Почём цветочек аленький? - Луганцева Татьяна Игоревна - Страница 46

– Я не сомневаюсь. – Евгений стал грустен, узнав, что Яна улетает и его с собой не приглашает.

– Знаешь, я должна тебе кое-что объяснить, – вздохнула Цветкова. – Ты – центральная фигура криминального действия!

– Я? Центральная?

– Покушались на тебя? На тебя!

– Убили Клару.

– А должны были тебя! Не спорь, – сказала Яна, увидев, что Евгений уже открыл рот, чтобы возразить. – Я при помощи полиции навела о тебе справки за последний год. Проанализировали буквально все твои действия.

– Я этого не хотел! – сразу же сказал Евгений. – Я так, на всякий случай! И в стриптиз-баре это не я, честное слово. Что вы еще там узнали?

Яна удивленно посмотрела на него:

– Ого! Какие секреты открываются! Мы не обратили внимание на твои эротические похождения, в данном случае это неважно, – ответила Яна. – Ты ведь проходил полное медицинское обследование?

– Проходил… Какое это имеет значение? – повел плечом Евгений.

Яну сильно раздражал пикающий звук, монотонно раздающийся из прибора, подсоединенного к Евгению. Она качнула головой:

– Ты молчишь, потому что вопрос очень непростой, – пояснила Яна. – Это касается здоровья твоего брата?

Женя посмотрел ей в глаза:

– Владимир мой брат, ты знаешь, как я к нему отношусь, за неимением других родственников…

– И ты когда-то стал для него донором?

– Стал… Что ты спрашиваешь? Ты же знаешь. Давно это было… Зачем всё время к этому возвращаться?

– Но ты до сих пор горд, что спас ему жизнь? – уточнила Яна.

– Тогда меня никто не спрашивал, хочу я это делать или нет, – рассмеялся Женя. – Но сейчас я в таком возрасте, когда уже полностью отдаешь отчет в своих поступках. Я очень, очень рад, что смог спасти Владимира.

– Это ясно… Скажи, только честно, Владимир опять обратился к тебе за помощью? – подтолкнула Яна Евгения к разговору, который, видимо, был не очень ему приятен.

Евгений поморщился от досады, но был вынужден признаться:

– Да… Вова обратился ко мне, сказал, что ему снова что-то нехорошо. Врачи якобы боятся рецидива болезни. Надо отметить, что люди, перенесшие тяжелейшее заболевание, по-особому относятся к своему здоровью. Любой чих они воспринимают как сигнал тревоги. Вдруг это жуткое заболевание вернулось? Всю жизнь боятся, что может произойти рецидив, и при малейшем недомогании бегут к врачу. Вот и Вова такой же… Ему показалось, что заболевание возвращается. Я успокаивал брата как мог, обещал, что если надо, стану еще раз донором. И Владимир зацепился за эту мысль, попросил, чтобы я обследовался. Ему нужно было подтверждение, что я по-прежнему здоров.

– Он так и сказал? – несколько удивилась Яна.

– Ну, не так прямо, как я сейчас, но смысл тот, – смутился Женя.

– И ты?

– Что я? Пошел обследоваться. Что мне жалко, что ли? Если это успокоило бы брата. На здоровье я не жаловался, только вот… курил всегда много.

– И какие ты сдал анализы? – допытывалась Яна.

– Кровь, ЭКГ, и… ну, меня обследовали полностью…

– Извини, а сперму ты сдавал? – спросила она, поняв, что так просто признания в этом не получит.

– Яна! Ну и вопросы! Ну, сдавал, и что? Попросили сдать всё… вроде как работу всех органов проверить… На инфекции.

– А заведовал всем этим личный доктор твоего брата и его жены Роберт? – уточнила Яна.

– Он… Яна, в чем дело? Говори прямо, – не выдержал Евгений.

– Труп Клары уже в Москве. Я позвонила одному знакомому… Ему недавно подполковника дали, давно пора было.

– Поздравляю, – отреагировал Женя.

– Спасибо. Так вот, незадолго до смерти у Клары забрали яйцеклетки. Операция такая, через прокол передней брюшной стенки. То есть она стала донором.

– Ну и что?

– Ничего… Только это произошло именно здесь, за границей. И ребята, с которыми она тусовалась, говорили, что она куда-то уходила и потом у нее болел живот. Да и особенного рвения к спасению птиц она не проявляла. Следовательно, приехала в Норвегию с иной целью. Например, чтобы стать донором. Поселилась в лагере, не афишируя причин приезда. И в это же время здесь появляется твой брат с супругой, и совсем незадолго до этого у тебя взяли сперму, якобы на анализ…

Евгений даже рот открыл.

– Ты думаешь?..

– Слушай, а что тут думать? Воображения не хватает? Всё сошлось! Такая цепочка выстроилась! И это не парад планет на небе! На случайность не похоже. Да что там говорить! Твоя сперма и яйцеклетка Клары – ребенок Флавии. Вот и связь между вами, совершенно незнакомыми людьми. Так нормально? И это можно будет доказать генетической экспертизой. Владимир после сеансов лучевой терапии не мог стать отцом, какие-то проблемы наблюдались и у его жены. Мне противно даже говорить об этом. А потом вы как доноры оказались им не нужны. Клару убили… Она поссорилась с Флавией, порвала на ней бусы, ее утопили…

– Кто?

– Может, она потребовала больше денег, начала шантажировать.

– Кто? – глухим голосом повторил Евгений.

– Кстати, внезапно отчаливший в Москву Глеб сразу же купил «мерседес». Прикинь? Парень вернулся с благотворительной акции. Его уже нашли, и он признался моему другу, ну ты знаешь, подполковнику, что украл эти деньги у Клары! Откуда у нее такие деньжищи? Правильно! Ей заплатили за яйцеклетку и молчание! Это словно бусы разорванные, ты их снова собираешь бусина за бусиной, жемчужина за жемчужиной… И ведь всё сходится…

– Яна, кто же убил Клару? Ты не договариваешь, я же чувствую…

– Это уже известно, – отвела она глаза.

– Нет! – выдохнул Женя.

– К сожалению, да… И ты не спросишь, по чьему приказу покушались на тебя?

– Нет…

– Тоже он, – вздохнула Цветкова.

– Нет! Я не верю! – побледнел Женя.

– Факты тебя убедят! У полицейских доказательства и улики! Они тебе всё разложат по полочкам. Я хотела быть первой, кто об этом сообщит. Я решила смягчить удар, но у меня не получилось… Извини.

– Но Владимир мой брат! Как он мог? Зачем?

– Хороший, кстати, вопрос «зачем»! – улыбнулась Яна. – Владимир менее удачлив, чем ты…

– В смысле?

– Он рядовой врач.

– Он очень хороший врач, – поправил Женя.

– Пускай! Очень хороший предприниматель с очень хорошим доходом. А ты миллионер! Всемирная знаменитость! Талант! Любимец!

– Это так. Между нами есть различие, – был вынужден согласиться Евгений.

– Не различие, а пропасть! А если тебя убили бы, ребенок Владимира и Флавии получил значительный кусок твоего наследства, – пояснила Яна.

– Он бы и так унаследовал… Мой племянник… брат… Зачем ему убивать? – спросил потерянно Женя. – Зачем? Это ужасно…

Яна задумчиво накручивала длинный локон на палец.

– Клару было решено убрать, чтобы она никому ничего не рассказала, и это вполне логично. А тебя… Наверное, они захотели завладеть твоим имуществом… У тебя мог появиться собственный ребенок, и это их тоже не устраивало.

– Брат хочет убить брата! Я не верю! – воскликнул Женя, а пронзительный и навязчивый звук приборов стал чаще и противнее.

Яна сделала вывод, что частота сердечных сокращений Евгения усилилась.

– Флавия – хваткая тетка, и ты должен понимать, что может сделать с психикой мужчины женщина с такими физическими данными, особенно если у тебя и характера не хватает, и зависть гложет…

– Я не верю!

– Дело, как говорится, твое. Я тебе всё объяснила, – ответила Яна. – У тебя не брат, а монстр!

– Наверное, он знает… – прошептал Евгений.

– Что? Что знает?

– Ничего…

– Нет уж, договаривай! – не согласилась Яна.

– Это не имеет значения. – Женя словно постарел лет на пять.

– Это уже мне решать!

– Перед смертью мама мне открылась… Нет, я не могу!

– Женя! – напряглась Яна.

– Ну, хорошо! Она сказала, что совсем маленьким я стал донором для брата…

– Знаю! Дальше!

– Всё произошло не совсем так… – Глаза Евгения потемнели.

– Говори же, не тяни!

– Брат погиб. Оказалось слишком поздно, мой костный мозг его уже не мог спасти… А вот другому мальчику-сироте он помог, и тот малыш выжил. Мама была в отчаянии и тот факт, что ребенок остался живой, посчитала божьим знаком. Она забрала мальчика себе. Я этого ничего не помню, мал был. Перед смертью мама взяла с меня клятву, что мы будем всегда вместе, станем помогать друг другу, как родные. Просила оставить всё это в тайне. А я, если честно, всю жизнь считал Владимира родным братом.