Привычка ссориться - Машкова Ю. С. - Страница 22

— А как насчет тебя самого? Есть ли эта черта у всемирно известного детектива, что с самого раннего детства в поте лица боролся за правду? — Люси не сводила с Хайдена глаз, но он все молчал, и тогда она вдруг все поняла и сразу смягчилась. — Джош?

Хайден коротко кивнул. Когда-то он позволял Брук решать все по-своему, не думая об интересах малыша, но больше это не повторится. Никогда. Отныне Джош всегда будет на первом месте. Карьера, женщины, его собственная жизнь… По сравнению с Джошем все это не имеет никакого значения. Сын — вот его черта.

А черта Люси — Грэхам, который наверняка вместе с Анжеликой стоит за всей этой историей.

— Ответь честно, — попросил Хайден, садясь на краешек кровати. — Если бы Грэхам совершил какое-либо преступление. Не это конкретное, а вообще. Теоретически. И от этого пострадали бы люди, ты бы стала его покрывать?

— Бессмысленный вопрос. На него невозможно ответить, не зная, что именно он совершил.

— Ты и так ответила.

Раз спрашивает, значит, до определенной степени она готова его укрывать.

Люси сложила руки на груди.

— Тогда и ты ответь мне на вопрос.

— Спрашивай.

— Твои планы на сегодня, они законны?

— Конечно, — удивленно ответил Хайден. Такого вопроса он совершенно не ожидал.

— И этичны?

— Да. У меня даже вопросов в этом не возникает. — Конечно, у всех свои представления об этичности, но Хайден даже не сомневался, что его планы укладываются в рамки этики и самой Люси.

Она уселась рядом с ним.

— Тогда скажи, что собираешься делать, и я обещаю тебе помочь.

Несколько секунд Хайден пристально ее разглядывал и наконец решился.

— Я собираюсь получить разрешение суда, чтобы установить за Анжеликой наблюдение.

— И что?

— Если бы ты хоть словом упомянула об этом Грэхаму, а он ее предупредил, то эта слежка сразу бы потеряла всякий смысл. Если бы у меня были хоть какие-то доказательства вины Бойла, я бы и за ним установил наблюдение, но пока что это возможно лишь с Анжеликой.

— Ключевое слово здесь «если». Если бы у тебя были доказательства его вины. — Люси слегка приподняла бровь. — Но у тебя их нет, потому что их вообще не существует в природе.

— Наблюдение за Анжеликой позволит кое-что прояснить и с Бойлом, — возразил Хайден, даже понимая, что ее смогут переубедить лишь явные улики. — Ты все еще хочешь мне помочь?

— Ты еще спрашиваешь? Я на все готова, лишь бы лично увидеть, как Анжелика скомпрометирует себя и своих сообщников.

— Как и я.

Глава 10

— Привет, Роджер, — поздоровалась Люси с ночным охранником АНС, вместе с Хайденом проходя к лифту.

Как только он получит официальное разрешение установить наблюдение, к нему на помощь сразу же придут специалисты из техотдела, а пока он решил воспользоваться старой доброй пленкой и, пойдя по стопам Анжелики, записывать ее собственные телефонные разговоры. В главном здании АНС относительно безлюдно лишь по ночам, и именно поэтому они и пришли сюда после полуночи.

Пока они поднимались в лифте, Люси старалась уверить себя, что их план обязательно сработает и Анжелика себя выдаст, а выйдя из лифта, они пошли к ее кабинету и, проходя мимо столов младших репортеров, сразу же услышали резкий голос журналистки:

— Нет, это неприемлемо! Если хочешь вести репортаж, то общие наработки должны быть у меня на столе к восьми утра. Все, конец разговора. — И спустя пару секунд Анжелика добавила, разговаривая уже сама с собой: — Придурок.

После этого повисла полная тишина, нарушаемая лишь цокотом каблучков приближающейся к ним Анжелики.

Люси нерешительно взглянула на Хайдена. Одно дело, если их увидит парочка рядовых сотрудников АНС или даже обо всем как-то узнает Грэхам, но Анжелика… Если сейчас с ней столкнуться, то она вполне может что-то заподозрить, и тогда слежка потеряет всякий смысл.

Ухватив Люси за руку, Хайден потянул ее вниз, утягивая за собой под ближайший стол, и, чтобы уместиться там вдвоем, ей пришлось залезть к нему на колени и прижаться щекой к его груди, так что она отлично слышала, как быстро бьется его сердце.

Хайден легонько провел пальцами по ее руке, отчего у нее по спине сразу же побежали мурашки, и, глядя ей прямо в глаза, еле слышно прошептал:

— Я хочу тебя.

— Ты спятил! — выдохнула Люси, чувствуя, как он уже начинает расстегивать ее блузку, а сама она еще не решила, смеяться ли ей или утонуть в желанных объятиях, как Хайден накрыл ее губы своими губами, и все вопросы отпали сами собой. Но только он начал ласкать ее грудь, как мимо прошел кто-то еще, явно направляясь к кабинету Анжелики.

— Потом продолжим, — прошептал Хайден, убирая руки и поправляя ей блузку.

Едва не застонав от досады, Люси закусила губу. Каким же бесконечно далеким ей сейчас казалось это «потом»…

— Спасибо, что спустился, — начала Анжелика.

При открытой двери они слышали ее слова так ясно, словно стояли у нее за спиной. Хайден вытащил телефон и что-то в нем нажал. Наверное, решила Люси, стал записывать разговор.

— И какого черта тебе от меня понадобилось? Не могла подождать до утра?

Услышав голос Грэхама, Люси невольно дернулась, но Хайден крепко прижимал ее к себе, удерживая на месте. Так, ладно, что это с ней? Грэхам пашет как проклятый, наверняка этой ночной встрече найдется самое невинное объяснение.

— Я уже давно хотела кое-что тебе сказать.

— Ну так говори, или, думаешь, я собираюсь потратить на тебя всю ночь?

Люси буквально видела, как, отвечая, Грэхам смотрит на часы.

— А ты на это не готов? Даже для родной дочери? — проворковала Анжелика.

— Что за… — начал Грэхам, но не договорил, и на несколько секунд в воздухе повисла полная тишина. — Ты хочешь сказать, что ты?..

Хайден слегка приподнял ей голову, а в его глазах ясно читался вопрос, но она лишь пожала плечами. Люси понимала, о чем они говорят, не больше самого Хайдена, но что-то ей подсказывало, что, когда она все узнает, правда ей не понравится.

— Мама всегда говорила, что у меня твой подбородок. — Анжелика говорила так буднично и спокойно, как будто за чашкой кофе обсуждала цвет ногтей с подружками. — Неужели ты никогда этого не замечал?

— Мадлен?

— Мадлен, — усмехнулась Анжелика. — Да, когда-то меня действительно так звали, но я уже давно отказалась от этого имени.

— Ты работаешь здесь уже пять лет. Целых пять лет и до сих пор молчала. Почему?

— Чтобы ты второй раз смог отказаться от меня?

— Я никогда от тебя не отказывался и всегда платил твоей матери алименты, обеспечил тебе достойное образование и следил, чтобы у тебя было все необходимое.

Люси вдруг почувствовала, как к горлу подступает тошнота, и она продолжала неподвижно сидеть лишь благодаря Хайдену, которой все так же крепко прижимал ее к себе, легонько поглаживая по волосам. Анжелика — дочь Грэхама? Они с ней сестры? Тогда сразу понятно, почему Анжелика так ее ненавидела, ведь у нее всегда было то, о чем та наверняка втайне мечтала, — любовь Грэхама, его постоянная поддержка и открытое признание.

— Точно, у меня всегда все было, кроме одной незначительной мелочи. Кроме отца. Похоже, ты решил приберечь все свои отцовские чувства для своей драгоценной Люси.

Хайден еще крепче прижал ее к себе, а сама Люси одновременно жалела Анжелику, если, конечно, на этот раз она говорила правду, и при этом мечтала ворваться в кабинет и спасти Грэхама от того яда, что сейчас на него выплескивала его так называемая «дочка». Не важно, что он сделал, он стоит сотню таких, как Анжелика.

— Люси тут ни при чем, — прорычал Грэхам.

— Точно, — как ни в чем не бывало продолжила Анжелика, — она здесь ни при чем, все дело в тебе. Собственно, только из-за тебя я и пришла в АНС.

— И что ты хочешь этим сказать? Разумеется, ты здесь только из-за меня, я тебя нанял.

— Я слышала, что у тебя возникли проблемы из-за расследования конгресса, но, думаю, Брендоном Амсом и Троем Холлом они не ограничатся. Им нужны не только исполнители, но и организатор преступления.