Путь избранной (СИ) - Дема Александра Александровна - Страница 76

— Да.

— Тогда ты должна помнить и слова… — одна его рука продолжала удерживать девушку за талию, а вторая властно накрыла её грудь.

— Annak vere az en most! Egyutt az evszezadok es az idoben! — на одном дыхании выпалила она, но голос всё равно сорвался, превратившись в стон удовольствия, потому что в этот момент пальцы эльран нежно сжали её сосок.

— Правильно, любовь моя, — нежно проговорил он, а потом отстранил Рэйс и развернул её лицом к себе. Так, чтобы она сидела у него на коленях и обхватывала ногами его бёдра. Дождавшись её осмысленного взгляда, он ласково провёл рукой по её лицу, касаясь брачной вязи, и сказал: — Если бы ты была одной из нас, то сразу бы поняла, что это не просто слова брачного обряда, моя единственная. Это слова клятвы, которую произносит истинная пара, связывая свои судьбы и жизни в одно целое. Я обманул тебя, просто не оставил выбора, о котором ты так мечтала, но ни капли не жалею об этом. Единственное, что меня огорчает, так это то, что я позволил тебе так долго держать меня на расстоянии, вместо того, чтобы постоянно быть с тобой рядом. Уверен, в этом случае тебе понадобилось бы в два раза меньше времени на осознание своих чувств ко мне. Да и мне, полагаю, тоже. А ведь в нашу с тобой ночь я говорил, как важна ты мне, как сильно я тебя хочу, как нуждаюсь в тебе. Ещё тогда, во время нашего первого поцелуя, я понял, ты должна быть моей. Моей и только моей. Всё это было на уровне инстинктов и желаний, нечто вроде невыносимой потребности находиться с тобой рядом, обнимать тебя, владеть тобой. Всё внутри говорило мне, что ты — моя. Никогда прежде я не испытывал такого накала чувств, но списал всё на инстинкты своего зверя, хотя и не противился им. Но ещё больше меня зацепило другое — тебе было плевать на то, что я — Владыка. Пока ты думала, будто перед тобой обычный охранник, я ещё понимал такое отношение, но когда ты узнала правду, ожидал, что ты сразу же начнёшь вести себя, как и остальные — учтивость, поклоны, страх. А ты наорала на меня, — эльран весело хмыкнул. — В тот момент у меня был даже не шок. Не знаю, как описать то моё состояние, но оно в очередной раз доказало, что ты просто создана для меня. Я захотел тебя ещё сильнее. И к потребности добавилась жажда и азарт. Ты бросила мне вызов своим побегом, тем, как несколько дней до этого сбегала из комнаты раньше, чем я приходил. И я начал охоту. Удачным поводом для начала игры, стало расследование в моём крыле. И хотя я до последнего не верил твоим словам, решил довериться интуиции, и не прогадал. А видеть тебя рядом с Яром… было чем‑то невероятным. И это чувство стало очередным витком в понимании, что ты нужна мне. В ту роковую ночь я шёл к тебе с одной лишь целью — начать покорять тебя, приручать. В голове мелькали такие соблазнительные картинки, что дышать было трудно. Но вышло всё совсем наоборот, ты в очередной раз свела на нет все мои планы — это я потерпел полное поражение. Именно в ту ночь я решил, что никогда и никуда тебя не отпущу, как бы сильно ты не злилась и не обижалась, потому что был уверен, пройдёт время и ты смиришься. Игры кончились, им на смену пришло осознание, что я не могу потерять тебя, что это не только безудержное желание обладать твоим телом, что это не минутная слабость и не блажь. Мне нужны были твоя любовь, твоя вера в меня и, как это ни странно, твоё добровольное согласие. Осознанная капитуляция. Никак не меньше. А потом я увидел огнецвет. В моей семье из поколения в поколение передаются эти знания только наследникам по крови. В них сказано, что метка расцветёт огнецветом лишь на истинной паре Владыки эльран. Ты — моя истинная пара, моя вторая половина, моя душа. И я первый счастливчик за последние две тысячи лет! Но, даже зная это, всё равно собирался сначала покорить тебя, и только потом произносить клятву. Я хотел дать тебе хотя бы видимость выбора, правда, но не смог. Ты сама всё решила за меня. Твоя невинность… я слетел с катушек. Мой зверь требовал немедленно дать клятву, связать тебя с собой навсегда, лишить тебя даже возможности сбежать от меня. И я не смог сопротивляться, да и не хотел уже. Тебя послали мне Силы, подарив не только мою истинную избранницу, но и позволив дать полную клятву крови. Твоя кровь, древние слова и твоё первое наслаждение, испытанное в моих руках соединило тебя с моим сердцем. И я мог бы остановиться на этом. Для начала этого бы вполне хватило. Но потом… потом ты попросила меня заняться с тобой любовью. Не красней, желанная моя. Этим ты невольно подарила мне себя всю — дала своё согласие на привязку, а после клятвы эти слова обрели силу, и вторая часть обряда была пройдена. И я подумал, а почему бы и нет? Глупо игнорировать столько знаков той самой Судьбы. Но нужных слов ты не знала. Я сказал их и попросил повторить. Да, с моей стороны это было нечестно, но зато правильно. Ты дала свою часть клятвы, интуитивно даже испив моей крови. Потеря девственности завершила обмен клятвами. С той самой ночи ты стала моей супругой, моей избранницей и потеряла любую возможность исчезнуть из моей жизни.

— Но ты же говорил, что сможешь отпустить меня, только нужно… — растерянно проговорила она, почему‑то даже не собираясь злиться, а в голове была лишь одна мысль: "Любит. Он любит меня!".

Рэйс нервно облизала пересохшие от волнения губы. Дура! Какая же она дура! Он ведь прав — столько раз он говорил, что она принадлежит ему, что он её никуда и никогда не отпустит, в порыве гнева рассказал об их супружестве, сводил с ума своей страстью… Ну как она могла думать, что не важна ему? Хотя, в том состоянии, в котором она пребывала весь предыдущий месяц — это вполне логично. Жалость к самой себе зашкаливала, затмевая разумные доводы. Ну ещё бы! Первая любовь и такая трагедия. От этой мысли она невольно улыбнулась. Была бы здесь Дастин, давно бы на смех подняла. Зато, с другой стороны, теперь у неё есть какой‑никакой, а опыт!

— Нет, моя кошечка, — возразил Кир на её предыдущую реплику, внимательно следя за её язычком. — Если ты хорошенько вспомнишь наш эмоциональный разговор в саду, да и вообще, мне кажется, все наши разговоры всегда заканчивались тем, что я говорил тебе одно и то же, то поймёшь, что это неправда. Я тогда разозлился, потому что после всего, что было между нами, ты оттолкнула меня. Я — Владыка, Рэйс. И не привык к отказам. Я — альфа, что означает "достойнейший из сильнейших". Мужчина, которого хочет заполучить любая эльран, был отвергнут своей избранницей. Ярость ослепила меня, и слова вырвались вопреки желанию. А ещё боль. Мне правда было больно от того, что тебе была противна даже мысль становиться моей супругой.

— Нет, — перебила она его.

— Что?

— Ты неправильно меня понял, — вздохнула Рэйс, обвивая его шею руками. — В тот момент я как раз осознала, как никогда, что люблю тебя. А твои слова… они убедили меня в отсутствии у тебя нежных чувств ко мне. Только желание и страсть. А мне этого было мало. Сожалею, что причинила тебе боль тогда, но иначе поступить не могла. Скажи честно, если бы я тогда согласилась, как бы ты себя вёл сейчас? Разрешил бы мне заниматься в лаборатории, участвовать в допросе подозреваемых? Считал бы меня равной, боевым товарищем, а не женщиной, место которой в постели? Стал бы стремиться подружиться со мной, узнать, что у меня внутри?

— Не знаю…

— А я знаю — нет. Я была бы для тебя, как и любая другая женщина в твоей жизни, для которых все мои жизненные принципы и ценности ничего не значат. Им главное статус — "супруга Владыки", а для меня важно уважение в твоих глазах и глазах окружающих, которые бы воспринимали меня как равную, как твою женщину, достойную быть рядом, а не за тобой. Понимаешь о чём я? И сейчас, когда ты узнал меня лучше, скажи, смогли бы мы в том случае быть друзьями?

— Уверен в этом. Только со временем, — серьёзно ответил Владыка.

— Кир, у нас не было бы этого времени. В то время я была так подавлена всем случившимся, что просто сломалась бы.

— Ясно. Ты не поверишь, но нечто такое же приходило в голову и мне, просто никак не получалось оформить это в нормальную мысль. Да и поверить было сложно. Только ночью, после нашего разговора, я понял, что совершил ошибку, забыл, что ты — человек, а, следовательно, у тебя совершенно иные ценности. И не учёл, что ты так же, как и все эльран, больше всего ценишь свободу… Наши женщины не такие, ты правильно сказала, вернее — это ты не такая, как они. Ты — особенная. Моя. Я долго думал, как исправить всё, но ты раз за разом срывала все мои планы, заставляя поступать глупо и необдуманно. Я за последнее время совершил столько глупостей, что самому трудно поверить в такое, но можно понять. Это, ведь, так мучительно — встретить свою избранницу и не иметь возможности прикоснуться к ней, насладиться ею… Я был уверен, что ты меня возненавидела, поэтому даже придумал сказку о том, будто смогу отпустить тебя, когда придёт время. Я готов был пообещать тебе всё, что угодно, лишь бы получить время, за которое смог бы пробудить в тебе ответные чувства. Силы! Да у меня сердце разрывается от одной мысли, что я потеряю тебя! Никогда, слышишь? Никогда бы тебя не отпустил, даже если подходящий ритуал разрыва связи и существовал бы! — он выдохнул и прижал её к себе. — Говорят, любовь даже самых сильных превращает в слабаков. И до этого времени, я верил в эти слова, поэтому мне было тяжело признаться в том, что чувства, которые я испытываю к тебе — и есть та самая любовь. Но знаешь, что? Я не ощущаю себя слабым. Как раз наоборот. Иногда глупым, но глупым от любви. И когда ты только что… — он сглотнул. — Повтори ещё раз…