Убить Змея - Вайнин Валерий - Страница 86

— Стоп, стоп, стоп! — водворил тишину физкультурник. — Вы, что ли, на улице играть вздумали?

Десятиклассники воззрились на него в удивлении.

— А где ж еще? — спросил самый высокий. — В зале Зинаида Павловна не разрешает.

— Почему? — удивился в свою очередь Семен Алексеевич.

— Потому что директор запретил. Говорит, мы после уроков как бы портим в зале пол. Вы разве не в курсе?

Физкультурник хмуро оглядел их с высоты своего роста.

— О'кей! — сказал он. — Айда за мной! Он зашагал в сторону спортзала.

Школьники переглянулись и гуськом потопали за ним.

— Ой, чё бу-удет! — закатил глаза самый высокий.

Прежде чем ехать за Ильей, Глеб заглянул к Колесниковым. Варвара Львовна обрадовалась его приходу.

— Уж сегодня-то вы позволите напоить вас чаем? — предложила она с улыбкой. Казалось, даже горб у старушки уменьшился.

— Увы, — развел руками Глеб и достал пачку сторублевок, — я на минутку. Дел у меня…

Старушка мягко отодвинула его руку с деньгами.

— Глеб, я обижусь! Мы не успеваем тратить. И восьмого марта вы о нас не забыли. Дети говорят, вы заходили с Дашей. Спасибо вам за фрукты и сладости. Жаль, меня не застали дома.

Пока она тараторила, Глеб ухитрился запихнуть купюры в карман ее кофты.

— Я могу уехать в командировку, — объяснил он.

— Вы говорили это в прошлый раз, чтобы всучить мне деньги, — резонно заметила старушка. — Ну, что мне с вами делать?

Глеб с улыбкой вздохнул:

— Смириться и терпеть.

Тем временем из комнаты вышли Саша и Таня. В руках девочки был плюшевый медвежонок.

— Пливет! Майкл ведет себя холошо! — объявила она, заговорщицки поглядывая на брата.

— Здравствуйте, — сдержанно проговорил Саша. — Вы, как всегда, спешите?

Глеб кивнул.

— Сумасшедший день. Но скоро я к тебе забегу и… может, сходим с тобой погуляем, потреплемся. Если, конечно, у тебя найдется время. Договорились?

Но Танька не дала брату ответить.

— А Майкл вообще ни с кем не лазговаливает, — ввернула она, тиская медвежонка.

Бабушка кивнула на нее с улыбкой:

— Не расстается с ним. Буквально из рук не выпускает. И как вам удалось его отмыть?

Глеб широко улыбнулся:

— Мылом, Варвара Львовна. Самым обыкновенным мылом. Ну все, побегу! — Он взялся за ручку двери.

— Глеб, — тихо сказал Саша, — а я стихотворение написал. Новое. Хотите прочесть?

Глеб обернулся:

— Еще как. Ну-ка давай.

Саша протянул ему тетрадный листок, исписанный крупным детским почерком. Мальчик заметно волновался.

— А мне не показал, — ревниво проговорила бабушка.

— Может, сам прочтешь? — предложил Глеб, беря листок. Саша мотнул головой:

— Я плохо читаю. Лучше вы.

— Прочтите вслух, — попросила Варвара Львовна.

И Глеб стал читать:

Мальчишка плачет в ночную тьму,

как будто в беду попал:

волшебник в гости зашел к нему,

а мальчик его проспал.

Луна в окошко глядит с небес,

роняя печальный свет.

Зашел волшебник и вмиг исчез,

и даже записки нет.

Но, может, утром он вновь придет с кулечком простых сластей?

Ведь утро доброе где-то ждет волшебников и детей.

Закончив читать, Глеб сперва выровнял дыхание, потом попросил:

— Можно я это заберу?

Саша кивнул:

— Я переписал это для вас.

Глеб присел перед ним на корточки.

— А что касается волшебника… знаешь, я терпеть таких не могу, которые исчезают. Подумаешь цаца какая! Мог бы и посидеть-подождать, пока мальчик проснется.

Саша порывисто обнял его за шею.

— А ты не исчезнешь? — проговорил он чуть слышно.

— Ну прямо! — буркнул Глеб. — Только по срочным делам и ненадолго.

— А Майкл никогда не вледничает! — невпопад объявила Танька.

Глеб резко выпрямился.

— Всё, девочки-мальчики. Горю, как швед под Полтавой.

Варвара Львовна вздохнула:

— Хоть когда-нибудь я напою вас чаем? Или не судьба?

— Скоро целое ведро выпью! Целый бассейн! — пообещал Глеб, выскакивая за дверь.

Дверь за ним захлопнулась.

Бабушка извлекла из кармана деньги и укоризненно покачала головой.

— Ну разве что за счет налогов… Интересно, какие же у них налоги?

— Никакие, — улыбнулся Саша, уходя к себе в комнату. — Налоги здесь ни при чем.

К нему вошла сестра с медвежонком.

— Глеб сколо плидет? — спросила она.

— Скоро, — ответил Саша. — Закрой дверь.

Таня послушно выполнила команду. Бабушка из-за двери крикнула:

— По-моему тоже, налоги ни при чем. Ну, что с ним делать?

— Ничего с ним не поделаешь! — откликнулся мальчик и, понизив голос, обратился к медвежонку: — Скажи, Майкл.

— Факт, — авторитетно кивнул медвежонок. — Если Глеб что-то вобьет в голову…

— Ой, Майкл! — обрадовалась Танька. — Давай поиглаем!

— Тихо ты! — прикрикнул на нее Саша. Медвежонок заерзал у девочки на коленях.

— Что за балаболка! — проворчал он. — Ей-богу, она всех нас заложит!

Прикрыв рот ладошкой, Танька захихикала.

Сидя с Глебом в «жигуленке», Илья зудел, как электропила:

— Полдня торчу дома и жду, пока ты нарисуешься. Ничего себе отпуск! Потом, когда занятия в школах давно закончились, тебя черт знает где носит. А я почему-то должен проявлять терпение. И все зачем? Затем, чтобы изложить тебе то, что я наработал еще вчера. Ничего себе борьба со Змеем!

Глеб вздохнул:

— Старик, я не прав. Зато у меня новости.

Покосившись на него, Илья погладил бородку.

— Начинай с плохих, — потребовал он. «Жигуленок» мчался к заходящему солнцу, будто собираясь его протаранить. И солнце медленно пятилось.

— Плохая новость в том, — виновато проговорил Глеб, — что все твои вчерашние наработки — псу под хвост. А хорошая… Старик, мы уже всех героев знаем поимённо.

И он рассказал Илье про Дашин так называемый ночной кошмар и о действующих в нем лицах.

Илья молчал ошеломленный. Затем вздохнул и признался:

— После твоего шкафа я думал, меня уже ничем не удивить. И вот опять — здрасьте! Бедная Дашка… Ладно, — он извлек из кармана блокнот, — давай подведем итоги.

— Давай, — кивнул Глеб.

Илья достал авторучку и почеркал ею в блокноте.

— Что у нас получается? Получается у нас следующее. В четверку «клыков Змея» входят: наш дядя Виталик, звезда французского экрана Элен Вилье, московская домохозяйка Марья Шлыкова и японский бизнесмен Сато Абэ. Так?.. Далее двойка: директор твоей школы и американский сенатор Рой Колмен. Это «глаза Змея». В итальянской мафии, кстати, они бы назывались просто «капо». И наконец, гвоздь программы: президент Международного фонда поддержки талантов… Как ты его назвал?

— Хуан Родригес.

— Н-да, колоритный тип. Старик, а ты вполне уверен?

— На все сто. Пинать ногами Черного призрака может только Змей. Больше никто.

Илья задумчиво кивнул.

— В принципе логично. Итак, на манеже Хуан Родригес под псевдонимом Змей… Старик, и что теперь?

— Теперь, — усмехнулся Глеб, сворачивая на свою улицу, — приедем домой, пообедаем и разработаем план ликвидации преступной группировки. За недельку, думаю, мы с ней разделаемся.

Илья взглянул недоверчиво:

— Не круто ли берешь?

— Просто выхода нет, — объяснил Глеб. — Если промедлим, Змей уползет в такую нору… Ищи-свищи его потом триста лет. К тому же, спугнув его, я засвечусь, и будь уверен, он хорошо подготовится к следующей битве с Мангустом. Что, Илюха, боязно?

Илья зябко передернул плечами:

— Да как-то… Если за неделю, то я вроде еще в отпуске.

— Однако биться с ними тебе никто не позволит, — сказал Глеб, тормозя у своего дома. — Поэтому сиди тихо и не высовывайся.

Они вышли из машины и направились к подъезду.

— По-твоему, они не знают, что мы в одной команде? — спросил Илья.

— Думаю, догадываются, — Глеб открыл дверь подъезда, — но это мало что им дает. Главное, не высовывайся. Остальное предоставь мне.