Героев выбирает небо... - Кравчик Макс - Страница 38

Вернувшись к Барсу, изложил ему обстановку возле ресторана. Он кивнул и сказал, что нам вмешиваться никуда не придётся и чтоб я не парился. А я и не парился, мне вообще все это начало доставлять удовольствие, начал ловить кайф от таких, по сути детских, но вполне взрослых шпионских игр. Просто пока понаблюдаем, может, что-то странное заметим. Все же если поджог дело рук Марата, то он вести себя будет иначе, чем всегда, нервничать или еще что. Хотя на мой первый взгляд Марат был беззаботен и весел. Хотя уже целая неделя прошла, после попытки диверсии. Васька предложил не заморачиваться и продолжать наблюдение. Пару раз он явно от скуки пускался в философские размышления о тяжести работы разведчиков, что надо иметь железную выдержку и стальные нервы, и как порой опасны, бывают задания и то, что нам выпала доля просто наблюдать — это тоже опасность и тяжелый труд. Я слушал его в пол уха, кивал, поддакивал, а сам размышлял над происходящим и не мог отделаться от чувства, что картина почти сложилась, но чего-то не хватает. Мотивов или причин, доказательств или улик, но что-то очень важное лежало на поверхности, дразнило, приманивало, но скрывалось, как только ты пытался ухватиться за ниточку, которая размотает этот клубок. Мотивы Бараевых банальны и при этом ясны, и прозрачны, отсюда и осторожность во всем. Но кто именно из них мог организовать поджег. Кто им помогал? Бараевы — птицы не того полета, чтобы делать такие вещи в одиночку. Марат слишком не опытен в этом деле, как по мне, молод, не организован. Аслан же вполне способен и разработать, столь тонкую схему, и нанять нужных людей, если надо, то и подкупить кого-то с фабрики, и осуществить весь план в целом, сделав себе железное алиби. Алиби у них на момент поджога было у обоих, но понятное дело, что исполняли заказ не они. Но у Аслана в разы меньше мотивов, да и здравого смысла у него явно больше. Ну не стал бы он жечь государственную фабрику, для укрепления своих корней в сотрудничестве с властью. Слишком многое стояло на карте. Еще мне не давал покоя факт, вроде, как и не связанный с поджогом, но почему-то крепко ассоциируемый с ним. Это дядя Ильи Виктор. Почему сразу после смерти брата он был не особо огорчён и не принялся за расспросы, как погиб брат, кто виноват? Почему он сразу вспомнил за хутор? Что у него там за имущество было, которое он не желал сдавать сыщикам? За каким хреном ему понадобилось мчаться с самого утра на хутор? И самый главный вопрос — что за портфель он привез с собой после визита на хутор и еще важнее, где он его взял? Почему у меня в голове не сходится общая картина? Что я упускаю?

Пошел перекурить на улицу в очередной раз. Мозги вскипали от напряжения и активности. Нужно остыть, перекурить, попробовать посмотреть, с другой стороны. Кстати к курению я не пристрастился, а захватил с собой пачку папирос, для маневров, чтобы в любой момент выйти из ресторана под предлогом покурить и, заодно, доразведать обстановку. Только сделал первых пару тяг, как на папиросу тяжело, с хлюпаньем, упала сочная капля дождя. Небо было затянуто, но из-за наступивших сумерек это было плохо видно. Тяжелые водяные тучи, нависшие над городом, словно мокрый плед укутали небо, и вот-вот грозили разорваться под гнетом бушующей стихии. И словно в подтверждение моим мыслям, с неба, оглушительным раскатом грянул гром, а спустя какое-то время, небесное покрывало разрезала молния, яркая, хлесткая, и при этом завораживающая своей красотой. Ухнуло тяжелым грохотом еще пару раз и в разных местах разряды молний, повторили попытку обнять землю, своими электрическими щупальцами. На город тяжело опустился ливень. Охрана ресторана моментом всосалась под навес, остальные телохранители тоже разбежались по укрытиям. По-видимому, им запрещено было входит в помещение ресторана, поэтому для укрытия были использованы как пристройки, так и крытая коновязь, да и все навесы, что попадались рядом. Я тоже не большой любитель мокнуть под дождем, но более охотно могу созерцать это непревзойдённое великолепие природы, желательно дома и возле окна. Поэтому поспешил вскочить под навес входа, тесня туши необъятных стражей. Те подвинулись, но как-то недобро переглянулись. Ничего, потерпят. Вернувшись к своим размышлениям, я пытался перекатывать мысли, из ракурса в ракурс. Пытаясь найти недостающий пазл, но ничего не выходило. Мозаика не слаживалась. Я подкурил потушенную папиросу вновь, и едва сделал тягу, как с неба сорвалась молния, разрядом электрошокера, явственно близко, почти под самую дверь «Северного сияния». Всех на крыльце подкинуло от испуга, а само крыльцо не слабо тряхнуло, так что я аж зубами клацнул.

— Не слабо так! Я даже испугался. — Медленно, словно подбирая слова, сказал один из охраны напарнику.

— Да, точно. Как бы, не загорелось ничего от молнии, как на хуторе Теплякова, пару месяцев назад. — Подтвердил второй страж, бодро кивая, и втягивая голову в огромные плечи. — Раньше у нас от молний ничего не горело, громоотводы есть в каждом доме.

— Стоп ребята, а Вы откуда знаете про пожар на хуторе? — Удивился я от такого поворота событий.

— Ну как же откуда? Об этом все знают, и про убийство Степана и про перестрелку на хуторе. Там ребята из ополчения Лагана проезжали мимо, вот и спасли пацана и тыманцев постреляли. — Поведал мне первый охранник.

— Да мужики из Лагана молодцы, хорошее дело сделали. Жаль Степана не спасли, хороший человек был. — Подтвердил общее мнение второй страж.

Молния, хутор, пожар, самовозгорание. Сгорел сарай с трупами и всеми уликами. Пожар возник из-за молнии, которая угодила в сарай, следов никаких. Что из этого следует? Могло ли случиться такое совпадение, что раньше в Орасмаре от молний ничего не горело, а тогда загорелся сарай? Могло. Сарай мог, конечно, быть без громоотвода, но совпадение, что из всех построек на хуторе, загорелся именно тот самый сарай, с вещественными доказательствами, уже настораживает. Затем пожар на фабрике, совсем уж замаскированный под самовоспламенение, но уже имеются, и свидетели, и косвенные улики и подозреваемые. Главное, у подозреваемых, есть мотив. Точно! Нужно срочно проверить сарай на хуторе Теплякова на наличие остатков амила. Если эти два происшествия можно будет связать, то, скорее всего, у нас появится еще один подозреваемый. И тогда будет повод спросить дядюшку Виктора о его причастности к этим темным делишкам, а заодно расспросить о портфеле. Ну, это ладно, может все вовсе и не так, комендатура разберется.

Мои размышления оборвались на этой мысли, и переключились в окружающую меня реальность. Во двор, на территорию ресторана въехала крытая карета, со стеклянными окнами. Перед ней и за ней ехали всадники в плотных, брезентовых накидках-дождевиках с капюшонами. По крыше кареты и по накидкам всадников безжалостно тарабанили крупные капли ливня, создавая при этом дополнительный шум. У каждого из них было по автомату, торчащему из-под накидок, не говоря уже о наличии пистолетов и ножей на бедрах в кобурах. Серьезные такие ребята, но лиц разобрать не удавалось.

Карета остановилась во дворе, напротив каменной дорожки, ведущей к парадному входу «Северного сияния». Один из всадников спешился, сильно хлюпнув в уже раскисшее глиняное болотце своими сапожищами, резво подошел к дверцам кареты, став сбоку от тропинки, придерживая капюшон одной рукой, чтобы его не сдуло ветром. Он открыл дверцу и на улицу из кареты вышел мужчина, крепкий, внушающий трепет, с каменным лицом, явно уроженец горных народов. Он был выше среднего роста, возможно под два метра, широкоплечий, одет в подобие военной формы, но не камуфлированной, а скорее просто строгой и практичной. Здесь многие носили практичные вещи, жизнь тут такая. Всадник плавным движением, словно раскручивая огромный веер, скинул с себя накидку-дождевик и перекинул ее на босса. Тот, подставив плечи для накидки, закинул капюшон себе на голову, не обращая внимания на своего телохранителя, а протягивая руку в салон кареты. Он явно был не один. Из салона кареты появилась маленькая, женская ручка, затянутая в плотные кожаные перчатки черного цвета. А за ней появилась и сама дама, одетая в подобие полу плаща, едва прикрывающего ягодицы, обтянутые облегающими штанами, по типу жокейских. Высокие, кожаные, лакированные ботфорты, до самых колен, изумительно сочетались с ее нарядом, и создавали образ, властной, безжалостной укротительницы мужских сердец. И когда из-под капюшона я увидел ее лицо, то остолбенел на время. Сказать сколько длился мой ступор, не решаюсь. Мне показалось, что я стоял вечность, любуясь красотой этой женщины, которую мне уже доводилось встречать. Оторопь от удивления, тоже прошла не сразу, потому что я никак не ожидал ее здесь увидеть. Это была та самая посетительница, с которой я столкнулся в дверях своего начальника — Игната Петровича. «Вот так встреча». Мысль скользнула в сознании, и я попытался сделать вид, что она не произвела на меня такого ошеломительного впечатления, чтобы не показаться растерянным мальчишкой, но проходя мимо меня, она крепко держалась за руку своего кавалера, и даже не взглянула в мою сторону. Обидно. Охрана заведения, уже покинула крыльцо и грелась в вестибюле, там у них напротив гардероба имелась стойка и стулья. Я остался же на крыльце, доставая вторую к ряду папиросу. Мне было необходимо еще немного времени, чтобы прийти в себя после такого фееричного, и в то же время, неожиданного появления этой загадочной персоны. Да и вообще подумать.