Мисс Питт, или Ваша личная заноза (СИ) - Мари Ардмир - Страница 57

Да, это была хороша новость.

— И хотя вы отказались от платьев, предоставленных вам моей матерью, я взял на себя смелость заказать вам новый гардероб… — Тут он увидел конфеты и довольный подтянул к себе всю коробку.

А это плохая…

— Правда, немного отличный от вашего прежнего, — явный намек на мои домашние наряды с рюшами в деревенский цветочек, — но… Сами увидите. Первые платья пришлют уже сегодня, остальное Николас доставит к концу недели. — Вайзер занял ближайшее кресло и со вздохом облегчения вытянул перед собой ноги.

А я продолжаю вдыхать аромат цветов, и тихо радоваться жизни и этому дню, пусть и дождливому, но счастливому. У меня есть поклонник, достойный своих семидесяти пяти баллов. И глаза у него красивые, и волосы, и руки, а еще ухаживания и много чего другого. Хоть и не вспомнить чего, но точно много.

— И вот еще, этот менеджер из отдела обеспечения рвется к вам, чтобы принести свои извинения. Слышите?

— Угу… — Какой менеджер? Какого обеспечения? Я совсем не понимаю о ком речь. Да и важен ли этот кто-то, когда в моих руках такой букет?

Вайзер съел еще несколько конфет, запил их кофе и, задумавшись, произнес:

— Как по мне, его бы надо без рекомендаций уволить. Что скажете, мисс Питт? — Молчу, выдыхаю, наслаждаюсь тягучим мгновением. — Евгения? Евгешка!

— М-м-м? — я забыла, о чем Альхар Эбенитович говорил, и теперь бестолково смотрела на чем-то недовольного босса.

— Все ясно, — молвил он, поднялся и закинул в рот последнюю конфету. — Что ж, было вкусно, так и передайте Ронигану. Кофе можете оставить себе, а вот розы придется вынести.

Хотела спросить «почему?!», но боссу для понимания вопроса хватило лишь гневного взгляда.

— Потому что! — И бессовестный вампир отобрал у меня букет, чтобы с ехидной улыбкой поинтересоваться: — Мисс Питт, что вы знаете о нагах?

— Что у них возможен лишь один брак — по любви и до гроба… — ответила с улыбкой, не отрывая взгляда от букета. Тридцать одна темно-красная роза, это определенно какой-то знак.

«Осталось уточнить, до чьего именно гроба», — прошипел босс, но тему развивать не стал. — Скажите, а о скольких таких браках вам доподлинно известно?

— О десяти, все в высшей знати, самый долгий у их правителей! — вспомнила я новостные сводки о близлежащем королевстве и томно вздохнула. — Ах, какая у них любовь!

— У них да, любовь. Но заметьте, браков всего десяток, а нагов свыше миллиона. Вам это ни о чем не говорит?

— О том, что более трехсот тысяч совершеннолетних нагов свободны!

— О том, что они весьма успешно плодятся без браков и любви, — ответили мне веско и потребовали: — Евгения, прекратите улыбаться, иначе я решу, что на цветах был настоящий приворот, а не его отголоски.

Оппаньки! С тоской посмотрела на отобранный букет, затем на пустую коробку конфет, значит, босс съел их целенаправленно. Даже обидно стало, что ж он розами не перекусил. Или оставил их для Грини?

— Да сколько можно опекать?! — вспыхнула праведным гневом. — Исходя из ваших же слов, у меня до среды аллергия на привороты.

— Рониган мог ее обойти. Он куда более опасен и ядовит, чем ваш голубой.

— Да? И откуда у нага яд? Он же не гадюка.

Я шагнула к боссу с воинственным намерением отобрать букет.

— Скопился за двести лет жизни, — ответили мне и, разгадав маневр, спрятали цветы за спину.

— И все еще свободен? — искренне удивилась я и сделала новый шаг. — Так это замечательно!

— Почему?

— Потому что теперь я могу не беспокоиться о приличиях и спокойно принимать его подарки. — Я произношу это, почти утыкаясь в грудь босса и обнимая его в попытке дотянуться до подарка. И только сейчас вспоминаю, что получить букет я могла иначе, попросту отдав приказ ленте, что его связывает.

«Немыслимо!» — шипит Вайзер и, судя по голосу, глаза его стремительно краснеют. Я подняла серьезный взгляд на начальство.

— Босс, перестаньте. Это уже не смешно.

— То есть… — он выжидательно прищурился, — вы не принимаете ухаживания Ронигана всерьез?

— Пока нет, — тут мне с видимым облегчением вернули розы, — но ваши слова несколько стимулируют.

— Какие? — спросил гений так, словно бы мысленно уже зарекся их произносить, и в этот самый миг дверь с грохотом открылась.

— Альхар!

«Довилль…», — прошипел босс, а в следующее мгновение Вайзер, я и букет самым непостижимым образом оказались в мастерской у окна, откуда даже сквозь плотную стену дождя открывался прекрасный вид на приемную и мокрую рыжую гостью. Передвигаясь на съемных роликах, она уперто толкала перед собой тележку с громоздким и явно тяжелым аппаратом и непрестанно звала гения. От чего оный морщился и крепче сжимал руки на моих плечах, того глядишь синяки наставит

— Босс, вы сбежали, спасая свою шкуру? — удивилась я, аккуратно освобождаясь от его тисков.

— Скорее, спасая вас.

— От нее?

— Представьте себе, — хмыкнул он и цветасто ругнулся, потому что до нас долетало приглушенное и крайне эмоциональное: «Вайзер, немедленно вернись! Ты здесь, и мне это известно…».

— И с чего бы ей знать? — задумчиво произнес вампир.

— Ваш мокрый плащ, моя теплая чашка из-под кофе, — легко перечислила я улики. — Ах да, еще папки, оставленные вами на столе. Ккажется, среди них были сегодняшние газеты, так что не мудрено.

— Спасибо, мисс Питт, — пробурчало начальство и уверенно отстранило меня от окна. — Что ж, если это все доказательства, то мы вполне можем переждать ее уход.

— А с чего вы взяли, что она вскоре уйдет? — несказанно удивилась я. — По-моему, она намерена ждать бесконечно.

И, словно бы подтверждая мои слова, гостья сняла мокрый плащ и ролики, заняла кресло у стола и мстительно произнесла в пустоту:

— Альхар, ты простил графиню Верскую, поэтому я не уйду, не надейся! А решишь переждать, я в твоей мастерской все верх дном переверну… и в этой, и в той. — Явный намек на секретную, а следом за ним и неприкрытая угроза: — Ты знаешь, я умею.

«Твою мать! — босс остановился как вкопанный и прикрыл на мгновенье глаза: — Корри никогда не умела держать язык за зубами — это да… Но с чего она взяла, что прощена?! И ведь ни словом, ни жестом…»

— Странные у вас представления о жестах, босс. — Я припомнила их встречу с Верской и ее «гончей» по кличке Шупс и не смогла сдержать смешка. — Вы же ее поцеловали.

— Я?! — Кажется, это заявление его до глубины души потрясло и возмутило. — Да я отбивался от нее как мог.

— И в процессе стерли у графини помаду? Интересная версия.

— Рукавом задел. И это совсем не повод помогать остальным, — заявил он веско и с тоской покосился в сторону приемной, затем на меня, после опять вниз и с едва заметным огоньком надежды спросил: — Скажите, а вам хватит сил отсюда отдать приказ, ну скажем, той тележке…

— Нет.

— Чайнику?

— Нет. — Не думает же он, что я соглашусь тратить свои силы на ни в чем неповинную мисс Довилль? К тому же по его указке… Нет-нет, я на подобное не подпишусь.

— А ручке, что лежит на столе? Нет? — продолжил допытываться Вайзер. — Тогда, может быть, отправите ленточку с букета?

Оппаньки! Мало того, что на хулиганство подбивает, так еще и мой подарок решил пустить в расход.

— Альхар Эбенитович, а вам не кажется, что будет проще ей помочь, чем отказать. К тому же все свои силы я давно израсходовала.

— На что?

— Не важно, — мрачно отрезала я. Жаловаться на мадам Вайзер и ее очередную попытку меня одеть, я не стала. Да и к чему боссу знать, что я, пусть и с трудом, но могу не только отгладить платье, но и частично высушить. — А теперь идите и помогите мисс Довилль.

— Вы шутите? Да она сломает этот слайдер через пять минут, а через десять вернется назад! И не делайте больших глаз, Евгения, мы знакомы более десятилетия и она заноза похуже вас!

Вот это неожиданность.

— Спасибо за комплимент. Не могу сказать, что он приятный…

— А вы поверьте, — едва ли не шипит гений, возвращая меня к наблюдательному пункту у окна. — Не пройдет и десяти минут она сломает вашу настольную лампу, замок на шкафу и встроенную плитку на буфете.