Почём цветочек аленький? - Луганцева Татьяна Игоревна - Страница 23

– Могла бы и сама позвонить… – поджала губы домоправительница.

– Так в том-то и дело, что не могла… Это Леша, наверное, позвонил… Он совсем никакой был, его потом чуть не похоронили в гробу… Перепутали с покойником! Ой! – вовремя остановилась Яна.

– Вот ты сама-то соображаешь, что несешь? Да еще при чужих людях! – Агриппина Павловна сделала акцент на слове «чужих». – Кстати, этого типа ты на кладбище отрыла? Он же оттуда? Из этой же компании? Это как надо было пить, чтобы тебя потом на следующее утро перепутали с трупом? А у тебя что с лицом? Словно лопатой приложили… Тоже зарыть хотели? Или добивали, чтобы захоронить и выполнить план? – проявила излишнюю наблюдательность, сама того не подозревая, Агриппина Павловна.

– Не сердись на меня! Другие тут ни при чем! Это – моя домоправительница, моя спасительница Агриппина Павловна, а это Евгений – наш гость из Дании. Вот вы и знакомы! – Яна с трудом смогла вставить несколько слов.

– О господи! Опять иностранец! – перекрестилась Агриппина Павловна, явно намекая на чеха Карла Штольберга, последнюю любовь своей несносной Яны.

– Не сейчас, – прошипела сквозь зубы Яна и наконец-то смогла протиснуться мимо монументальной фигуры Агриппины в квартиру.

Разговор на лестнице явно затягивался. Евгений сделал то, чего, по мнению Яны, не стоило делать. Он очень галантно поцеловал руку домоправительницы.

«Ну, все! Хана ему!» – мгновенно вспотела Яна, зная, что Агриппина не любит таких внешних проявлений галантности. Но та почему-то заулыбалась и, схватив Женю под руку, прямиком потащила его на кухню. Это означало одно – человек принят и сейчас его накормят до отвала. И попробуй только откажись!

– Есть-то будете? – спросила Агриппина Павловна, косясь на Евгения, который схватился за плечо, потому что из-за слишком резких движений ударился о косяк кухонной двери.

– У вас очень вкусно пахнет, а я с дороги. Я бы не отказался, – честно ответил Женя, улыбаясь и правильно понимая, что в этом доме отказываться уж точно нельзя.

– Вот и славно! Мойте руки и за стол, – смягчилась Агриппина Павловна.

– Ты произвел на нее хорошее впечатление, – шепнула Яна Евгению на ухо.

– Произвел! – крикнула домоправительница, в очередной раз доказывая, что у нее с годами, может быть, здоровье и ухудшилось, но слух остался острым. – И поэтому я хочу спросить у Евгения, как давно он знает тебя? Как долго вы знакомы?

– Совсем чуть-чуть, совсем недавно, – ответила за него Яна, словно объясняя, что никаких серьезных отношений с этим парнем у нее нет.

– Так беги от этой женщины! Беги, как бегут от цунами! – воскликнула Агриппина Павловна.

– Ни разу не видел, чтобы кто-то убежал от цунами, – честно ответил Евгений. – Хотя и пытались, залезали на деревья, на верхние этажи…

– Вот и ты попытайся, сынок, попытайся! – похлопала она его по плечу, от чего Евгений снова поморщился, а Яна рассердилась.

– Не трогай его за плечо! – не выдержала она. – Женя ранен.

– Вот о чем и речь! Беги! – хлопнула тряпкой по столу домоправительница.

– Хватит вам, ей-богу! Словно уж хуже меня и нет никого! – надулась Яна.

– Ну, если я не права, расскажи, чем ты сегодня весь день занималась? Чем ты была занята? – уточнила домоправительница.

– Ладно, ладно… Поняла, что ты хочешь сказать!

– Вот и молчи! Ты вечно попадаешь в какие-то непонятные места, то на кладбище, то в морг, то…

– Так получается! Я не специально! Ты же знаешь!

– Золотые слова! Но близким твоим от этого не легче! Евгений, она бросила своего мужа – человека кристальной души! – снова обратилась Агриппина Павловна к парню.

– А это-то тут при чем?! – возмутилась Яна.

– Потом она бросила того, ради кого бросила мужа! – продолжала Агриппина Павловна. – Она и вас бросит!

– Мы еще не вместе, чтобы меня бросать. – Женя рассуждал здраво.

– Как много надежды в слове «еще», – усмехнулась Агриппина Павловна и принялась расставлять на столе бесчисленные тарелки, горшочки и вазочки с едой, словно намереваясь закормить их до смерти.

Яна перевела дух, поняв, что домоправительница взяла тайм-аут, как профессиональный боксер между раундами, и пока больше не будет высказываться о ее персоне. Видно, собирается с мыслями, решая, чем бы еще напугать парня.

На столе появились фирменные плюшки с сахаром. Мало того что само тесто было сладким, Агриппина Павловна еще посыпала плюшечки сахарным песком, а когда ела, щедро сдабривала сгущенным молоком, вареньем, медом или джемом. При этом она иногда сообщала скорбным голосом, что у нее слегка повышен сахар в крови. Что ей, бедной, делать?

Появились аппетитные котлетки, ломтики колбасы и ветчины, тосты, элитный сыр, украшенный грецкими орехами и красным виноградом, как в лучших ресторанах. В этом доме всегда были и фрукты, и шоколад, и все это предложили гостю.

– Угощайтесь всем, что на столе! – Агриппина Павловна явно больше хотела накормить не Яну, а гостя.

– Спасибо, вы очень гостеприимная хозяйка, – отметил Евгений.

– Зарабатываешь себе бонус? – усмехнулась Яна. – Не поможет… Для нее мой бывший муж всегда останется самым лучшим! Остальных она мне простить не может! Вот все время и подкалывает.

– Конечно! Если речь идет о Ричарде, то я необъективна! Я воспитывала его с детства! Он мой сын! – кивнула Агриппина Павловна.

– А я и не предлагаю себя ей в мужья! – вдруг выдал Евгений, и Яна зааплодировала.

– Вот это молодец! Вот это хорошо сказал! Просто герой! Увязался за мной, вместо того чтобы ехать в свою шикарную гостиницу! Для чего? Зацепила тетка с голыми грудями в аэропорту? Так это же не я была! Очнись, сынок! Это был плакат! И я никогда не пересплю с тобой, уяснил?! Чего о себе возомнил? Замуж! Да меня кто только не звал замуж! Если бы я соглашалась, мне бы надо было сто паспортов иметь для печатей о браке и разводе!

– Откуда такая агрессия? – округлились глаза у Агриппины Павловны. – Он всего лишь честно сказал, что не метит тебе в мужья… А чего ты хотела? Что все будут падать в обморок при виде тебя? Мужчины так устроены… На что-то одноразовое – очередь, а на серьезное – единицы. Да может, ты ему просто не нравишься! – подлила масла в огонь домоправительница, подмигивая Евгению. – У нее завышенная самооценка, не выносит, если кто-то посмеет намекнуть, что она не нравится.

– Яна – красавица! Она не может не нравиться! Она вызывает массу чувств и эмоций, очень яркая женщина! – улыбнулся Евгений.

– Дураки! – отметила Яна и захрустела тостом. – А вас, мистер Совершенство, не учили, что невежливо говорить о присутствующем человеке в третьем лице? Она… она…

– Учили, извини… Неправильный падеж, склонения.

– А вы к нам надолго? – спросила Агриппина Павловна у Евгения.

– Только чайку попить, – ответила за него Яна под смешок Евгения. – Шучу! Он поживет в квартире Клавдии Ивановны несколько дней… В конце концов, это ее гость. Она пригласила его, и вот такая печальная история. Кстати, Женя, а для чего ты приехал в Москву? Неужели на могилу отца? – спросила Яна.

Лицо Евгения выразило полное недоумение.

– С чего ты взяла? Могила отца, какая глупость? Я даже не считаю, что он у меня был… Я чувствовал, что Клавдия Ивановна сама хотела бы нас увидеть, и очень обеспокоена судьбой нашей семьи. Я хотел встретиться с ней, может, чем-то помочь и дать то, что было нужно – информацию, я успокоил бы эту женщину. Вот, не успел… А так я совместил поездку в Москву с московским кинофестивалем. Меня приглашают уже в который раз. Как-то неудобно, решил вот посетить, – ответил Евгений.

– Московский кинофестиваль? – поинтересовалась Агриппина Павловна. – А зачем вам? В смысле, зачем вас пригласили? – Она перешла вдруг на «вы», для порядка и до выяснения всех обстоятельств дела.

– В качестве гостя. Я режиссер, – пояснил Евгений.

– Ой, как здорово! – сказала Агриппина Павловна и вконец растерялась. С режиссерами в домашней обстановке ей еще не приходилось общаться.