Убить Змея - Вайнин Валерий - Страница 98

Отложив телефон, Даша пробормотала:

— Времени я не потеряю, будь уверена.

Она прилегла на диван и вновь принялась за „Доктора Фаустуса“.

Поднявшись с Лёней и Гулей на второй этаж, Глеб позвонил в квартиру Колесниковых. Через несколько мгновений из-за двери донесся мальчишеский голосок:

— Кто там?

— Саш, это Глеб. Открой.

Дверь отворилась, Глеб с Лёней и Гулей вошли. Саша с любопытством смотрел на них, засунув руки в карманы штанишек. А рядом уже крутилась Танька с плюшевым мишкой в обнимку.

— А Майкл знаете что сделал? — хихикнула она.

— Как бабушка? — спросил торопливо Глеб.

— Лежит, — лаконично ответил Саша. Глеб кивнул на Лёню с Гулей:

— Вот, привел вам помощников.

Гуля улыбнулась:

— Привет!

— Юной леди и джентльмену, — продолжил Лёня.

Саша взглянул на него снизу вверх.

— Здравствуйте, — произнес он сухо.

— Ну ладно, — засуетился Глеб, — вы тут раздевайтесь, знакомьтесь… Зайду пока к бабушке.

Он постучал в дверь комнаты, которую занимала Варвара Львовна, и заглянул. Старушка лежала в кровати, натянув одеяло до подбородка. Скосив глаза в сторону Глеба, она пролепетала:

— О, это вы!

— Можно войти?

— Конечно. Я рада, что вы пришли. Вам, должно быть, известно, что у нас тут приключилось?

Глеб кивнул:

— Мне рассказали.

— Я так испугалась, так испугалась… — Старушка мелко затряслась. — Эти молодчики, потом этот жуткий медведь…

— Варвара Львовна, медведь — просто робот последнего поколения, созданный нашей фирмой для защиты пенсионеров и детей, — выпалил Глеб единым духом. Ничего более правдоподобного в данный момент он придумать не смог. — Вы уж простите, я вас не предупредил, потому что экспериментальные образцы мы пока держим в секрете. В связи с этим у меня к вам огромная просьба: сведения о медведе-роботе храните, пожалуйста, в тайне.

Перестав трястись, старушка посмотрела на Глеба так, будто у нее пелена с глаз упала.

— Вот оно что… То-то я думаю… Конечно, Глеб, я буду нема как рыба. Жаль, что я пока не в состоянии напоить вас чаем…

— Варвара Львовна, у меня ни минуты. Лежите, не беспокойтесь. Я привел вам двух моих девятиклассников — они приглядят за вами и за детьми, а вечером я заеду.

— Ой, спасибо, Глеб! Как хорошо вы сделали! Только ведь их надо накормить… Сейчас я поднимусь.

— Еще чего! Они здесь именно для того, чтобы вы спокойно лежали. Гуля сама возьмет там в холодильнике, если позволите…

— Конечно, Глеб. Ради Бога.

— …и накормит вас и детей. А я побежал.

Глеб шагнул к двери, но за спиной у себя услыхал:

— Вы вроде сказали „моих девятиклассников“?

Глеб второпях обернулся.

— Да, я преподаю у них французский. А что?

Варвара Львовна взирала на него с простодушием ребенка.

— У вас ведь фирма своя, эксперименты секретные… При чем тут преподавание в школе?

В досаде Глеб едва не откусил себе язык.

— Ну, видите ли… в школе мы испытываем новую методику обучения языкам и сами проводим уроки. Тоже в виде эксперимента.

Старушка глубоко вздохнула.

— И как вы всё это успеваете?

Глеб с улыбкой развел руками и быстро вышел, чтобы не ляпнуть что-нибудь невпопад. Он отвел Гулю Шарипову на кухню, распахнул перед ней холодильник и дал необходимые инструкции.

— То есть я остаюсь за хозяйку? — уточнила Гуля.

— И я! — заявила Танька, вертящаяся у ее ног.

— Вы обе, — сказал Глеб, открыл входную дверь и был таков.

Гуля деловито принялась раскладывать на столе продукты.

Танька протянула ей плюшевого медвежонка.

— Ой, Гуль, а знаешь, что Майкл сегодня сделал?

Гуля оглядела кухню.

— Тань, где у вас тарелки? Ах, вот они… Так что сделал Майкл?

Танька погладила медвежонка по голове.

— Он плогнал двух лазбойников. Они волвались сюда, а Майкл надлал им попы, вот.

Гуля достала из кулька колбасу и положила на деревянную дощечку.

— Какой он у тебя, оказывается, сильный, — улыбнулась девушка, нарезая колбасу на тонкие ломтики.

— И не говоли! — тряхнула косичками Танька. — Он у меня тако-ой сильный!

Тем временем Саша и Лёня Рюмин собирали в комнате железную дорогу. Вернее, Саша собирал, а Лёня подавал конструктивные советы, которыми желательно не пользоваться.

— Может, заткнешься?! — не выдержал наконец Саша. Лёня не обиделся.

— Ах ты, малявка дерзкая! — усмехнулся он. — Ты ж так до ночи провозишься!

Саша посмотрел на него грустными глазами.

— Хочешь сам попробовать?

— Да нет, зачем? Раз уж ты начал…

— Ага, — кивнул Саша, — у тебя не выйдет.

— Откуда, мон ами, тебе это известно?

— Вижу.

— Что ты видишь?

— Что ты придурок.

Лёня встал с пола, сжав кулаки.

— Что ты там вякнул, шпингалет?!

Саша спокойно смотрел на него снизу вверх.

— Я не вякнул, а сказал: ты придурок. Бить меня будешь?

Лёня покраснел до корней волос.

— Бить тебя никто не собирался. Уймись, дитя природы.

Саша чуть заметно улыбнулся.

— Тогда не зуди под руку. Сейчас соберу, и можем запускать.

Даша, как повелось, встретила Глеба в прихожей. Она была в джинсах, в свитере, в куртке и в сапожках. И пепельные ее волосы были собраны в „конский хвост“. Повертевшись перед Глебом, она осведомилась:

— По экипировке замечаний нет?

Глеб качнул головой:

— Никаких. Поехали быстрей, он в школе.

— Ну разумеется! — усмехнулась Даша и, пока они спускались в лифте, поведала Глебу о звонке географички.

Глеб удивился:

— Невероятно. Они что, за полных идиотов нас держат?

— Не нас, а меня, — поправила Даша. Они вышли из подъезда и сели в „жигули“. — И должна признаться, они во мне не очень-то ошиблись.

— То есть? — воззрился на нее Глеб, включив зажигание. Даша хмуро смотрела перед собой.

— Если б ты сам не позвонил за минуту до ее звонка… Не знаю. Кажется, я могла бы…

— О нет! — застонал Глеб, выезжая из подворотни.

— Да, черт возьми! Да! — вскричала Даша и всхлипнула. — Если мне говорят, что тебе проломили голову, я уже не соображаю, Мангуст ты или интеллигент вшивый! Я уже полная идиотка! Сегодня мне просто повезло!

— Поверить не могу, — ошарашенно пробормотал Глеб. Его смуглое лицо побледнело.

Даша прижала его руку к своей щеке.

— Ну ладно, плакса, ты чего? В следующий раз, если мне сообщат, что тебя по стенке размазали, я только расхохочусь и стану джигу отплясывать. Договорились?

Глеб все не мог прийти в себя.

— Дура, если с тобой что-нибудь… я ведь сразу уйду. Ни на мгновение не задержусь в этом мире.

Даша поцеловала его руку.

— А если с тобой что-нибудь? Я даже подумать об этом не могу!.. Ну всё, всё. Я же умная, ты знаешь. Обещаю, что не попадусь.

Глеб перевел дух.

— Просто права не имеешь. Мы обязаны опережать их на шаг.

И он рассказал ей о смерти учителя физкультуры и о нападении на квартиру Колесниковых. После второго рассказа Даша невольно прыснула.

— Ай да Майкл! Ай да терминатор! — И тут же нахмурилась. — Думаешь, этот налет — случайность?

Глеб пожал плечами:

— Уверенности нет, но похоже.

— А по поводу физкультурника…

— Вот тут никаких сомнений. И сейчас мы эту мразь пощекочем. Жаль, не до смерти. Но, Дашка, не зарывайся: на все про все — несколько минут.

И они подробно обсудили, как Даше следует себя вести.

Припарковался Глеб в узком переулочке, метров за пятьсот до школы. Только лишь они вышли из „жигуленка“, Глеб исчез. Даша в панике стала озираться.

— Ты здесь? — спросила она тихо. Голос Глеба раздался рядом:

— Здесь, родная. Конечно, здесь.

— Не отходи от меня ни на дюйм: я боюсь, — призналась Даша и направилась к школе.

Географичка встретила ее у входа. Она была в облегающем платье цвета кумача, и ее густо накрашенные губы пламенели, как лесной пожар. Но лицо Галины Даниловны выглядело бледным и осунувшимся, а глаза воровато бегали.