Два-два-один Браво Бейкер (Two Two One Bravo Baker) (СИ) - "abundantlyqueer" - Страница 93

- Подожди еще секунду, - выдавливает Джон, вздрагивая от вновь вгрызающейся в плечо боли. – Я хочу, чтобы ты знал… Шерлок… Я буду любить тебя до конца жизни.

- Нет, не будешь. Я стану тебе противен, мы будем цапаться, не переставая. Ни один мой партнер не продержался дольше месяца. Со мной совершенно невозможно ужиться.

-Десантник. Забыл? – в предплечье вонзается игла, Шерлок нажимает на поршень, и Джон морщится. – Привык совершать невозможное.

Шерлок пристально и внимательно смотрит на его лицо. Наконец, Джон закрывает глаза, напряженно сжатые губы его расслабляются, приоткрываясь, и тогда Шерлок наклоняется и прижимается к ним коротким поцелуем.

Бронежилет Джона лежит в углу. Шерлок вытягивает зеленый берет из-под плечевых креплений, засовывает его под плечо своего бронежилета. Потом берет камуфляжную рубашку Джона, снимает с рукава капитанскую нашивку**** и налепляет на собственный рукав. Слева, в окровавленной ткани, он нащупывает какое-то утолщение и запускает пальцы в карман. Там лежит влажный от крови завиток темных волос, перехваченный хирургической нитью. Его собственный локон. Шерлок сводит брови и задумчиво крутит его в руках, с приоткрытых губ срываются дрожащие вздохи. Наконец, он стряхивает с себя оцепенение, слегка оттягивает переднюю секцию бронежилета и прячет завиток в карман.

К тому времени, как внедорожник сворачивает на дорогу, которая ведет от взлетного поля «Кэмп Бастион» к самой базе, в вечернем небе уже разгораются золотые и алые полосы. Через все посты Шерлока пропускают без вопросов – все в нем, начиная с машины и обмундирования и заканчивая темным загаром и холодными короткими кивками в знак приветствия, заставляет считать его своим. Он проезжает мимо длинных рядов жилых блоков и тормозит у того самого просторного и странного здания, где впервые встретился с Джоном.

- Тут нельзя парковаться, - сообщает утомленного вида капрал, когда Шерлок выбирается наружу и захлопывает дверь.

- У меня здесь делов на пять чертовых минут, - в речи детектива прорезается грубоватый, просторечный выговор, и он вытаскивает зеленый берет.

- Это ведь не разрешение на парковку, - обреченно возражает капрал.

- Разрешение, - парирует Шерлок, нахлобучив берет на голову и надвинув его на лоб. – И на чертову парковку, и на что угодно. С дороги, капрал.

Тот раздраженно умолкает и провожает его насмешливым взглядом. Шерлок заходит внутрь, распахивает дверь и оказывается в странно-привычной обстановке комнаты отдыха. Несколько офицеров в камуфляже лениво бродят туда-сюда, кто-то уткнулся в лаптоп и печатает, кто-то ведет записи в блокнотах.

- Мне нужен капитан Мюррей, САС, - громко заявляет Шерлок, обводя комнату внимательным взглядом.

- Он то ли в двадцать четвертой, то ли двадцать пятой дальше по коридору, - ответивший махает рукой, указывая направление.

Шерлок благодарно хмыкает и выходит. Он минует дверь за дверью – какие-то заперты, какие-то приоткрыты. В двадцать четвертой комнате Мюррея нет – там сидят двое и внимательно изучают длинный список цифр. Дверь в комнату номер двадцать пять закрыта, и Шерлок стучит по ней костяшками пальцев. Полая деревянная панель гулко отзывается.

- Заходите, - откликается Мюррей.

Шерлок распахивает дверь левой рукой, а правой выхватывает из кобуры пистолет. Заходит внутрь, захлопывает дверь за собой и целится Мюррею в голову. Тот отшатывается, падает на стул, со стола планирует вниз сложенная карта.

- Что за чертовщина? – выдыхает он, впиваясь взглядом в зеленый берет на голове детектива. – Что ты… Какого хрена творится?

- Джон ранен. Ему нужна помощь.

- А… Блэквуд и остальные? С ними что? – Мюррей медленно встает, держа руки на виду.

- Мертвы, - сухо роняет Шерлок. – Все, кроме нас, мертвы.

- Иисусе, - вырывается у Мюррея.

- Ты - единственный во всем Афганистане, кому я могу доверять.

- Моя задача – обеспечение твоей безопасности любой ценой, в том числе ценой моей жизни. Или жизни Джона, - мрачно нахмурившись, произносит Мюррей.

- А ты думал, я тебя просто так на мушку взял? – Шерлок приподнимает бровь. – Я меняю твою задачу.

- На твоем месте я бы не рассчитывал, что удастся вывести меня с базы под прицелом.

- Я и не рассчитываю, - соглашается детектив. – Зато я могу поднять вполне достаточно шума, чтобы оказаться под стражей. Откуда меня тут же передадут в руки тому, от кого ты обязан меня защищать.

- Шантажируешь меня собственной жизнью? Ты это, мать твою, всерьез?

Шерлок слегка морщится в ответ.

- Черт, ну у тебя просто стальные яйца, - признает Мюррей. – Дай собраться.

- Отлично, - Шерлок опускает пистолет.

- Если выживем, с тебя трогательная речь на трибунале.

Переносные лампы бросают полосы желтого света на грубые глинобитные стены и земляной пол. В углах царит непроницаемый мрак. Шерлок стоит на коленях с одной стороны кровати, Мюррей – с другой. Джон без сознания, глаза его закрыты, кожа на ребрах окрасилась в чернильно-сливовый. Мюррей с трудом перекатывает тяжелое безвольное тело на правый бок, чтобы получить доступ к раненому плечу.

- Держи крепко, чтобы не дернулся, - тихо просит он.

Шерлок прижимается грудью к спине Джона, просовывает руку под шею и обхватывает его поперек ключиц, притягивая к себе, а второй рукой удерживает за бедро. Мюррей подкладывает сбоку полотенце, натягивает нитриловые перчатки и протирает кожу Джона спиртовой салфеткой. Распаковывает скальпель, осторожно ощупывает грудную клетку кончиками пальцев, на секунду задумывается и делает разрез. Из-под лезвия обильным потоком струится и впитывается в полотенце темная кровь вперемешку с прозрачной жидкостью. Когда поток замедляется и из разреза начинает сочиться обычная, ярко-алая кровь, Мюррей обтирает кожу, прикладывает к ране салфетку и накладывает повязку.