De Aenigmate / О Тайне - Фурсов Андрей Ильич - Страница 167

Существенным «достижением» когнитивных технологий является разработка смарт-форм пресоциализации — добровольно-игрового неосознаваемого самим субъектом способа быстрой смены социальных ролей, статусов и позиций. Смарт-формы «упакованы», «завёрнуты» в контркультурную оболочку безобидной игры-прикола[803] и выступают как способы новой консолидации людей. Наиболее известны среди смарт-форм флэшмобы. Дословный перевод «flash mob» на русский язык означает «мгновенная толпа», хотя правильнее это понимать, как «умная толпа», т. е. толпа, имеющая цель и чётко следующая заранее подготовленному сценарию. Собственно, это уже и не толпа.

В 2002 г. в книге «Умная толпа» специалист по культурным, социальным и политическим импликациям в медиа-сферу современности Говард Рейнгольд не только подробно описал флэшмоб, придавая особое значение новому способу организации социальных связей, структур, но, фактически, предвосхитил и описал волну новых социальных революций. Он полагал, что флэш-акции (смарт-мобы) столь мобильны, благодаря тому, что её участники используют современные средства коммуникации для самоорганизации[804]. Считается, что идея организовать флэшмоб с использованием интернета, как организационного ресурса, пришла создателю первого сайта для форматирования подобных акций FlockSmart.com Робу Зазуэта, после знакомства с творчеством Рейнгольда. Сегодня флэшмобы используются довольно широко и формируют совершенно особую реальность.

Дело в том, что флэшмобы являются механизмом формирования конкретного поведения в данный момент в данном пространстве. Управляемость «умной толпы» достигается за счёт следующих принципов организации. Во-первых, акция заранее готовится через официальные интернет-сайты, где мобберы разрабатывают, предлагают и обсуждают сценарии для акций.

Во-вторых, чтобы не вызывать отрицательной реакции у случайных зрителей, такие акции проходят тихо и без шума, спокойно и вообще еле заметно. Чтобы не вызвать смех у случайных зрителей, участниками акции всё делается с серьезным видом: флэшмоб должен вызывать недоумение, но не смех. На акциях участниками делается вид, что всё спонтанно, поэтому движения и внешний вид должны быть самыми простыми, обыденными.

В-третьих, акция начинается одновременно всеми участниками, но должна выглядеть как спонтанная. Для этого согласовывается время или назначается специальный человек (маяк), который должен подать всем сигнал для начала акции. В-четвёртых, акция не должна длиться долго — обычно до пяти минут, иначе случайные зрители начинают проявлять активность: задавать вопросы, вызывать работников охраны и правопорядка и т. п. В-пятых, участники должны делать вид, что не знают друг друга. И, наконец, акции должны быть регулярными и иметь абсурдный характер (действия мобберов не должны поддаваться логическому объяснению).

При этом флэшмоб — совершенно добровольное занятие. Но самое главное, что все участники флэшмоба не знают и не должны знать истинной причины организации той или иной акции. Важнейший смысл смартмоба как «новой социальной революции» заключается в том, что подобные акции формируют модели необдуманного, навязанного «маяком» поведения больших масс людей. В момент флэшмобов происходит спектаклизация реальности, индивид утрачивает собственно индивидуальность, превращаясь в легко управляемый винтик социальной машины.

Ещё в начале XX века выдающийся французский психолог и социолог Гюстав Лебон обратил внимание на влияние массовых акций, толпы на индивида. Учёный выделил три причины изменения личности, «Я», которые тщательно проанализированы теоретиками современных протестов и активно используются в процессе подготовки и осуществления переворота.

Во-первых, «индивид в толпе приобретает, благодаря только численности, сознание непреодолимой силы, и это сознание позволяет ему поддаться таким инстинктам, которым он никогда не даёт волю, когда он бывает один. В толпе же он тем менее не склонен обуздывать эти инстинкты, потому что толпа анонимна и не несёт на себе ответственности. Чувство ответственности, сдерживающее всегда отдельных индивидов, совершенно исчезает в толпе».

Во-вторых, в толпе есть «зараза», которая «способствует образованию в толпе специальных свойств и определяет их направление. Зараза представляет такое явление, которое легко указать, но не объяснить; её надо причислить к разряду гипнотических явлений… В толпе всякое чувство, всякое действие заразительно, и притом в такой степени, что индивид очень легко приносит в жертву свои личные интересы интересу коллективному. Подобное поведение, однако, противоречит человеческой природе, и потому человек способен на него лишь тогда, когда он составляет частицу толпы».

«Третья причина, и притом самая важная, обусловливающая появление у индивидов в толпе таких специальных свойств, которые могут не встречаться у них в изолированном положении, это — восприимчивость к внушению; зараза, о которой мы только что говорили, служит лишь следствием этой восприимчивости… Индивид, пробыв несколько времени среди действующей толпы, под влиянием ли токов, исходящих от этой толпы, или каких-либо других причин, — неизвестно, приходит скоро в такое состояние, которое очень напоминает состояние загипнотизированного субъекта… Сознательная личность у загипнотизированного совершенно исчезает, так же как воля и рассудок, и все чувства и мысли направляются волей гипнотизёра.

Таково же приблизительно положение индивида, составляющего частицу одухотворённой толпы. Он уже не сознаёт своих поступков, и у него, как у загипнотизированного, одни способности исчезают, другие же доходят до крайней степени напряжения. Под влиянием внушения такой субъект будет совершать известные действия с неудержимой стремительностью; в толпе же эта неудержимая стремительность проявляется с ещё большей силой, так как влияние внушения, одинакового для всех, увеличивается путём взаимности».

Исходя из проведенного анализа, Лебон сделал вывод, которым до сих пор пользуются организаторы массовых мероприятий: «исчезновение сознательной личности, преобладание личности бессознательной, одинаковое направление чувств и идей, определяемое внушением, и стремление превратить немедленно в действие внушённые идеи — вот главные черты, характеризующие индивида в толпе. Он уже перестаёт быть сам собою и становится автоматом, у которого своей воли не существует»[805].

Столетней давности наработки осовременены и дополнены компьютерными технологиями. Однако роль соцсетей не ограничивается формированием легко управляемой смарт-толпы. Существенное влияние они оказали на общественное сознание в период политических кризисов, в ряде случаев закончившихся сменой политических режимов. Везде, где происходили события «арабской весны», для привлечения союзников протестующие использовали новые интернет-приложения и мобильные телефоны, перебрасывая ресурсы из киберпространства в городское пространство и обратно. Для посетителей социальных сетей создавалось впечатление, что в протестные действия включились миллионы людей. Однако в действительности число реально протестующих и протестующих в сети отличаются многократно. Достигается это с помощью специальных программ.

В частности, за год до «арабской весны», в 2010 г., правительство США заключило договор с компанией HBGary Federal на разработку компьютерной программы, которая может создавать многочисленные фиктивные аккаунты в соцсетях для манипулирования и влияния на общественное мнение по спорным вопросам, продвигая нужную точку зрения. Она также может быть использована для наблюдения за общественным мнением, чтобы находить опасные точки зрения[806].

Ещё раньше ВВС США заказала разработку Persona Management Software, которую можно использовать для создания и управления фиктивными аккаунтами на сайтах социальных сетей, чтобы искажать правду и создавать впечатление, будто существует общепринятое мнение по спорным вопросам. Буквально, «персонажи» соцсетей должны производить впечатление, что они происходят почти из любого места в мире, и могут взаимодействовать посредством обычных онлайн-сервисов и сетевых платформ. В июне 2010 г. программа была запущена[807].