявее, чем обычно. Золоченая оправа пенсне поблескивала в свете люстры. Вошел он по-своему угловато, неловко скособочась. На нем был белый халат, надетый поверх брюк и шерстяного свитера. Пальцы были перепачканы химикатами.

— Вы выглядите уже лучше, Даррелл, — сказал он, не улыбаясь, но и не хмурясь. — Синяков и ссадин было у вас предостаточно.

— Иоко у вас?

— Да, с ней все в порядке. Мы уже получили и отправили все, что хотели.

— А как Билл Черчилль?

— Мы пичкаем его вакциной. По-моему, прогноз вполне благоприятный. Компания «Титибу Фармацевти-кал» уже на днях приступает к массовому выпуску вакцины. Министерство здравоохранения разработало эффективную программу по борьбе с эпидемией. Все идет своим чередом. Вам больше не о чем беспокоиться.

— Так Билл и в самом деле жив?

— О, да. Не волнуйтесь на его счет. Йоко не отходит от него ни на шаг. — Фрилинг присел и едва заметно улыбнулся. — Вскоре у нас появятся новые доноры, у которых мы будем брать кровь на сыворотку. Это только вопрос времени. Главное, что эпидемия уже находится под контролем. Да и газетчики хоть немного успокоились. Слава Богу, против нас обвинений не выдвигали. Правда, об истинном происхождении вируса тоже помалкивают.

— Он китайский, — сказал Даррелл.

— Да, но ведь доказательств у вас нет?

— Пожалуй, так.

Фрилинг поправил пенсне.

— Чем вы так озабочены? Может, тоже заболеваете?

— Нет, чувствую себя как огурчик.

— Тогда в чем дело? Могу вас обрадовать— Мелвина Каммингса отозвали в Вашингтон. Должно быть, не угодил кому-то. Из-за таких, как он, вам бывает вдвойне несладко. Вы рады?

— Каммингс никогда меня не заботил, — ответил Даррелл.

— А кто заботит?

— По, — сказал Даррелл. — О нем что-нибудь известно?

— Он пропал: как в воду канул. Может быть, вернулся в Пекин?

— Сомневаюсь, что в Черном доме его встретят с распростертыми объятиями, — сухо сказал Даррелл. — Кстати, вы знаете, что он хотел и вас с собой прихватить?

На лице Фрилинга не отразилось ровным счетом ничего.

— Да, меня об этом предупредили, — спокойно произнес он. — Благодаря вам, этого не произошло.

— Я думаю, что он где-то здесь, — сказал Даррелл.

— Почему?

— Я это знаю.

— Предчувствие? Телепатия?

— Профессиональное чутье.

Фрилинг сказал:

— Не волнуйтесь на его счет, Сэм. Майор Яматоя уже предупрежден; он здесь вместе со своими людьми. Можете расслабиться. Вам ведь крепко досталось?

— Бывало хуже, — ответил Даррелл.

После ухода Фрилинга Даррелл снова посмотрел на часы. Дидра уже слишком задерживалась.

Он подождал еще пять минут, потом вышел из номера. По коридору шли студенты — черноглазые юнцы с живым взглядом. Помня про тех молодчиков, которые пытались отбить Йоко и не пустить их в автобус, Даррелл внутренне напрягся, но студенты, весело переговариваясь, прошли мимо. Даррелл спустился вниз, в вестибюль.

Дидры там не было.

Он прошел на кухню, где суетились два повара и несколько поварят. Кухня выглядела современной и безукоризненно чистой. Несмотря на поздний час, заказов было много, и повара работали, не покладая рук.

Дидры на кухне не оказалось.

— Даррелл-сан!

Даррелл быстро обернулся — он не мог скрыть своей озабоченности — и увидел перед собой улыбающегося во весь рот круглолицего японца средних лет с седеющими волосами. Улыбка Дарреллу не понравилась— было в ней что-то вымученное. В кухне было довольно жарко, но не настолько, чтобы этим объяснить испарину, выступившую на узком лбу японца.

— Даррелл-сан, вы не Пэджетт-сан ищете? Она здесь. Я вас провожу.

— Кто вы такой?

— Тысяча извинений. Я — мистер Ваикаидзи, управляющий отеля «Акакура». К вашим услугам, сэр. Если возникнут какие-либо трудности…

— А что, трудности уже возникли?

— Нет, нет, сэр, — засуетился японец. — Не волнуйтесь, сэр. Сюда, пожалуйста.

Даррелл пожалел, что не нашел пистолет. Следуя’за Ваикаидзи, он прошел мимо разделочных столов и, улучив удобный момент, ловко стянул короткий острый нож и упрятал его в рукав.

Ваикаидзи остановился перед кладовой и распахнул тяжелую дверь.

— Сюда, пожалуйста. Все в порядке, сэр, не беспокойтесь.

— Беспокоиться должны вы, Ваикаидзи-сан, — недобрым голосом произнес Даррелл.

Он приставил сзади острие ножа к шее японца. Ваикаидзи оборачиваться не стал, догадавшись, что это такое. Дверь за ними захлопнулась, и японца пробрала дрожь. Кроме них, в просторной кладовой не было ни души. Выстроившиеся вдоль стен стеллажи были заставлены коробками и банками. Через застекленную дверь в противоположном конце кладовой виднелся задний двор, за которым темнел лес и мерцали огни подъемника.

— Где Пэджетт-сан? — грозно спросил Даррелл.

Мистер Ваикаидзи начал заикаться.

— О, п-пожалуйста… Я н-не знаю. Честное слово. Он пришел, а потом… увел ее?

— Кто — китаец?

— Д-да. Очень страшный. Грязный, в разодранной одежде — он целые сутки п-просидел в горах. Это бандит, да? Он увел девушку и приказал мне привести вас. — Мистер Ваикаидзи судорожно сглотнул. — П-пойдемте к причалу, сэр.

Даррелл сказал, не убирая ножа:

— Иди вперед.

— П-пожалуйста, не надо… Я боюсь.

— Я тоже, — сухо произнес Даррелл.

Мистер Ваикаидзи просеменил до конца кладовой, отомкнул дверь, и они вышли наружу.

На улице было заметно теплее, чем накануне, хотя снега не убавилось. Со всех сторон слышались веселые крики и возгласы туристов, бренчала музыка. Даррелл не остановился, чтобы обдумать случившееся. Он даже не пытался представить, что может произойти с Дид-рой. Не смел. Одно знал наверняка: пока он спал, По бродил вокруг, выбирая минуту для нанесения решающего удара.

Примерно в пятистах футах от них, на берегу возле причала, разместился эллинг. Он был расположен на узком мысу, так что подобраться к нему незамеченным было невозможно. Впрочем, в одном месте почти вплотную к эллингу подступала полоса прибрежных деревьев.

Деревянное сооружение походило на длинный сарай с традиционной японской крышей. Оно выглядело мрачным и опасным, как гнездо шершней.

— Неужели мне нужно идти с вами? — жалобно спросил мистер Ваикаидзи. Лицо его скривилось.

Даррелл завел его в деревья. Пухленький человечек спотыкался и шумно дышал.

— Что вы держите в этом эллинге? — спросил его Даррелл.

— Два моторных катера, сэр, каноэ на стойках…

— Сколько там дверей?

— Большие двухстворчатые двери выходят на озеро, сэр, но мы спускаем катера на воду через особый люк внизу. Кроме того, одна дверь есть сбоку, чтобы…

— У люка есть крышка или это просто прорезь в полу?

— Это люк с крышкой, сэр. Она откидывается наверх…

— Она заперта?

— Нет, ее никогда не запирали…

— Хорошо. Теперь — тихо!

Даррелл двинулся вдоль берега, скрываясь среди деревьев и подталкивая перед собой мистера Ваикаидзи. Все его существо было нацелено на выполнение одной-единственной задачи: он твердо знал, что делать, и как делать. Страх за Дидру охватил его целиком, глодал внутренности, разъедал мышцы. Впрочем, внешне Даррелл это никак не выражал— лицо было совершенно непроницаемым, словно высеченным из мрамора. Поравнявшись с эллингом, он начал осторожно приближаться, перебираясь от лиственницы к лиственнице. Над горами появился бледно-желтый ободок — вставала луна. Даррелл ускорил щаг.