Очерки истории российской внешней разведки. Том 5 - Примаков Евгений Максимович - Страница 121

60-е годы оказались «жаркими» и для молодых африканских стран, и для советской внешней разведки. Только что освободившиеся страны Африки сразу же столкнулись с жесткой конфронтацией со стороны бывших метрополий, которые стремились сохранить свои политические и экономические позиции в прежних колониях. В ряде случаев это приводило к возникновению кризисных ситуаций, как, например, в бывшем Бельгийском Конго.

Государственные перевороты, происходившие при вмешательстве западных держав и их спецслужб, сопровождавшиеся междоусобицей, племенными распрями, гражданскими войнами, стали привычным явлением. От разведки в каждом конкретном случае требовалась информация о том, кто пришел к власти, какие силы совершили переворот, по какому пути они намерены вести страну. Ответить на все эти вопросы было нелегко. Порой и сами участники событий не ставили их перед собой. Только что созданные в африканских странах резидентуры, укомплектованные, как правило, молодыми сотрудниками, не могли дать исчерпывающих ответов на все эти вопросы. Но они добросовестно направляли информацию непосредственно с мест событий, и она была полезна для Москвы, так как позволяла рельефнее видеть и оценивать происходящее.

С первых же шагов работы в африканских странах наши сотрудники встретились с серьезными трудностями. Бытовая неустроенность, отсутствие порой элементарных санитарных и жилищных условий, перебои в снабжении продовольствием были понятны. Трудно было ожидать комфортабельных условий жизни и работы в отсталых странах, только вчера еще находившихся под ярмом колонизаторов.

Но вот сложности в достижении взаимопонимания с африканцами для большинства разведчиков оказались полной неожиданностью. У африканцев совсем другой менталитет, привычки и нравы. Наивность и надежды на наше быстрое содействие соединялись с раздражительностью, недоверием. Колониальные времена приучили не доверять белому человеку, обманывать его считалось заслугой. Все эти особенности постколониального африканского характера не без труда приходилось преодолевать нашим сотрудникам.

Было бы не совсем правильно утверждать, что сам по себе факт получения африканскими странами независимого статуса побудил советское руководство автоматически принять решение об организации разведывательной работы в молодых государствах Африки.

Процесс деколонизации был естественным и исторически неизбежным явлением, мало зависевшим тогда от воли Советского Союза и западных колониальных держав. Однако в условиях холодной войны и противостояния двух мировых блоков этот процесс сам становился объектом противостояния.

Потеря колоний ослабляла блок западных держав. Это отвечало интересам Советского Союза, укрепляло его внешнеполитические позиции. Поэтому Советский Союз поддерживал борьбу африканских стран за свою политическую и экономическую независимость.

В свою очередь, США и колониальные страны стремились всеми средствами, в том числе используя разведслужбы, воспрепятствовать этому процессу. Африканский континент превратился, таким образом, в арену идеологической и политической конфронтации двух блоков.

Так борьба народов африканских стран за свое освобождение стала объектом соперничества великих держав. Такова была логика эпохи холодной войны.

Советская разведка вела работу в государственных и политических кругах молодых африканских стран прогрессивной ориентации с большой осторожностью, ограничиваясь, как правило, доверительными отношениями. В этом состояла одна из важнейших особенностей ее деятельности в Африке: она не была направлена против африканских стран, напротив, объективно она отвечала их интересам борьбы за укрепление своей политической и экономической независимости, становление своей государственности. Интересы освободившихся от колониальной зависимости стран Африки и Советского Союза в этих вопросах совпадали.

Поэтому с самого начала организации работы в Африке руководство разведки не рекомендовало вести вербовочную работу в политических и государственных кругах прогрессивных африканских стран. Это отнюдь не облегчало получение информации, столь необходимой для решения поставленных перед разведкой задач. Приходилось искать новые приемы и методы работы. Приобрела, например, большое значение обработка открытых источников информации — различных публикаций, справочников, прессы, радио и телевидения. Однако главным оружием, конечно, оставались доверительные связи в политических и общественных кругах.

Такая работа требовала хорошей политической подготовки, знания проблем и большого профессионального мастерства. Политические и общественные деятели, служащие различного уровня, вплоть до самых высоких, охотно шли на установление контактов. Обычно отношения строились и развивались на общности политических или идеологических интересов. Однако искусство разведчика заключа-лось в том, чтобы придать этим отношениям определенную направленность, исподволь, естественным путем сделать их менее заметными для окружающих и довести до такой степени доверительности, при которой можно было рассчитывать на получение требуемой конфиденциальной информации.

Доверительные связи долгие годы оставались преобладающей формой работы в африканских странах. Нашим разведчикам удалось таким путем приобрести немало друзей, обеспечить получение необходимой разведывательной информации.

В ряде африканских государств, рассматривавшихся советским руководством как страны прогрессивной ориентации, таких, например, как Алжир, Гвинея, Гана, Конго (Браззавиль), Сомали, Эфиопия и целый ряд других, перед резидентурами ставилась весьма своеобразная для разведки задача — содействовать ее специфическими средствами развитию и укреплению отношений этих стран с Советским Союзом. Расстановка сил у наших африканских партнеров была непростая. Были сторонники развития отношений, были противники, как явные, так и скрытые. Иногда такая позиция была результатом недостаточной информированности и недопонимания политики Советского Союза в африканских странах. Нередко негативное отношение к Советскому Союзу было следствием просчетов в нашей внешней политике, узковедомственного подхода внешнеполитических и внешнеторговых организаций, осуществлявших сотрудничество, волокиты и бюрократизма.

С другой стороны, западная дипломатия и западные разведки вели работу по подрыву отношений Советского Союза с африканскими странами, обрабатывали и подкупали африканских лидеров, использовали свою агентуру, распространяли дезинформацию, представляющую в искаженном виде политику и намерения Советского Союза в Африке. При этом они, разумеется, использовали наши ошибки и просчеты.

Внешнеполитическая разведка подвергала все обстоятельства, связанные с проблемами отношений с африканскими странами, тщательному анализу и докладывала руководству страны свои предложения.

Советское руководство нередко использовало возможности разведки для доведения до руководителей африканских стран информации деликатного характера. Так, например, по линии разведки советское руководство информировало президента Алжира Бумедьена о деятельности агентуры западных спецслужб в высших эшелонах алжирского руководства.

Немаловажное значение в развитии дружественных отношений Советского Союза с африканскими странами и укреплении их государственности сыграло сотрудничество КГБ с органами безопасности ряда молодых стран Африки, которое осуществлялось главным образом через внешнюю разведку. Сводилось это сотрудничество в основном к обмену информацией, представляющей взаимный интерес, к краткосрочной подготовке кадров в Москве и на местах, к помощи оперативной техникой. Оказывалась и определенная советни-ческая помощь в построении и организации работы органов безопасности африканских стран. Советы и рекомендации давались, но все решения африканцы принимали сами, и они далеко не всегда совпадали с тем, что рекомендовалось нашими советниками. В целом же сотрудничество органов безопасности молодых африканских стран со спецслужбами СССР помогало им в строительстве своего государственного аппарата.