Пришельцы - Алексеев Сергей Трофимович - Страница 112

Единственное, что нашел Поспелов в подземельях на аэродроме, – два десятка баллонов с жидким гелием, спрятанных в галерее, куда намеревались проникнуть «драконы», прилетевшие после штурма.

Цветы на сопках могли попросту надувать этим газом, как надувают огромные резиновые игрушки на карнавалах. Но это оставалось лишь предположением, ибо на командном пункте ни одного «лепестка» не обнаружили. Вероятно, «ромашки» в виде компактных бутонов хранились где-то поблизости от сопок, на которых когда-то стояли радиолокационные установки и сохранились коммуникации, но для их поиска требовалось много времени. А его было в обрез! Оставался не самый надежный путь – допросить пленных.

По всей вероятности, оба они, судя по одежке, относились к инженерной службе: охранники-«драконы» носили камуфляж, а эти были в униформе типа глухих комбинезонов, причем взятый самим Поспеловым носил белый, другой сине-серого цвета. Они должны были знать все о «ромашках» и их технических возможностях.

Для основательного допроса тоже требовалось время – специальная психологическая обработка, изучение личности, наблюдение за поведением, так что в боевой обстановке приходилось рассчитывать на шоковое состояние пленных и на свои способности вытягивать показания.

Пленных погрузили в «ниву», Поспелов взял с собой Витязя – для охраны места допроса, – и уехал за несколько километров от аэродрома. По старому волоку загнал машину между сопок, подальше от дороги, выволок и бросил на мох пришельца в белом комбинезоне. Витязь взял автомат и полез на склон приглядывать за небом и слушать эфир.

– Ты, выродок! – Поспелов наступил пленному на грудь, – мне наплевать, кто ты, чем занимался тут и откуда прилетел. Об этом будешь рассказывать моему руководству. Меня интересует только оперативная информация. Ты хорошо меня понимаешь? – Он говорил по-английски и пленный понимал, хотя слушал рассеянно, шокированный неожиданным и жестоким обращением. Второй пришелец оставался в кабине, смотрел через лобовое стекло и прислушивался, обнажив ухо из-под бинтов на голове.

– Отвечать не намерен! – вдруг заявил пленный. – Требую доложить руководству.

С первых же слов Георгий уловил, что на английском пришелец говорит с заметным акцентом, хуже, чем он.

– А это зависит от того, как разговаривать будешь! Скажешь, о чем спрошу, возможно, и доложу. Иначе мое руководство никогда не узнает, что ты попал ко мне живым. Все ясно?

– С вами разговаривать не имею права! – он вцепился в ногу Поспелова. Мне трудно дышать!

– Я тебе сейчас вообще перекрою кислород! – Георгий придавил ему горло. Сейчас мне нужно знать, в каких точках расположены антенны-лзлучатели? В виде цветка, которые распускаются на сопках? Сообразил, о чем я спрашиваю тебя, ублюдок?!

И сбросил с горла ногу, дал вздохнуть.

– Не могу нарушить инструкции, – прохрипел пленный. – Доложите своему руководству… Я – Гомос-26.

– Ты что, робот? Или зомби?

– Я – Гомос-26. Сообщите своему шефу.

– Он тебя знает, мой шеф?

– Меня знает советник президента по национальной безопасности, отдышавшись, заявил пришелец. – Передайте ему мой код через свое руководство.

Он не был ни роботом, ни зомбированным исполнителем чужой воли. Обычно пароль или специальный кодовый номер сообщали агенты, внедренные в службы противника и попавшие в руки к своим. На какой-то миг Поспелов насторожился, стараясь припомнить все инструктажи перед разведоперацией. Если бы такой агент действовал среди пришельцев в «бермудском треугольнике», Заремба непременно бы предупредил, даже если бы разведчик был на связи у другого резидента. К тому же код показался совсем уж странным: о некой планете Гомос стало известно после «возвращения» на землю Хардикова и Скарлыгина.

– Я не знаю советника по национальной безопасности, – Поспелов решил зайти с другой стороны. – Не знаю даже, есть ли вообще такой советник. Можешь все говорить мне!

– Не могу. Потому что вы – человек непосвященный.

– Непосвященный во что?

– В детали операции. Но ваш руководитель знает.

– Имя советника? Назови имя советника?

– Кевин Абраме. Вам что-то говорит это имя?

– Совершенно ничего, – признался Георгий. – Впервые слышу о таком советнике нашего президента.

– Он – тайный советник, – пришелец оперся руками и сел. – Теперь понимаете, отчего я не хочу разговаривать с вами?

– Кевин Абраме – советник президента какого государства?

– Вы кретин, примитивный костолом! – вдруг осмелел тот. – Абрамс советник президентов и премьеров нескольких государств! Перенесите меня в машину! Мне требуется медицинская помощь!

То ли от ранения, то ли от шока во время перестрелки под землей у пришельца слегка «поползла крыша». По крайней мере, так показалось Георгию, ибо пленный терял способность к ориентации и как бы забывал, где находится и перед кем.

Иногда на несколько секунд взгляд его становился бессмысленным, словно перед обморочным состоянием. Ударом ноги Поспелов опрокинул его на спину.

– Я тебе окажу помощь! И шефу доложу! Но только в обмен на информацию! Покажешь на карте, где находятся антенны-излучатели!

– Я не сделаю этого! Я подписал контракт!

– Сдохнешь вот здесь, как собака! – он рывками сдернул жгуты, перетягивающие ноги – кровь ударила из ран фонтанами.

– Не знаю! – глядя на свои ноги, выкрикнул пришелец. – Я занимаюсь наукой, у меня редкая профессия…

– Сволочь, а отстреливался, как зомбированный наемник!

– Имею право, по контракту!

Поспелов склонился к нему, заговорил чужим, звенящим голосом:

– Мне все равно, ученый ты или диверсант. Знает тебя Абраме или нет. Ты, паскуда, залез в чужое государство. Ты готовил взрыв на атомной станции!

– Нет, я не готовил! – пришелец защитился рукой. – Я специалист по корректировке сознания!

– Сейчас я тебе скорректирую сознание! – Поспелов швырнул жгуты в сторону. – Полежи и посмотри на свою кровь! И подумай!

Он сел в машину, развернулся всем телом ко второму пришельцу, с ужасом наблюдающему за допросом. Тот отпрянул назад, почему-то схватился за голову, видно, охранял свои бинты.