Поиски - Бромов Александр - Страница 8

Дракон помолчал, потом все-таки посмотрел ашурту в глаза.

— Я буду скучать без тебя. Прости, если сможешь.

А вот этого Сантилли никак не ожидал и в первое мгновение растерялся. Неужели путешествие по дороге смерти все же что-то сдвинуло в этом непрошибаемом эгоистичном властолюбце?

Но Таамир не дал ему ответить, перейдя к делу.

— И куда вы будете ставить… как их? — спросил он, проходя в комнату и оглядывая ее.

— Сделай здесь ремонт, — проигнорировал вопрос герцог, — Мальчику придется дышать моей ненавистью. Сам понимаешь, не желательно.

Повелитель кивнул, соглашаясь, и вышел.

Санти в последний раз окинул помещение взглядом и решительно затворил за собой дверь. Этой жизни у него больше никогда не будет. Он уже свободен. Как бы еще избавиться от воспоминаний?

Вдвоем они быстро определили место для рабочего стола Мишеля. В эркере спальни, окнами выходящего в парк. Много света, воздуха и никто никому не будет мешать. Справа можно поставить шкаф для книг из бывшей комнаты ашурта.

Чем же дракон взял его, еще вчера шарахавшегося от короля, как от чумного? Не этим же новым способом сделать жизнь приятнее? Ашурт горько усмехнулся.

Пока все дожидались Тоньеса с Ласом, слуги быстро перенесли и установили шкаф для нового фаворита, слухи о котором с быстротой молнии уже начали распространяться по дворцу.

Элизабет, привыкшая смотреть на мир через толстые линзы, удивленно хлопала глазами, осматривая апартаменты Таамира, как будто впервые их увидела.

Планировкой просторное помещение напоминало гостиную девушки, но на этом сходство и заканчивалось. Темные панели, пурпур и золото на шелке стен, белые нитяные шторы эркера и окон перемежаются с темно-красными из шелкового бархата, на потолке — эпическая битва из жизни драконов, на полу — насыщенно-красный с бледно-розовым узором ковер. Несколько массивная мебель цвета нежной фуксии с крупным геральдическим рисунком, несколько диванных подушек на тон темнее. Помпезная гостиная производила величественное впечатление, но Элизабет не понравилась и она незамедлительно обозвала ее про себя «залом заседаний».

Пока Элизабет осматривалась, у Сантилли проснулась совесть, протерла глаза и увидела учительницу. Бедная девушка, и что он набросился на нее? Без очков она стала намного миловидней, особенно после того, как Бьерн, небрежно рассыпав ее волосы по плечам, разворошил их руками и, пропустив прямые пряди сквозь пальцы, заставил их завиться в пушистые кудри. Мишель с восторгом наблюдал за ним, открыв рот, заработав этим сто очков снисходительного обращения мага.

Настроение герцога, наконец-то определилось и начало потихоньку выкарабкиваться наверх, пошатываясь на тоненьких неверных ножках.

«Заснул? — пришел мысленный вопрос от Тоньеса, — Мы тут уже паркет роем».

Герцог мысленно чертыхнулся и открыл портал, забыв предупредить остальных. Да, бессонная ночь определенно сказывалась. На фоне взлохмаченной не хуже брата Эджен в коротких шортах, зато длинной просторной футболке демоны с коробками определенно потерялись. Демонесса босой ногой подтолкнула оставшуюся упаковку и, непринужденно положив руки на бедра, проследила, как та скользит сквозь портал к драконам. Потом махнула всем рукой и отправилась досыпать, грациозно потягиваясь на ходу.

Элизабет с завистью проводила отшлифованную поколениями и каждодневными тренировками фигуру Эджен. Сантилли обвел всех по очереди глазами и громко откашлялся, приведя драконов и людей в чувство. Таамир и Эдингер разом захлопнули рты, маг живо убрал оценивающее выражение с лица, придав ему безразличный вид, Элизабет с сожалением перевела глаза на Тоньеса, единственная из всех не забывшая вежливо поздороваться. Умничка, про себя похвалил ее герцог. Один Мишель остался стоять с восторженным выражением лица.

— Там все по-другому! Тай, это невероятно! — мальчик даже не пытался скрыть восхищение и случайно проговорился. Похоже, что демонессу он даже не заметил. Подумаешь, незначительная деталь обстановки.

— Не быть тебе шпионом, — сглаживая неловкую паузу, с сожалением констатировал Сантилли.

— И что? — не понял Мишель, — Зато я буду ученым-путешественником. Вырасту, научусь бороться, как Тай, и положу его на лопатки, — мальчик победно посмотрел на короля, попрыгав на месте от избытка эмоций.

Повелитель неожиданно смутился, а до Эдингера запоздало дошло, чем новые друзья занимались ночью на самом деле. Борьбой! Ненормальные.

Санти коротко глянул на Таамира, уже сумевшего замаскировать смущение высокомерием, и подхватил коробку с монитором у Ласа. Понятно, чем дракон взял мальчишку.

— Пошли железяку устанавливать, путешественник, — улыбаясь, произнес Тоньес, — Бет, поможешь?

Девушка кивнула, торопливо поднимаясь, и пушистые волосы упали на лицо.

— Ты бы приставил к леди кого-нибудь из своих… хм… наложниц. Пусть они введут ее в курс дела, так сказать, — снисходительно посоветовал Бьерн советнику и, пренебрежительно искривив губы, проскользил по нескладной фигуре Элизабет глазами.

Так откровенно оценивающе, как гусыню или рабыню на базаре, ее ни разу не разглядывали. Это оказалось до того унизительно, что девушка забыла про робость и стеснительность.

— Как вы недавно нам всем продемонстрировали, внешность легко поддается коррекции, — холодно ответила она, — в отличие от манер.

Элизабет, независимо подняв голову, прошла мимо мага в спальню. Эдингер за ее спиной беззвучно похлопал в ладони и иронично поклонился Бьерну. Человек пренебрежительно фыркнул в ответ. Что взять с плебейки?

— Знакомься с моим будущим министром финансов, — усмехнулся Таамир, — Не дай боги обрежет денежный поток, на что будешь жить?

— В парикмахеры пойду, — ехидно ответил маг, следуя за девушкой. Ему стало интересно, что такое принесли демоны. Смотришь, и ему пригодится.

— У тебя сегодня паломничество? — весело посмотрев на короля, спросил Эдингер, натолкнув того на интересную мысль.

— А ведь это…. А ну стой, — Повелитель махнул рукой другу, — Иди сюда, советовать будешь, успеешь еще насмотреться.

Драконы, оставшись в гостиной, заспорили о переделке бывшей комнаты ашурта, черкая один лист бумаги за другим.

Мишель, пристроившийся на стуле, и Бьерн, небрежно развалившийся на угловом диване, с любопытством наблюдали, как демоны достают из упаковок непонятные приспособления. Маг попытался по внешнему виду определить их назначение, но вскоре бросил бесполезные попытки. Долговязая нескладная девица тем временем сноровисто распаковывала и раскладывала на новом письменном столе необычные детали и черные шнуры с наконечниками разной формы.

Как она его! Ладно, милая, сочтемся. Маг, не сказать, чтобы был злопамятным, но обиды просто так не прощал, предпочитая выставлять недоброжелателя на всеобщее посмешище, оставляя яд и кинжал на самый крайний случай. Но пока дальше словесных дуэлей не шло. А эта деревенщина сумела его, главного мага, представить перед всеми неотесанным мужланом. И Бьерн, иногда косо поглядывая на нее, стал, не спеша, набрасывать план мести.

Элизабет и Тоньес собрали монитор и соединили его с системным блоком, причем шнур с вилкой демон небрежно отбросил в сторону. Девушка ожидала, что маг сейчас, сделав пару пассов, заставит компьютер включиться, но тот продолжал сидеть, закинув ногу на ногу и пренебрежительно поглядывая на них.

— Куда это пристроить? — между тем спросил Санти, держа в руках небольшой черный брусок, который все это время вертел в руках, внимательно следя за действиями зятя и Элизабет.

Бьерн понял, что видит довольно таки мощный накопитель. И зачем он им? Тоньес повернул системник и показал разъем. Герцог аккуратно притер брусок, подергал, проверяя, и удовлетворенно кивнул.

— Ну, демоны, включаем? — спросил Тоньес.

Мишель с волнением смотрел, как загорается экран и начал испытывать разочарование. Все было не так, как с телефоном. Там были красивые движущиеся картинки, а тут нечто абстрактное и непонятное.