Огневой бой. Воевода из будущего (сборник) - Корчевский Юрий Григорьевич - Страница 83

Холопы сразу развели костры да котлы подвесили. Через полчаса запахло ароматной ушицей. И только уха сварилась, как издалека послышался шум. Что за диво – вроде барабан бьет?

Ратники встревожились, взялись за оружие.

В наступающих уже легких сумерках было видно, как из леса выходили люди. Они шагали строем в колонне по четыре, и все были одеты в одинаковые кафтаны, на боку – сабли в ножнах. А сбоку всадник красуется. Я вгляделся. Да это же мой Макар! Фу ты, свои!

Ратники расслабились.

Макар лихо подъехал ко мне, легко спрыгнул с коня.

– Вот, полюбуйся, князь, на дружину свою.

Я прошел вдоль небольшой колонны. Удивительно просто: все в зеленых кафтанах, шапках суконных, сапоги дегтем смазаны. На ремнях – ножи и сабли. А впереди – ратник с барабаном. Прямо пруссаки! Наши так не ходят. Вроде бы и неплохо, чувствуется войско. И пусть пока и кафтаны по фигуре не обмялись, и строй неровный – то придет со временем. А ведь неплохо Макар задумал!

– Молодец! Ты превзошел мои ожидания, – похвалил я Макара. – Но люди твои проголодались небось. Зови к костру ратников своих. Как раз уха готова, пусть ужинают и – отдыхать. Ну а завтра начинай учить их воинским умениям – бою на саблях, занятиям с тяжестями – словом, делай из них бойцов.

– Будет исполнено, князь!

А ведь не иначе по литовскому образцу Макар дружину пытается создать. Да и пусть, посмотрим, как он справится. Начало неплохое.

Я уловил взгляд, брошенный искоса Федором на новое воинство и Макара. Ба! Неужели продолжает ревновать?

Следующим днем в деревне и около нее был просто муравейник. Сновали по стройке холопы, рядом с деревней новые ратники под командованием Макара учились ходить строем, собираться в шеренгу и колонну – по два, по четыре. Это азы, и Макар начинал обучение, на мой взгляд, правильно.

Учеба продолжалась до обеда, потом еда, короткий отдых и – снова упорные занятия, до вечера. Когда приблизились сумерки, объявили ужин. После ужина новобранцы просто попадали от усталости, и вскоре их сморил сон.

– Макар, может, полегче немного с ратниками своими? – встревожился я.

– Ничего, тяжело только спервоначалу, а потом втянутся, привыкнут. Зато слабые телом и духом отсеются быстро, сами уйдут, а сильные и выносливые останутся, вот тогда я с ними всерьез и займусь, оружием владеть научу.

– Хм, резонно.

– Коли дозволишь, князь, слово молвить, я снова о деньгах просить тебя хочу. Без них доброе воинство не создашь.

– Это еще на что? – удивился я.

– Кони потом потребны будут, пищали. Сам понимаешь, кони – это быстрота, натиск. Ну а пищали – огонь. Вон у Федора в десятке все ратники с огненным боем. А ведь у русских бояр далеко не всегда ратники в дружинах пищали имеют. Стало быть, не понимают они пока, что за пищалями – сила. Сабля нужна, но за огненным боем – будущее. Еще хорошо бы пушки, хотя бы пару.

– Ты как мои мысли читаешь. Только я немного погодить хочу – как-то обучение пойдет. Я сейчас не только новобранцев оцениваю, но и твои способности.

– Я понимаю и не обижаюсь, сам бы так поступил.

– Тогда спать ложись.

Макар вздохнул, разделся и улегся спать. Вот ведь, чертяка, наблюдательный – не отнимешь. Душу растревожил. Давно уже о пушках думаю, еще с Вологды. Дороги пушки, и на базаре их не купишь, надо идти на поклон в Нарядный приказ, может быть, удастся одну-две из трофейных пушек купить. Но ехать в Москву – время нужно и деньги. А где их столько взять? А вот коней купить надо, вторую конюшню строить надо, а еще первая не готова – только ставить начали. Баня нужна, просто край как. Хорошо, тепло сейчас – лето, хлопцы обмыться бегают на реку. Так ведь оно на исходе, и холода скоро настанут. А я уж и сам по баньке парной соскучился. Без бани нельзя – обовшивеют ратники, тогда жди беды в виде тифа.

И пищали нужны – это Макар правильно подметил. Значит, снова деньги, и немалые…

Хорошо Андрею, Федору да Макару. Подходят: «Князь, дозволь слово молвить: деньги опять нужны…» Можно подумать, у меня их прорва.

И кормежка становится серьезной проблемой. Людей много, продукты просто на глазах тают. Мешка муки на два дня только и хватает. И, наверное, кого-то из холопов поваром надо ставить. Не дело ведь – новобранцы после занятий с ног падают, а тут еще им же и готовить надо. Ладно, в боевом походе, коли лагерем стоим, выделяются дежурные. Здесь же вотчина, а времени впустую много уходит.

А как-то после полудня конные в деревню прискакали. Федька-заноза сразу ко мне их проводил.

– Вот, княже, люди государевы, сказывают – к тебе!

Я поднялся с пенька, на котором сидел и наблюдал, как Макар занимается с новыми ратниками.

– Не ты ли князь Георгий Михайлов будешь?

– Он самый. С кем имею честь говорить и по какому делу ко мне?

Служивые стянули шапки с голов, поклонились.

– Мы помощники подьячего, с Разбойного приказа. По суду ты виру с боярина Никифорова получить должон.

– Истинно так.

– Вот ведь дела какие. Денег у него не оказалось, хотя клянется-божится, что были. Врет, поди. Согласен ли ты взять виру натурой – скотиной, зерном?

– Отчего же не взять? В хозяйстве все сгодится.

– Тогда человека своего с нами в Никифоровку отряди да расписочку составь. Сам понимаешь, мы люди подневольные.

– Это можно.

Я зашел в избу, написал расписку, что вира получена полностью. Кликнул Андрея:

– Андрей, поедешь со служивыми московскими. Мне за злодеяния боярина Никифорова вира по суду полагается, а денег, вишь, у него нет. Возьми с собой двух-трех холопов. Выбери для хозяйства что-нибудь из скотины. Можешь коров, лошадей с телегами – все лишним не будет. Расписку мою служивым людям отдашь, как выберешь.

– Вот и славно! Все хозяйству прибыток, – обрадовался управляющий.

Андрей усадил в телегу пару подвернувшихся под руку холопов и уехал со служивыми в Никифоровку.

Вернулся управляющий уже ближе к вечеру.

Услышав шум и радостные голоса, я выглянул в оконце. Все свободные от работ крестьяне высыпали поглазеть на редкое зрелище. Вышел и я, заслышав мычание. И было чему дивиться и радоваться: во главе шествия ехал Андрей на подводе, за которой шли на привязи две упитанные коровы. А холопы вели под уздцы лошадей – каждый по паре. К ним сразу подбежал Тит, проворно осмотрел копыта, заглянул коням в рот.

– Барин, две лошади тягловые – только под соху, а две – верховые, и все ухожены, – уверенно сообщил он.

– Молодец, Тит! Забирай верховых лошадей. Пусть во дворе стоят, пока конюшню достроим. Приглядывай за ними. Вскоре конюшня готова будет, тогда лошадок и определим туда, помогать будешь с уходом. А ты, Андрей, коров да тягловых коней справным крестьянам отдай, на свое усмотрение выбери – тем, кто не ленится. Осень на носу, им еще сено на зиму заготавливать надо.

– Исполню, князь.

На Андрея устремились десятки горящих нетерпением глаз – кто ж из крестьян упустит возможность заполучить корову-кормилицу? Я не вмешивался в дела управляющего – он и сам прекрасно справится с задачей.

Коровы – это хорошо: теперь молока, сметаны, масла вдосталь будет. К сожалению, коров в Охлопкове не было досель.

Прослышав о новых лошадях, ко мне тут же заявился Макар.

– Князь, позволь мне взять обоих коней для моих дружинников. У тебя, да и у десятка Федора, кони ведь уже есть.

– Дозволяю, забирай. Титу скажешь – я разрешил.

А еще через два дня воинство Макара понесло первые небоевые потери: утром недосчитались двух человек. Они просто сбежали, хлебнув нелегкой воинской доли. Утешало то, что сбежавшие не забрали оружие да не прихватили коней.

Макар аж зубами заскрежетал, как узнал, и – сразу ко мне:

– Князь, позволь догнать беглецов. Пешими они далеко не уйдут, я русинов в погоню возьму.

– Хорошо. Бери у Тита пару коней никифоровских и двух своих людей, и с Богом!

Через несколько минут трое всадников галопом вынеслись из Охлопкова по коломенской дороге. И, ко всеобщему удивлению, часа через три вернулись с беглецами.