Говорят сталинские наркомы - Куманев Георгий Александрович - Страница 139

Наряду с этим мы должны были создавать собственную производственную базу: предприятия по производству строительных материалов, ремонтные и механические мастерские и т. п. Без этого невозможно было справиться с ликвидацией последствий фашистского нашествия во всем ее объеме.

Мы были не «временщиками», старались смотреть вперед, собирались строить много и на высоком техническом уровне, индустриальными методами. Однако без собственной производственной базы этого нельзя было добиться.

Характерной особенностью восстановительных работ было то, что они во многих случаях предполагали отход от знакомых методов строительства, на каждом шагу возникали новые сложные технические проблемы.

Отсутствие шаблона на восстановительных работах потребовало глубокого осмысления встававших задач, постоянного творческого подхода. Требовалось всестороннее знание технического существа дела. Ломать или восстанавливать? Каким приемом воспользоваться, чтобы работы были минимальными? Как использовать наличные материалы, а не обычно применяемые? Приходилось не только думать, но и экспериментировать, контролировать качество.

Продолжалась война, требовавшая громадного напряжения сил, но мы понимали, что должны работать над завтрашним днем строительства. За годы Отечественной войны строители выполнили большую и ответственную работу. Успех этой работы достигнут в значительной мере благодаря тому, что мы смело порвали с многими консервативными методами в строительстве, что передовая техническая мысль наших инженерных кадров упорно искала и находила новые технические решения, которые помогли нам преодолеть трудности военного времени.

Проиллюстрирую это на двух–трех примерах.

Среди промышленных объектов, возведенных в годы первых пятилеток, нашу законную гордость всегда вызывал завод «Азов- сталь» им. Серго Орджоникидзе в г. Мариуполе. Этому предприятию гитлеровцы причинили чрезвычайно тяжкие увечья. В заводскую домну № 4 — крупнейшую в Донбассе — немецко–фашистские захватчики заложили мощные авиабомбы. От взрыва огромной силы оказались разрушенными все восемь опорных колонн. В результате печь осела на 3,5 метра, сдвинулась своим низом почти на полтора метра и наклонилась более чем на полметра.

И вот за восстановление завода взялись советские инженеры и рабочие. Наиболее сложной была задача возрождения названной домны. Сначала специалисты склонялись к тому, чтобы демонтировать печь и на этом месте построить новую. Но вскоре было найдено другое решение.

Первым приступил к детальному осмотру печи опытный инженер А. С. Каминский. Он предложил не разбирать домну, а выправить и поднять ее. Свои доводы инженер убедительно обосновал. Его предложение поддержали другие специалисты, в том числе опытный кадровый строитель, начальник Азовстроя А. П. Поборчий. Бригада проектировщиков под руководством Каминского разработала детальный проект восстановления домны, не имевший прецедентов в технике.

Домну поднимали бригадиры монтажников Душенкова, Бы- ченкова, Меркулова, Сафонова, Ермакова. Бригады Ширшова и Ковыляева выполняли сложнейшие вспомогательные работы. Практически руководили всем процессом подъема домны старший прораб Шкатов, прораб Петержник и мастер Мурзенко. Возглавляли эту небывалую операцию начальник ОСМУ‑12 треста «Сталькон- струкция» М. Е. Богатырев и главный инженер этого управления С. С. Крупенников.

Основной работе предшествовали операции по уменьшению веса домны. Вначале стали поднимать печь гидравлическими 200-тонными домкратами. Четыре дня «печку» выравнивали и приводили в вертикальное положение. В течение трех суток ее передвигали в проектное положение на расстоянии 14800 миллиметров. Для этой операции 100-тонные горизонтальные домкраты установили на специальные корытообразные салазки из листовой стали, на которые и была опущена приподнятая доменная печь.

За всем этим процессом с огромным интересом следили и сами рабочие. Дело было совершенно необычное. Трудились непрерывно — днем и ночью.

Завершающим и самым серьезным моментом в этой части работы был вертикальный подъем домны на 3,5 метра. Старший прораб П. П. Шкатов 17 суток почти не сходил со своего «капитанского мостика». Он толково и энергично управлял работами по подъему, в которые было вложено много изобретательности и инициативы.

Подъем домны № 4, начатый 17 октября 1944 г., был закончен 27 ноября. Цельная конструкция весом 1250 тонн была выправлена, поднята, сдвинута и поставлена в проектное положение.

К середине декабря 1943 г. восстановление первоочередных объектов завода «Азовсталь» было закончено. Гитлеровцы рассчитывали, что он не встанет больше из руин. Но враг просчитался и в этой оценке возможностей советского человека. Во сто крат труднее было восстанавливать завод, чем строить до войны. Труднее потому, что немецко–фашистские захватчики вывезли, взорвали и разрушили все, что могли. Труднее было восстанавливать и потому, что оживавшие заводы в Сталинграде, Запорожье, Ростове, Харькове, Киеве, Николаеве, возрождаемые города, рудники, села требовали леса, цемента, металла. День и ночь шли в Поволжье, на Украину, на Север составы, груженные строительными материалами. А их все было мало! И тем не менее из руин поднимались заводы, города, села — поднимались, росли на глазах, возвращенные к жизни самоотверженным трудом советских людей, освободившихся от фашистского ига.

На широчайшем фронте восстановительных работ, простиравшемся на огромной территории от Белоруссии до Сталинграда, от Подмосковья до Киева, от Калинина до Николаева, выделялся ряд индустриальных узлов — крупнейших промышленных комплексов, имевших решающее значение для послевоенного возрождения всей советской экономики. К числу таких комплексов наряду с Донбассом относился Запорожский промышленный узел. Едва ли найдется в нашей стране еще два–три центра, где бы на сравнительно небольшом «пятачке» имелось такое средоточие разнообразных отраслей промышленности, такое «созвездие» гигантов, как любил говорить Серго Орджоникидзе о Запорожье.

После изгнания оккупантов первейшей задачей стало восстановление Днепрогэса. Как и в довоенные годы, гидростанция призвана была стать энергетическим сердцем Украины, базой возрождения всех отраслей промышленности Приднепровья, и не только Приднепровья. Воссоздание Днепрогэса имело не только экономическое, но и большое морально–политическое значение, ибо речь шла о возвращении к жизни любимого детища советского народа, символизировавшего социалистическую индустриализацию страны.

На дешевой энергии Днепрогэса быстро развивался весь Запорожский индустриальный комплекс. Но война прервала бурное развитие промышленности Приднепровья и на пять с половиной лет остановила турбины Днепрогэса.

Ущерб от разрушенных сооружение только гидроэнергетического узла составил свыше 700 млн. рублей.

Вам, наверное, нетрудно представить сложность обстановки, в которой оказались на разрушенном Днепрогэсе представители Днеп- ростроя. Развалины, перекрученные, искореженные, конструкции, некогда бывшие цехами, зданиями, красавицей плотиной… Воронки от бомб и снарядов, развороченные мостовые, разбитые до основания асфальтовые дороги. А на фоне железобетонных глыб, обрушившихся стен, кирпичных развалин — иссеченные, покалеченные деревья. И — безлюдье. Развалины в Запорожье и в прилегающих рабочих поселках, села со следами бомбежек и пожарищами показались вымершими, опустевшими.

На этом фоне понятна первая сложная задача: вербовка рабочей силы. И с самого начала в решении этой и всех других задач приняли самое активное участие местные партийные и советские органы. Значительный объем работ выполнила и воинская инженерная часть, которая вели проходку левобережных донных отверстий. Подрядчик Днепростроя — трест «Гидромонтаж» начал со строительства пешеходного моста. Этот мост, соединявший два берега, вместе с паромом служил верно вплоть до июня 1944 г., когда открыли движение по плотине.

Особые работы — демонтаж, разборка взорванных металлоконструкций и основного гидроэлектромеханического оборудования, другие монтажные работы — выполнял трест «Гидромонтаж».