Простые вещи - Сотер Таис - Страница 64

— На это нет времени.

— Но хоть на ночь останешься? Рану сейчас лучше не тревожить тряской в автомобиле.

— Если не выгонишь, останусь, — кивнул Мартин. — Помоги мне сесть.

Линда неодобрительно покачала головой, но все же выполнила просьбу. Усадив Мартина, дала ему выпить немного укрепляющего отвара. Сделав пару глотков, он прислонился спиной к стене, закрыв глаза. Лицо его было бледным и отрешенным. Казалось, менталист полностью погружен в себя.

— Она внучка моего старого друга, — неожиданно сказал он. — Для меня самого стало неожиданностью, что я так к ней прикипел.

— Внучка друга? Надеюсь, эта девушка хотя бы покинула школьную скамью?

Слабая улыбка тронула губы Мартина.

— Эй, я не настолько плох! Она студентка старших курсов, артефактор. Видела бы ты, какие произведения искусства выходят у нее из-под рук!

— Тебе всегда нравились талантливые люди. Но артефактор? Сочувствую тебе. Один такой ухаживал за мной несколько лет. Ну как ухаживал… здоровался раз в неделю. А в конце первого курса предложил сходить с ним на свидание. Не заметив, что я уже замужем и на седьмом месяце беременности.

— С Софи сложно, — сонно кивнул Мартин, — но она стоит того. Надеюсь, мне удастся повести ее к алтарю раньше, чем я поседею как лунь.

Линда была рада, что Мартин сейчас не видел ее лица, растерянного и огорченного.

— Я рада за тебя, — мягко сказала она. — Пойдем, я уложу тебя спать в комнате сына.

— Завтра утром приедет Джис, — опираясь на руку Линды, сообщил Мартин. — Прости, я знаю, что ты не любишь боевых магов в своем доме.

— Пожалуй, господина Грохенбау я как-нибудь потерплю. Он не так уж и плох. К тому же мне есть о чем с ним поговорить. Бертольд мне писал, что в академии его задирает девчонка с весьма знакомой фамилией.

Мартин ухмыльнулся.

— А-а-а, Ирма. Она может. Но и твой сын вполне способен за себя постоять.

Целительница помогла Мартину раздеться и уложила его на кровать.

— Тебе принести что-нибудь? — спросила она.

— Нет… Линда, чем я могу тебя отблагодарить?

— Ты и так платишь мне зарплату как внештатному сотруднику. И это уже не говоря о том, как много ты мне помогал с Бертом.

Смерть мужа не только стала большим ударом для Линды, но и инициировала магический дар сына. К несчастью, к боевой магии. Молодой целительнице, мягкой и спокойной по натуре, было тяжело справиться одной с взрывным и сложным характером сына. К счастью, уже тогда рядом с ней был Мартин, помогший молодой вдове своего подчиненного с работой и нашедший для ее сына учителя — Джисфрида Грохенбау. Тому достичь взаимопонимания с чужим мальчишкой оказалось гораздо легче, чем с собственной дочерью.

— Мне было несложно. И все же я хочу отблагодарить тебя за твою доброту и понимание.

Линда ласково провела ладонью по щеке Мартина.

— Тогда давай сходим на лермийскую оперу. Они дают несколько представлений в столице, но уже сейчас приобрести билеты сложно. А я люблю музыку, ты же знаешь.

— Конечно, — пробормотал Мартин, совсем засыпая.

Линда еще долго сидела у кровати спящего менталиста, тихо глотая слезы. Кто знал, что так получится? Что пройдут годы, и она, клявшаяся, что никто не сможет заменить мужа в ее сердце, полюбит другого мужчину. Что она однажды откажется от его великодушного предложения стать его женой, а затем об этом пожалеет. Тогда Шефнер принял ее отказ спокойно, даже с каким-то облегчением, и больше не возвращался к этой теме. Теперь он собирался жениться на другой. Той, чье имя произносит с таким восхищением и нежностью. Линда давно чувствовала, что теряет Мартина Шефнера, что он отдаляется от нее. А сейчас поняла, что уже потеряла его навсегда.

Маг не умел болеть. Стоило ему простыть или получить ранение, как из сильного мужчины, способного несколько суток не спать и почти не есть, занимаясь делом, он превращался в брюзгливого столетнего старика, разваливающегося на ходу. Не было никого слабее, капризнее и чувствительнее его в этот момент. Об этом свойстве главы СБ знали несколько человек — члены семьи, Линда, которой он доверял себя лечить, и Джис. Последнему как-то пришлось несколько дней сопровождать в дороге своего босса, подхватившего сильную простуду. Телохранитель вспоминал об этой своей поездке как о втором боевом крещении и следил за здоровьем Шефнера гораздо пристальнее, чем за своим, — чтобы переждать плохое самочувствие босса подальше от него.

Но сейчас у Джиса выбора не было. Если начальство приказало прибыть срочно, то тут уже не отвертишься. Повздыхав несколько минут под дверью фрау Келлер, он собрался с духом и позвонил. Дверь ему открыли почти сразу же.

— Доброе утро, господин Грохенбау. Вы довольно рано, — спокойно сказала Линда, пропуская мага в дом. Женщина была необыкновенно хороша в легком утреннем платье. — Господин Шефнер уже проснулся и ждет вас.

— Доброе утро, фрау Келлер, — отчего-то шепотом ответил Джис. — Босс в порядке?

— Он потерял довольно много крови, но здоровью его ничего не угрожает.

— А его настроение?

— Как всегда. Раздражен и полон жалости к себе.

Джис воздел глаза к потолку:

— Почему я, почему я, господи? В конторе много хороших боевых магов, а босс доверяет именно мне?!

— Это ты, Грохенбау? — послышался громкий голос из кухни. — Хватит строить глазки фрау Келлер, тащись сюда!

— Удачи! — подмигнула Линда. — Зайди потом ко мне, если время будет. У меня вопросы по поводу твоей дочери.

— Это ловушка, да? — проворчал Джис, впрочем, не пытаясь спорить.

Ему нравились фрау Келлер и ее сын — необыкновенно уравновешенный и разумный для боевого мага юноша. И Джис даже был бы рад видеть Бертольда Келлера своим зятем — со временем, конечно. А что? Какая династия боевых магов получилась бы! Но больше всего он переживал за саму Линду. Хорошая она женщина, добрая. Оттого и ее отношения с главой СБ Джис не одобрял. Босс, конечно, сам женщину не обидит и другим не даст, но так ведь замужем-то ей понадежней будет. Тем более с учетом появления в жизни Шефнера Софии Вернер.

То, что у него с «сокровищем» все серьезно, Джис понял во время охоты на предателя-артефактора и алертийского менталиста. Точнее, сразу после нее, на пляже. Босс тогда в открытую показал свою симпатию к чародейке, проявляя такую заботу, что подчиненные почти поверили, что у него есть сердце. На развитие отношений «сокровища» и Шефнера Джис смотрел не только с умилением, но и тревогой. Вроде и за босса радостно, и за Софи страшно. А тут еще Линда. И судя по ее покрасневшим глазам и отрешенному взгляду, она все знала или догадывалась.

Начальство сидело на кухне перед нетронутым завтраком и мрачно сверлило глазами уже остывший лечебный отвар.

— Мог бы и поторопиться.

— Я до трех утра был в патруле, как вы мне велели, — обиженно сказал Джис. — Помогал нашей доблестной полиции выловить того урода, что девочек на улице чикал.

— Поймал?

— Ага. Спятивший алхимик — он из частей тел своих жертв пытался идеальную женщину создать. Жуть, конечно. Но вообще это не нашей конторы дело, у полиции свои боевики есть.

— У главы полиции не хватало людей, а ты один из лучших, когда нужно кого-то поймать. Теперь господин Холла у меня в долгу, и с ним будет проще договориться, — в голосе Шефнера было слышно мрачное удовлетворение.

— И Гайне вы настроение подпортите.

— А как же без этого? Но теперь ты мне нужен здесь.

— Вы хотите, чтобы я помогал вам в поисках стоящих за стрелком. У вас есть догадки?

— Не совсем, но при стрелке Корвейн нашел это.

На стол лег револьвер. Джис поднял его, тщательно изучая.

— Фирма Лаузера, судя по всему, из последней серии с автоматикой. Дорогая игрушка, но не так уж редко встречается.

— Интересно другое. Выстрел был совершенно беззвучен, но никаких технических модификаций я на нем не вижу. Полагаю, что на револьвере специфические чары. Мне нужно узнать, не привлекая внимания, кто именно их нанес.