Тысяча и одна ночь - Автор неизвестен - Страница 356

И когда халиф аль-Мамун услышал от этого человека такие слова, он восхвалил его и поблагодарил, и усадил его на место, и почувствовал к нему уважение. Он приказал дать ему сто тысяч дирхемов и посадил его на коня и даровал ему роскошные одежды, и в каждом собрании он возвышал его и приближал к себе больше всех законоведов, пока он де стал выше их всех по степени и знатнее членом, а Аллах знает лучше.

Рассказ ОБ АЛИ-ШАРЕ И ЗУМУРРУД

Рассказывают, что был в древние времена и минувшие века купец из купцов в землях хорасанских, которого звали Маджд-ад-дин.

И имел он много денег, и рабов, и невольников, и слуг, но только достиг он шестидесяти лет жизни, и не досталось ему ребенка. А после этого послал ему Аллах великий сына, и назвал он его Али. И когда мальчик вырос, стал он подобен луне в ночь полноты. Когда же он достиг возраста мужей и приобрел все качества совершенных, его отец заболел смертельной болезнью и призвал к себе своего сына и сказал ему; "О дитя мое, приблизилось время моей гибели, и я хочу дать тебе наставление". - "А какое, о батюшка?" - спросил Али. И его отец сказал: "О дитя мое, завещаю тебе, не общайся ни с кем из людей и сторонись того, кто навлекает вред и беду. Берегись злого собеседника - он подобен кузнецу: если тебя не обожжет его огонь, повредит тебе его дым. А как хороши слова поэта:

Уж не от кого теперь любви ожидать тебе,

И если обманет рок, не будет уж верен друг,

Живи в одиночестве и впредь никому не верь

Я дал тебе искренний совет - и достаточно.

И слова другого:

Все люди - недуг сокрытый,

На них ты не полагайся.

У них обманы и козни,

Когда ты про них узнаешь.

И слова другого:

От встреч с людьми мы только получаем

Пустую болтовню и пересуды.

Встречайся мало ты с людьми - и только,

Чтоб стать ученей иль дела поправить.

Или слова другого:

Когда людей испробует разумный

Я раскусил их, - и их нрав узнает,

Увидит, что обманчива любовь их,

А вера их, увидит он, - притворство".

"О батюшка, я выслушал и повинуюсь. А еще что мне делать?" - спросил Али. И его отец сказал: "Делай добро, когда можешь, и постоянно твори с людьми благие дела. Пользуйся случаем и расточай милости - не во всякое время удаются стремления, и как хороши слова поэта:

Не во всякий, ты помни, миг и минуту

Удается свершить дела нам благие.

Так спеши же навстречу им, когда можешь,

Опасаясь, что вновь придет затрудненье".

И юноша сказал: "Я выслушал и повинуюсь..."

И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.

Триста девятая ночь

Когда же настала триста девятая ночь, она сказала: "Дошло до меня, о счастливый царь, что юноша сказал своему отцу: "Я выслушал и повинуюсь. А что потом?" И его отец сказал: "О дитя мое, сохраняй повиновенье Аллаху, он сохранит тебя; береги свои деньги и не будь неумеренным, если ты станешь неумеренно их тратить, будешь нуждаться в ничтожнейшем из людей. Знай, что человек стоит столько, сколько имеет его десница, а как хороши слова поэта:

Коль деньги мои скудны, не дружен со мной друг,

А если побольше их - все люди друзья мне.

Как много врагов моих за деньги со мной дрожат,

И сколько, как денег нет, друзей мне враждебны!"

"А потом что?" - спросил Али. И его отец сказал: "О дитя мое, советуйся с теми, кто старше тебя годами, и не спеши к тому делу, которого хочешь. Жалей того, кто ниже тебя - пожалеет тебя тот, кто выше тебя, и не обижай никого - не то Аллах даст над тобою власть тому, кто тебя обидит. Как хороши слова поэта:

Сочетай с твоей ты другого мысль и советуйся

От двух не скрыто правильное мненье,

Муж-зеркало, где лицо его отражается,

А в два зеркала может видеть он затылок.

И слова другого:

Помедли и не спеши к тому, чего хочешь ты,

И к людям будь милостив, чтоб милость к себе найти,

Над всякой десницею десница всевышнего,

И всякий злодей всегда злодеем испытан был.

Или слова другого:

Не будь притеснителем, когда только можешь ты

Всегда притесняющий на лезвии мести.

Коль очи и спят твои, обиженный бодрствует,

Кляня тебя, и не спит глаз зорки" Аллаха.

И берегись пить вино - в нем начало всякого зла; вине прогоняет ум и бесчестит вьющего, и как хороши слова поэта:

Аллахом клянусь, вино не будет пьянить меня,

Пока связан с телом дух, и ясность со словом!

Стремиться к прохладному вину я не буду впредь,

И друга возьму себе и только из трезвых.

Вот мое наставление тебе. Держи его у себя перед глазами, и Аллах преемник мой для тебя".

И потом он обмер и некоторое время молчал, а очнувшись, попросил прощенья у Аллаха и произнес оба исповедания [344], и преставился к милости Аллаха великого. И заплакал о нем его сын и зарыдал, а потом принялся обряжать его, как подобает. И шли в похоронном шествии великие и малые, и чтецы стали читать, вставши вокруг гробницы, и сын не упустил ничего, что должно, и все сделал.

И затем об умершем помолились и похоронили его в земле, и написали на могиле такое двустишие:

Из праха создан, сделался живим ты,

И научился ясности ты в речи.

Во прах вернувшись снова, стал ты мертвым,

Как будто праха и не покидал ты,

И печалился по нем сын его Али-Шар сильной печалью, и принимал соболезнования, согласно обычаю знатных, и продолжал он печалиться по отце, пока не умерла его мать через малое время после отца. И он сделал для своей матери то же, что сделал для отца. И после этого он стал сидеть в лавке, продавая и покупая, и не общался ни с кем из тварей Аллаха великого, поступая по наставлению своего отца, и жид он так в течение года. А через год вошли к нему, с помощью хитрости, дети непотребных женщин и завели с ним дружбу, так что он склонился с ними к разврату и отвернулся от прямого пути. И стал он пить вино кубками, и ходил к красавицам и утром и вечером, и говорил про себя: "Отец собрал для меня эти деньги, и если я не буду их тратить, то кому же я их оставлю? Клянусь Аллахом, я буду делать лишь так, как сказал порт:

Если будешь ты проводить весь век,

Когда богатства, сбирая их,