Японская фантастическая проза - Абэ Кобо - Страница 107

— Говорит Д-1, переключите камеру на широкоугольную линзу,— сказал Наката.

Кадры на экране сменились. Появились улицы Осаки, отражавшиеся в телекамере, прикрепленной наклонно под носовой частью П-8.

Кадры, один другого страшнее, замелькали на экране. На железнодорожных путях лежали сошедшие с рельсов и опрокинувшиеся вагоны. Южная часть Осаки была в завалах. Дома казались обезглавленными трупами. В центре города кое-где поднимался черный дым. Но по кольцевому шоссе на юго-востоке беспрестанно двигались пожарные и полицейские машины, машины скорой помощи, автобусы, грузовики, автокраны.

Чем ближе П-8 приближался к центру города, тем страшнее становились кадры.

Районы Конохана, Минато и Тайсе, расположенные ниже среднего уровня моря, были почти целиком под водой. Чернильно-черная вода — по-видимому, от удара цунами со дна залива поднялась грязь — не только затопила пространство между зданиями, но, образуя водовороты, все дальше наступала на сушу. Фабрично-заводские массивы, нефтяные цистерны, силосные башни в устьях рек Адзи, Кидзу и Син-Йодокава от прямого удара цунами либо разрушились, либо обвалились, а чудом уцелевшие сооружения, омываемые бурлящей водой, на глазах разваливались и тонули. Гигантский плавучий док вместе с ремонтируемым судном стоял дыбом, взгромоздясь, словно на риф, на причал Бэнтзн. Сам причал Бэнтэн полностью ушел под воду, на поверхности осталась только небольшая обзорная площадка. Прямо в центре города лежало на боку огромное краснобрюхое судно. Вытекающее из цистерн нефтяное топливо и рыжеватая сырая нефть кое-где начали гореть. И в море, и в городе мелькали языки пламени.

Районы Фукусима, Ниси, Нанива и Нисинари, прилегающие к прибрежным районам, тоже были затоплены до третьего, а то и до четвертого этажей.

Внутригородская эстакада была разрушена, в одном месте в районе Наканосима ее опора торчала в одну сторону, а пролет висел над водой с другой стороны. А сам Наканосима целиком скрылся под водой, лишь кое-где виднелись кроны деревьев и крыши зданий. В третий этаж одного из домов врезалось плоскодонное грузовое судно, по-видимому застигнутое бедствием в заливе.

Осака в одно мгновение превратился в «город на воде». Омывая подножие холма Камимати, на котором стояли Осакский замок и административные здания, вода затопила районы Миякодзима, Дзёто, Хигасинари и устремилась через города Дайто и Моригути на равнину Коти. Мутные волны, пошедшие против течения по реке Ямато, и поток, разрушивший дамбу Ёдо-кава, докатились до подножия возвышенности Икома.

Землетрясение и цунами с сопровождающими их обвалами и опусканием почвы, казалось, вдруг вернули современному городу с трехмиллионным населением и всей Осакской провинции, где жило семь миллионов человек, их древний облик.

Когда-то, три тысячи лет назад, на месте нынешней Осаки над водой возвышался только холм Камимати, а вокруг него плескались волны мелкого Осакского залива. Река Ямато, берущая начало в котловане того же названия, до последнего времени текла на запад и впадала в Осакский залив в северной части города Сакаи. А до шестнадцатого века — когда Тоётоми Хидэёсн изменил ее русло при постройке Осакского замка,— она текла по равнине Коти между возвышенностью Икома и холмами Камимати, впадала в устье реки Йодо-гава и лишь при сильных разливах несла свои воды в сторону Сакаи. В те времена сама Йодо-гава образовывала множество озер и болот на равнине Коти, а во время морских приливов морская вода проникала по ней далеко на юг. У подножия возвышенности Икома и ныне находят ракушечник; в те времена, поднимаясь по реке Йодо-гава против течения, можно было доплыть до подножия возвышенности Икома.

Но в дальнейшем разливы реки Ямато приносили на равнину Коти все больше глины и песка, в устье Йодо-гавы образовывались песчаные отмели, которые в конце концов слились в одну огромную отмель, а некоторые земли были осушены еще во времена Хидэёси. Таким образом возникла земля современной Осаки с ее множеством водных магистралей.

А сейчас казалось, будто время внезапно вернулось на две тысячи лет назад. От Осаки остался лишь холм Камимати, все остальное скрылось под черной водой. В северной части парка Икутама, у подножия храма Такацу, куда, как гласит предание, однажды приплыл на лодке император Нинтоку, чтобы заложить здесь город, лежала лодка с крытой каютой, по-видимому, выброшенная пошедшей вспять рекой Дотонбори. Почти все улицы равнинной части города были затоплены. В более высоких местах мутная вода омывала окна второго, а в низких — третьего и четвертого этажей. На плоских крышах высотных зданий, появившихся в последние годы в Осаке, толпились люди, сумевшие избежать гибели. Они что-то тревожно кричали, размахивая руками вслед самолету. Некоторые высотные сооружения накренились из-за сдвига фундамента. Вокруг них среди пустых ящиков и мусора плавали трупы. Там, где были автомобильные заторы, вода бурлила и пенилась, как в стремнине. Движение транспорт та было возможно только на отдельных уцелевших эстакадах.

— Придется перенести эвакопункт на возвышенность Сэнри,— пробормотал Наката.— Свяжитесь с Д-3, пусть выскажут свое мнение по этому поводу. Думаю, на бывшей территории «Экспо-70» смогут совершать посадку тяжелые вертолеты и самолеты «Эстол», взлетающие с короткой пробежкой. Нет, пожалуй, «Эстолам» придется пользоваться шоссейной магистралью Сайгону. Переговорите с Д-3, пусть доложат эвакокомиссии и узнают их мнение. Да, кстати, спросите, какой ущерб потерпели в Д-3 от землетрясения.

Радист мучительно пытался установить связь с Д-3, находившимся в штабе командования сухопутных сил самообороны центрального округа. Наконец Д-3 отозвался. Слышимость была плохая, но кое-что удалось понять. От землетрясения на дорогах образовались трещины, разлилось озеро Коя. В командный пункт военного округа Ита-ми хлынули беженцы, многие почти в невменяемом состоянии. Штурмуя вертолет сил морской самообороны, прибывший из Майдзуру, они буквально разнесли его на куски, и молодой, потерявший голову солдат открыл огонь.

— Как открыл огонь, стрелял в людей? — Наката, приподнявшись со стула, уставился на радиста.

— Нет, кажется, в воздух,— ответил ошеломленный радист, нервно крутя регулятор приемника.— Два солдата, избитые толпой, получили тяжелые ранения... Нет, один из них умер...

— Бить! — заорал Наката и стукнул кулаком по столу.— Передай. Избить! Да не народ! Солдат... Командиру передай! Всех подряд... кулаком по морде... Чтобы знали!

— Не надо так волноваться! — Юкинага положил руку на плечи Накаты, пытаясь его усадить.— Ну,, прошу вас, успокойтесь! Они сами там разберутся...

Среди надоедливого писка радиосигналов раздался зуммер срочного вызова. Этот громкий звук, от которого все вздрагивали, сейчас показался тихим. На цветной мозаичной светящейся карте Японии вспыхнули три ярко-красные точки — на севере Центрального района.

— И Мацумото... Взрыв пика Норикура, началось извержение на пиках Якэ-гатакэ, Футо-гатакэ...— сказал радист, принявший срочный вызов.— Семь часов сорок пять минут... Из Нагано... взрыв в районе горы Такацума... На западном склоне начались выбросы пара... восемь часов ноль три минуты...

— Гора Такацума? — в полном недоумении переспросил Юкинага.

— Н-да*.. неожиданно быстро...— Наката бросил взгляд на карту.— Конечно, мы знали, что там тоже когда-нибудь начнется, но... Обе стороны большого разлома вдоль реки Итой... Горизонтальный сдвиг достиг. почти двадцати метров... Кажется, население там в основном уже4 эвакуировали на побережье.

— Но,— хрипло сказал Юкинага, рассеянно глядя на мигающие красные огоньки на панели карты,— это может повлечь за собой...

Опять загудел зуммер. На карте — в Северо-восточном крае — загорелись два красных огонька.

— Из Мориока сообщают. Началось извержение горы Иватэ. И на перевале Кома-гатакэ тоже...— тихо сообщил радист.

Юкинага будто не слышал, застыв перед панелью.

Карта Японских островов, цветная, светящаяся, казалась ему расплывчатым очертанием дракона. На хребте центральной горной гряды пульсировали — словно очаги злокачественной опухоли — ярко-оранжевые пятна, преду^ преждающие об опасности извержений и изменений в земной коре. Береговая линия совершенно изменила свои привычные очертания. Над голубизной во всех направлениях бесчисленными трещинами бежали светло-красные линии, протянувшись вдоль Центрального тектонического района от полуострова Кии через остров Сикоку, багровым рубцом набухала линия великого разлома. На островах, расположенных на юго-западе, на Кюсю, в Центральном крае, на Хоккайдо, в Центральном горном крае, в гористой части Канто, словно капли сочащейся крови, мерцали алые точки. И на юге края Канто, над почти полностью исчезнувшими под водой островами Идзу, не гасли такие же кровавые точки извержения вулканов.