Опер Екатерины Великой. «Дело государственной важности» - Корчевский Юрий Григорьевич - Страница 36

– Кузьма Антонович! У кого ещё был ключ от холодной?

– У кухарок, у Павла, управляющего имением, у меня. Вроде всё.

– Кто-то из ваших выпустил злодея. Замок не повреждён, стены целы, а злодей утёк.

– Надеюсь, ты меня не подозреваешь?

– Помилуй бог! А у кухарок ключи где?

– Где и всегда. На кухне, на гвоздике висят.

Андрей от досады рукой махнул.

– Стало быть, любой мог ключ незаметно взять?

– Любой, конечно. Только раньше ничего подобного не происходило.

– Пособник у грабителей среди челяди есть, он и выпустил злодея. И пожар, думаю, не случайно произошёл – подожгли.

– Найди мне этого оборотня! До смерти засеку!

– Так вы же меня сами выгнали, и не далее как вчера вечером. Вот я утречком и съеду.

Даже при свете луны было видно, как густо покраснел Кузьма Антонович. Неудобно ему стало. Человек одного грабителя убил, второго пленил, а кто-то из его челяди выпустил. Ай как нехорошо-то получилось!

– Ты… это… Андрей Михайлович… прости, а? Ну не со зла я, сам вижу – кругом виноват. Слухи за правду принял, не разобрался, погорячился. Так ошибки свои признаю. Мир?

– Мир, хотя я вам войну не объявлял.

– Тогда – спать.

Все разошлись по избам.

А утром заявился исправник Иван Тимофеевич Дыхно – при форме, с шашкой-селёдкой на боку, на коне, да ещё и с подмогой – двумя нехилого сложения парнями. По-хозяйски вошёл во двор, потянул носом.

– Никак, пожаром пахнет?

– Горели ночью. Амбар занялся, едва потушили. Здравствуй, Иван Тимофеевич, – поприветствовал исправника Сологубов.

– И вам здравствовать, Кузьма Антонович! Где постоялец твой, что из Петербурга самого?

– Сейчас кликну.

Сологубов повернулся к проходящему мимо крепостному.

– Макар, быстро позови гостя!

Но Андрей и сам уже спускался с крыльца – одетый и при оружии. Поздоровались.

– Андрей Михайлович, я к вашим услугам, как и приказывали.

– Неприятность у нас, задержанный сбежал. Кто-то из челяди помог.

– Ай-яй-яй! Прямо беда! Он же должен был показать, где грабители прячутся.

– Сами найдём. Он говорил – в избе живут, на заимке. Полагаю, не так много в уезде заимок, вот все и объедем.

– Верно, три всего. Одна, правда, далековато – вёрст двадцать.

– Начнём с ближних. Павел, лошади готовы?

– Под седлом уже.

– Тогда едем.

– И я с вами, – вмешался Сологубов.

– Никак не можно, – отрезал Андрей. – Сегодня вам здесь быть надо. Кто-то из челяди – оборотень, предатель. Не исключено – новый поджог учинит или ценности из дома заберёт и сбежит.

– Тогда останусь и ворота запру.

Андрей с облегчением сел в седло. Душевный порыв Кузьмы Антоновича понять можно – виноват перед Андреем и вину свою загладить хочет. Но он – человек неподготовленный и сам может пострадать при захвате. Злодеям терять нечего, они знают свою участь и потому будут сопротивляться до последнего.

Лёнька струсил, поскольку ситуация была для него шоковой. Парень молодой, а тут на его глазах главаря убили, причём – просто, без затей. Как муху прихлопнули. Но он сбежал и, скорее всего, успел добраться до заимки, поскольку имел фору во времени. И удача будет, если злодеи ещё там, а не успели разбежаться.

Андрей тешил себя надеждой, что они успеют. Всё-таки Ленька шёл к заимке пешком, а они на лошадях. К тому же он шёл ночью, а сейчас – ясный день, можно скакать во весь опор.

– Ну, Иван Тимофеевич, показывай дорогу. Скачи к первой заимке, что поближе.

Они скакали галопом минут сорок по узкой грунтовой дороге. Андрей пригнулся к шее лошади, чтобы ветками деревьев глаза не выхлестнуло. Но и то лицо поцарапал.

Скакавший впереди исправник остановился. Андрей подъехал.

– Полянка впереди, на ней – избушка. Это самая ближняя заимка.

– Бери своих людей, по лесу заимку обойди. Как готов будешь, сигнал дай.

– Какой?

– Прокукуй или крякни.

Исправник хихикнул:

– Какие в лесу утки?

– Тогда свисти. И сразу с двух сторон – к избушке, чтобы уйти не успели.

Исправник с двумя помощниками уехали влево, обходя заимку. Андрей же спрыгнул с лошади, подошёл к опушке и стал всматриваться в темнеющую на поляне заимку.

Посредине большой поляны стояла небольшая бревенчатая изба, вокруг – заборчик из жердей, низенький, едва по пояс, чтобы уберечь от зверья огородик. Дым из трубы не шёл, и вообще избушка выглядела нежилой. Сюда, на сторону Андрея, выходило одно небольшое окно. Дверь была, наверное, с другой стороны.

Раздалось «ку-ку», кричали раза три-четыре. «Разошёлся исправник, боится – не услышу», – подумал Андрей. Он подбежал к лошади, поднялся в седло.

– Паша, скачи к заимке. Подбирайся сразу к окну – вон тому – и жди. Ежели вылезти кто попытается – сразу бей.

– Сильно?

– Как получится.

Павел выдернул из-за пояса деревянную дубинку, прищурил глаза и выдвинул вперёд нижнюю челюсть. Сделал звериную рожу, одним словом.

– Вперёд!

Лошади вырвались на поляну и с ходу легко перемахнули хилый заборчик.

Андрей пустил лошадь вокруг дома, подтянул поводья и, когда лошадь почти встала, прямо с седла спрыгнул на крыльцо. Удивился ещё – а где же исправник со своими людьми, ведь знак подавал?

Распахнулась дверь, и на крыльцо шагнул из избы Лёнька, так удачно и ловко сбежавший из холодной в имении Сологубовском. На плече он нёс мешок – явно с награбленным добром. Столкнувшись нос к носу с Андреем, он остолбенел от удивления, потом бросил мешок и заорал:

– А-а-а!

Андрей оттолкнул его в сторону. Толчок получился сильным, и Лёнька, не устояв на ногах, упал с высокого крыльца.

Розыскник ворвался в избу, выхватил пистолет и почти тут же получил удар дубинкой по руке. От боли и неожиданности он выронил пистолет, слева его кто-то сильно толкнул и рванулся в открытую дверь. Падая, Андрей успел увидеть, как мускулистая мужская фигура рванулась к открытой двери. Однако у самого порога убегавший споткнулся о брошенный Лёнькой мешок, упал на ступеньки крыльца и заорал от боли.

Андрей приподнялся на локте и осмотрелся. Маленькая – в одну комнатку – изба была пуста. Чёрт! Лёнька тут, второй грабитель упал с крыльца – где же ещё один?

Андрей схватил пистолет и осторожно, боясь пропустить ещё один удар, выглянул.

Упавший грабитель вскочил и побежал влево – за дом. За ним рванул Лёнька, пришедший в себя.

Андрей спрыгнул с крыльца и рванулся вдогонку. Лёнька и второй, пока неизвестный злодей, перемахнули низенький забор и побежали к лесу. Розыскник тут же сообразил, что на лошади их будет догонять сподручнее. На бегу он завернул за угол, где стоял у окна Павел.

– На лошадь, быстро! Они уходят!

Андрей показал направление и, обежав дом, вскочил в седло.

– Н-но, родимая!

Лошадь, сразу рванув в карьер, перемахнула заборчик. Впереди, в десяти саженях, скакал Павел.

Убегавшие грабители уже скрылись в лесу. В самое бы время исправнику прийти на помощь со своими людьми. Чего он медлит?!

Впереди послышалось конское ржание, и Андрей увидел, понял, почему грабители бежали сюда. Здесь их ждал третий сообщник. Он сидел на коне и держал поводья ещё двух лошадей. Разбойники с ходу вскочили в сёдла, и вся троица рванула вперёд.

Андрей аж застонал от досады. Уйти ведь могут, прямо из-под носа уйти!

Он шлёпнул лошадь ладонью по крупу – плётки не было. Но она и сама прибавила ходу. Андрей буквально упал на шею коня и, слившись с ним, ощущал, как под атласной кожей работают мощные мышцы животного. Ветки хлестали по спине, по бокам.

Вынеслись на извилистую лесную дорогу, стало полегче.

Андрей догнал Павла, крикнул ему:

– Пропусти меня вперёд!

Павел принял чуть правее, и лошадь Андрея обошла его лошадь на два корпуса.

Впереди мелькали и время от времени скрывались за изгибами дороги преследуемые.

Андрей вытащил пистолет, выждал удобный момент. Вот и небольшой ровный участок дороги. Он привстал на стременах, прицелился и выстрелил. Всадник впереди упал на шею коня и медленно начал сползать на бок. Лошадь убитого или раненого стала замедлять ход.