Меч ангелов (ЛП) - Пекара Яцек - Страница 45

– Императорская пехота, господин! – почти выкрикнул он.

Я улыбнулся и вышел, пригнув голову, чтобы не разбить её об низкую притолоку.

Я с облегчением дышал свежим воздухом

,

ибо подозревал

,

что, во-первых

,

Вольфи относился к мытью так же

,

как и мой друг Курнос

,

а во-вторых

, он явно

не был мастером

в

искусстве кулинарии, и то, что готовилось в

его

котелке, должно быть, умерло давным-давно

.

Разговор с Ламидабом не дал много нового, но я знал одно: наутро я тщательно проверю детей. Если уж знающие их с малых лет местные крестьяне твердили, что они как-то изменились, то ваш покорный слуга хотел узнать причину этих изменений. А кроме того, мне было весьма интересно, каким образом перстенёк маленькой Маргариты оказался в яме, в которой были спрятаны останки четырёх человек.

Однако пока я решил просто посидеть некоторое время у реки

.

Ночь была тёплая

,

ярко светила полная луна

,

и мне ещё не хотелось спать

.

Тем более что с определённым опасением я ожидал широкую гамму запахов

,

которая атакует мои ноздри, как только я войду в хибару

,

где спали Курнос и близнецы

.

Господь наградил меня чувствительным слухом, и я услышал за спиной шаги, несмотря на то, что приближающийся явно старался ступать тихо. Я немного выждал и вскочил. Обернулся уже с мечом в руке. И в ярком свете луны, в нескольких шагах перед собой, увидел Иоганна, который замер с поднятой ногой.

– Ты что это людей по ночам пугаешь, бродяга? – спросил я, убирая меч в ножны.

Он всё это время

стоял

неподвижно

,

в этом неестественном и неудобном положении

.

Смотрел

на

меня злым

,

враждебным взглядом

.

Бдительно

.

Как волк

,

которого застали подкрадывающимся к жертве

.

Ха,

– мысленно

я почти засмеялся, – я

,

инквизитор Мордимер Маддердин, должен был стать жертвой

мало

летнего мальчика

?

Ну

,

честно говоря

,

я слышал и не такое

,

а всадить человеку нож в спину может и ребёнок

.

И тогда

до

моих ушей донёсся лёгонький всплеск. Это могла быть рыба, играющая в толще воды, или лягушка, охотящаяся за мухой

.

Всё, что угодно. Но когда я плавно повернулся

(

так, чтобы не потерять из виду Иоганна

),

то обнаружил, что не было ни рыбы, ни лягушки

.

На воде стояла одетая в белое платье босая Маргарита

,

её светлые волосы блестели в лунном свете

.

Я остановил взгляд на её ногах

.

Потому что девочка стояла не в реке

,

а на реке

.

Я отчётливо видел детские пальцы, опирающиеся на поверхность воды

.

Так же, как Иоганн,

она

замерла в полушаге и смотрела на меня из-под завесы спутанных волос

.

– Ну, детишки, – сказал я, вынимая меч.

И тогда Иоганн и Маргарита бросились на меня. Так быстро, словно были сотканы из лунного света. Я махнул мечом, но он лишь со свистом рассёк воздух. Они ударили меня с двух сторон. Со всей силой скорости и веса детских тел. Я пошатнулся, поскользнулся на болотистом берегу и с плеском упал в воду. Быстро вскочил, но лишь для того, чтобы увидеть, как брат и сестра начали срастаться в одно существо. Они стояли рядом, в нескольких шагах от меня, плечом к плечу. Их окружал мерцающий серебряный блеск. Тела дрожали в ней, размывались, поглощались друг другом. Немного спустя я увидел какую-то странную тварь, с четырьмя ногами и двумя парами рук, у которой была половина лица Иоганна и половина лица Маргариты.

Наверное, мне стоило сразу подбежать к этому странному существу и проверить степень устойчивости детских тел к стали меча. Но вместо этого я ошеломлённо наблюдал до тех пор, пока превращение не завершилось. Впереди меня стояло нечто, лишь отдалённо напоминающее человека. У него был белый, раздутый и набухший, живот, почти человеческая голова с огромными челюстями и оскаленными зубами. Короткие толстые руки оканчивались серыми когтями.

Только теперь я

двинулся

с поднятым мечом

,

но тогда

тварь

посмотрела на меня

.

В её глазах плавал светящийся трупный блеск

.

Было в этом взгляде что-то настолько нечеловеческое и

на

столько страшное

,

что я сбился с шага

,

а мой удар

оказался

слишком медленным и неточным

.

Монстр ловко увернулся с линии удара и полоснул меня когтями по плечу. Меч выпал из

моей

ладони

,

а рука повисла плетью. Я почувствовал обжигающую боль

,

расходящуюся вдоль всей руки

.

Я смог, однако, откатиться от следующего удара. А потом...ну...Потом не помню уже ничего

.

Когда я открыл глаза

,

то увидел

,

что надо мной наклоняется девушка

,

а скорее, молодая женщина

.

У неё были пышные, связанные в толстый узел

,

тёмные волосы и красивые

,

блестящие глаза

.

Её лицо было почти белым

,

как лицо алебастровой скульптуры

,

и только еле заметная синяя пульсирующая жилка на скуле указывала

,

что она женщина из плоти и крови

.

Она улыбнулась

.

– С возвращением с того света, – сказала она.

Это был голос, вызывающий доверие

,

глубокий и тёплый

.

Я верил

,

что именно такой голос все хотели бы услышать

,

лёжа больными в кровати

.

А я именно так и лежал, хотя слово

„

кровать

”

было не лучшим определением для меховой шубы, брошенной в углу небольшой хижины

.

Мрак рассеивала только масляная лампа, стоящая рядом с постелью.

–

Меня зовут Карла

,

Мордимер, – сказала она, и я даже не удивился

,

откуда она знает моё имя

. –

Прости, но мне придётся серьёзно заняться твоей раной.

–

Прости

? –

Я откашлялся и посмотрел на неприятное

,

воспалённое и окровавленное

м

есиво

,

которое когда-то было моим плечом

.

Но, как ни странно, мне не

было

больно

,

так что я решил

,

что она дала мне какой-то успокаивающий отвар

.

– Пей. – Она поднесла к моим губам глиняную кружку.

Уже сам запах сильно мне не понравился

,

но у меня не было сил

,

чтобы отказаться

.

– Пей, пей, пей, – шептала она настойчиво, левой рукой приподнимая мне голову.

Она наклонила кружку, и в моё горло потекло что-то тёплое и настолько неимоверно горькое, что меня чуть не вырвало.

– Это лекарство. Пей!

Я послушно выпил всё до дна, ибо, честно говоря, у меня не было особого выбора. Кроме того, я надеялся, что кто-то, кто спас меня от смерти, не станет меня сразу же после этого травить. Я осмелился сделать такой смелый вывод не из-за излишней доверчивости характера, но опираясь на принципы чистой логики, которая такой акт с уверенностью определяла как бессмысленный.

Тем не менее, в следующую минуту немного я мог бы сказать о логике, ибо мои мысли улетучились, тело стало лёгким, как пух, поднятый тёплым дуновением ветра. Лицо Карлы то размывалось, то становилось чётким, и её высокая одетая в белое фигура, казалось, плывёт над землёй. Потом я увидел, что девушка снимает с себя платье и остаётся ослепительно голой в мерцающем жёлтом свете лампы. Её формы были настолько совершенны, словно вырезаны резцом античного скульптора, если бы только эти скульпторы идеал человеческой красоты хотели видеть в виде молодых женщин, а не молодых мужчин.

Она подняла руки, и я видел, как её губы двигаются, но не слышал ни звука. А потом вдруг слух вернулся. В один момент. Я слышал, что Карла размеренно произносит слова на неизвестном мне языке, и с каждым словом её глаза, казалось, увеличиваются и вспыхивают огнём, в котором, однако, был не свет, но сам мрак. Потом она внезапно упала рядом со мной, так что я увидел её обнажённые груди почти у самого лица. Я почувствовал, что она сжимает моё раненое плечо руками, и это сжатие напоминало хватку раскалённых железных клещей. Я закричал. Я кричал, и стыдно признаться, любезные мои, я кричал до тех пор, пока не была мне пожертвована благодать повторной потери сознания.