Константы русской политической культуры - Чадаев Алексей - Страница 3

Андрей Кончаловский

Соотечественники

Россия – пропорционально своей реальной численности – имеет гигантскую диаспору. Например, очень большую диаспору, распространенную по всему миру, имеют китайцы, ее численность – 50 млн. человек, или 3 процента по отношению к населению Китая. Россия же имеет диаспору, сопоставимую с ее населением. Ее численность оценивают в 30 млн. человек – это фактически четверть населения страны.

Наша диаспора сформировалась в течение очень короткого времени в результате крушения и исчезновения нескольких государств – это группа выживших при кораблекрушении. Государство оставило их за своим бортом в результате Беловежского соглашения: они сами никуда не уезжали, не собирались этого делать и никому не давали права переселять их в другую страну. Тем не менее это произошло.

В течение более чем десяти лет Россия представляла собой некий странный промежуточный транзит, транзитный коридор, в котором присутствовало несчитанное и не считаемое в принципе число людей без гражданского и политического статуса. Это было принципиально для административной системы 90-х годов, потому что она не замечала человека, если ему не присвоен административный статус.

В России с начала 90-х годов начало формироваться государство, в котором присутствовали гигантские массивы людей, не включенных в это государство ни политически, ни социально, но включенных в него экономически, как правило теневым образом. В итоге возникла парадоксальная ситуация: государство вроде бы дружественно по отношению к соотечественникам (все наши правительства без исключения посылали сигналы дружбы, любви, признательности и приглашали соотечественников возвращаться), а реально административная система не была заточена под работу ни с приезжающими соотечественниками, ни с диаспорами за рубежом. А они, приезжая, превращались без своего желания в нелегальных эмигрантов, просто потому, что система не могла их легализовать. Возникла ситуация, когда граждане страны относятся очень приязненно к своим соотечественникам на расстоянии, когда их не видят. Но когда те приезжают, их рассматривают как нелегальных эмигрантов.

Эта административно-политическая шизофрения превращала нашу политику в подобие ситуации в коммунальной квартире, когда члены семьи не в состоянии урегулировать свои проблемы, потому что рядом живут соседи, развешивают свои кальсоны, варят борщ, некоторые просто вытаскивают кошелек, беззлобно, просто потому, что все живут в неправовом пространстве.

Чтобы вести разумную и справедливую политику в отношении своих соотечественников, мы в первую очередь должны сами осознать, что Россия – это государство русской политической культуры, это государство русской цивилизации. Россия возникла и создана русской цивилизацией, так же, как и Советский Союз, так же, как перед этим Российская империя. И не надо бояться и стыдиться слова «русский». Нет другого способа интегрировать многочисленные народности, нации, вероисповедания в составе одного государства, как через признание того, что это государство русской цивилизации.

Поэтому русские граждане, наши соотечественники за рубежом не являются людьми двойной лояльности. Это лояльные граждане своих стран, но для России работа с ними не менее важна, чем интеграция разных обществ внутри страны. Это интеграция в первую очередь через русский язык, русскую культуру и развитие ее не только внутри страны, но и в ее местных разновидностях. Иначе говоря, русский мир существенно шире административных границ новой демократической России, и его субъектами являются наши соотечественники, которые имеют на русское равные с нами права, и по отношению к которым мы имеем вполне определенные обязательства.[6]

Глеб Павловский

Оранжевая Малороссия

Ситуация украинского Майдана крайне интересна для политического и социального анализа. Когда на Украине разворачивались революционные события, когда то один, то другой кандидат в президенты уверял народ в своей победе, в молодежной интернет-среде Украины наблюдалась определенная паника, и, на мой взгляд, довольно странная. Можно было, например, прочитать о том, что русские танки уже стоят на Крещатике, что их там уже видели, что русские десантники приехали из Москвы в пломбированных вагонах и сейчас кинутся захватывать власть.

Когда наконец украинский народ сделал свой политический выбор, нам ничего не оставалось, как поздравить дорогих граждан Украины с тем, что они все же его сделали. И мы должны радоваться тому, что, когда через несколько лет они поймут, как их обманули, у украинского народа не будет никаких оснований винить в этом Россию, потому что это был выбор Украины, а не России.[7]

Сергей Лукьяненко

Русский язык

Есть реликтовый русский эмигрантов первой волны. Есть сомнительный русский эмигрантов второй. Есть чудовищный русский эмигрантов третьей (колбасной) и четвертой (предпогромной). Именно их – третьей-четвертой – сейчас в основном и печатают. А в толстых журналах – практически только их, потому что у них есть пособие и на исторической родине они ищут исключительно лавры.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.