Очерки истории российской внешней разведки. Том 5 - Примаков Евгений Максимович - Страница 122

Очень важной функцией, которую выполняла советская разведка в Африке, было поддержание связи с освободительными движениями стран, не освободившихся от колониализма. Помощь и поддержку им оказывал не только Советский Союз. Эти движения ориентировались на различные страны — США, СССР, Китай и др. Иногда на несколько стран сразу. Им оказывалась различная помощь — политическая, финансовая, материальная, а также подготовкой кадров, предоставлением советников, специалистов. Помощь эта направлялась по разным каналам: государственным, через общественные, гуманитарные, международные организации. Помощь по линии разведок осуществлялась обычно скрытно. Так, США долго удавалось скрывать свою поддержку Союзу народов Анголы (СНА), возглавляемому Холденом Роберто, которая реализовывалась через ЦРУ.

Советский Союз также оказывал этим движениям помощь по разным каналам. Значительный объем работы по поддержанию контактов с освободительными движениями и оказанию им поддержки международный отдел ЦК КПСС возлагал на внешнюю разведку.

В этом была своя логика. Большинство освободительных движений находилось на нелегальном положении. Против них активно работали спецслужбы стран-метрополий. Они отслеживали освободительные организации не только в своих колониях, но и в третьих странах, где они имели свои базы и представительства, охотились за их лидерами, осуществляли террористические акты, внедряли свою агентуру, перехватывали каналы связи, выявляли контакты этих организаций с внешним миром, источники получения ими помощи. Аналогичную работу по этим организациям проводило и ЦРУ. Американцы стремились внедриться в освободительные движения и взять их под свой контроль, чтобы после освобождения колоний утвердить свои позиции в молодых государствах.

Оперативная обстановка внутри освободительных движений, таким образом, была сложной. Работа с ними помимо хорошей политической подготовки требовала от разведчика профессиональных знаний и навыков.

Выполняя эти поручения, наши разведчики установили и поддерживали контакты с руководителями большинства освободительных движений Африки, таких как Фронт национального освобождения Алжира (ФНО), Национальное движение за освобождение Анголы (МПЛА), Африканская партия независимости Гвинеи и Островов Кабо-Верде (ПАИГ), Фронт освобождения Мозамбика (Фрелимо), Народная организация Юго-Западной Африки (СВАПО) и др., которые, добившись освобождения своих стран, пришли к руководству.

В основном лидеры и представители освободительных движений были полны искреннего желания вести самую решительную борьбу за освобождение своих стран. Другие осторожничали, выбирали себе союзников во внешнем мире с оглядкой. Третьи, сориентировавшиеся на западную помощь, шли на контакты с нами, чтобы разузнать позиции Советского Союза, выведать, кому, как, по каким каналам он оказывает помощь. Были и те, кто политиканствовал, спекулировал на освободительной борьбе, жил за счет помощи, предоставляемой освободительным движениям, приобретал роскошные виллы и автомашины, разъезжал по международным конгрессам и конференциям, представительствовал, отдыхал и лечился по приглашениям иностранных государств, давал бесконечное количество обещаний и меньше всего думал о борьбе за освобождение своей страны. Во всем этом приходилось тщательно разбираться. Бывали и ошибки, особенно когда наши партнеры упорно доказывали, что стоят на позициях «научного коммунизма». «Инстанции», по заданиям которой разведка работала с освободительными движениями, порой трудно было удержаться от догматических соблазнов.

Разведка не делала жесткого идеологического выбора среди движений. Она стремилась охватить как можно более широкий круг освободительных организаций, разобраться в их реальных возможностях борьбы за освобождение своих стран. Так, в ангольском освободительном движении наряду с МПЛА А. Нето наша разведка пыталась наладить отношения и с Союзом народов Анголы X. Роберто, и с Национальным союзом за полное освобождение Анголы Ж. Савимби. В Зимбабве разведка поддерживала контакты с представителями Союза африканского народа Зимбабве (ЗАПУ) и с Африканским национальным союзом Зимбабве (ЗАНУ). Другое дело, что не все эти партии пошли на сотрудничество с Советским Союзом, некоторые из них предпочли опереться на США и другие западные страны.

Сегодня, когда многое опубликовано, проанализировано и вошло в оборот научной и публицистической литературы, можно утверждать, что работа ЦРУ с освободительными движениями (мы не касаемся других западных разведок) была не менее масштабной, чем работа советской разведки. В нее широко были вовлечены не только государственные, но и научные, общественные, международные, частнопредпринимательские организации. ЦРУ создало в этих целях целую сеть исследовательских центров, фондов, ассоциаций, привлекло крупнейших ученых-африканистов, видных политологов, мобилизовало огромные финансовые средства.

Контакты с представителями освободительных движений порой превращались в подлинные политические университеты. Шел обмен информацией, разбирались проблемы мировой и африканской политики, опыт путей борьбы и развития стран, уже вырвавшихся из пут колониализма, их достижения и просчеты. Нашим разведчикам пришлось в ту пору вместе со своими африканскими друзьями разбираться в популярных тогда среди африканской интеллигенции теориях панафриканизма Нкваме Нкруме, негритюда и африканского социализма Леопольда Сенгора, проповедовавших самобытность исторического пути развития народов Африки и неприменимость к нему общих законов исторического развития. Наши связи хотели знать, насколько верны эти теории и что мы о них думаем. Приходилось учиться на ходу.

Обогащение было взаимным. И все же наши разведчики больше отдавали, чем получали. Редкий для разведки случай. Шел естественный процесс формирования мировоззренческих и политических позиций лидеров освободительного движения в Африке. Африканцы сами ориентировались в той информации, которую получали в ходе общения с нами, сами выбирали и определяли свои позиции.

Работа с представителями освободительных движений отвлекала разведчиков от чисто разведывательных задач — приобретения источников информации и проникновения в объекты главного противника. Поэтому не все разведчики любили ее да и Центр не очень жаловал тех, кто отдавал ей много времени. Не всегда и не каждому разведчику удавалось находить в этом противоречии «золотую» середину.

Освободительный, антиколониальный процесс в Африке был исторически неизбежным явлением. Колониальные державы не хотели терять своих позиций и отстаивали их сначала преимущественно силовыми, военными либо террористическими методами, затем, под влиянием событий, в возрастающей мере политическим путем. Политику Советского Союза в Африке они рассматривали как угрозу своим интересам, как его попытку распространения влияния на Африку, как коммунистическую угрозу Африканскому континенту. Имели место и объективные, и субъективные предпосылки противоборства спецслужб на Африканском континенте.

Так или иначе, в этих условиях наша разведка порой в тяжелейшей обстановке политической нестабильности, кризисов и войн, характерных для Африки 60-70-х годов, выполняла свой долг, решала в меру своих сил поставленные перед ней руководством страны задачи, способствовала процессам утверждения независимости ранее колониальных и зависимых народов.

37. Годы конголезского кризиса (1960–1963 гг.)

В начале 60-х годов весь мир с пристальным вниманием следил за драматическими событиями в Конго, бывшей бельгийской колонии в Африке. 30 июня 1960 года страна провозгласила независимость. Избранный народом парламент сформировал правительство во главе с одним из лидеров национально-освободительного движения Патрисом Лумумбой.

Однако бельгийцы не захотели смириться с потерей богатейшей колонии. Под предлогом защиты белого населения последовала военная интервенция Бельгии.

В Конго началась гражданская война с трагическими последствиями для мирного населения. Остро стали проявляться разжигаемые колонизаторами пережитки родоплеменных отношений (трайбализм) и сепаратизм. Бельгийцы спровоцировали отделение от Конго богатейшей провинции Катанга, поставив во главе ее своего ставленника Чомбе. На грани отделения была и провинция Конго Касаи, знаменитая алмазными месторождениями. Возникла реальная угроза территориальной целостности страны, ее независимости. Шла открытая борьба иностранных и наднациональных монополий за передел сфер влияния и богатств Конго.