Итальянский флот во Второй Мировой войне - Брагадин Марк Антонио - Страница 17

8 января 1941 года стало известно, что Гибралтарское соединение двинулось на восток. В него входил авианосец «Арк Ройял», и Супермарина решила, что операция будет заключаться в переброске новых самолетов на Мальту с авианосца из района южнее Балеарских островов. В этом случае итальянский флот не успевал к месту действия, чтобы сорвать операцию англичан. Поскольку на следующий день итальянская разведка не заметила британское соединение, был сделан вывод, что неприятель повернул назад в Гибралтар. В эту ночь Неаполь подвергся новому, особенно сильному налету, в ходе которого был поврежден «Чезаре». Супермарина отправила его в Специю на ремонт и приказала «Витторио Венето» сопровождать поврежденный линкор. Так как «Витторио Венето» оставался последним невредимым итальянским линкором, казалось неразумным подвергать его риску новых бомбардировок.

Скудость сообщений разведки помешала итальянскому командованию понять, что англичане проводят крупную скоординированную операцию по всему Средиземному морю. Поэтому Супермарина с величайшим изумлением 9 января начала получать донесения, пусть неясные и разрозненные, указывающие на присутствие британских кораблей севернее Туниса. Они двигались к Сицилийскому проливу. Так как уже невозможно было перехватить их прежде, чем они пройдут мыс Бон, ничего не оставалось делать, как бросить наспех собранные торпедные катера патрулировать возле Бона и Мальты. Кроме того, 2 эскортных миноносца были отправлены в район Пантеллерии.

9 января чуть севернее Туниса Гибралтарская группа повернула назад, я 4 судна снабжения, 1 крейсер и 4 :к мшим отделились и пошли к Мальте. В это же время британский флот им Александрии, находясь к востоку от Мальты, выслал группу, состоящую из крейсеров «Саутгемптон» и «Бонавенчер» и 2 эсминцев, к мысу Бон навстречу конвою. Сильное волнение заставило итальянские патрульные торпедные катера вернуться в порты. Однако 10 января в 7.41 два маленьких эскортных миноносца «Вега» и «Чирче», несмотря на превосходство противника и занимающийся рассвет, пошли в торпедную атаку, открыв огонь по британским крейсерам. Их встретил яростный отметим и огонь. Как упоминает в своих мемуарах адмирал Каннингхэм, «Бонавенчер» израсходовал 75% боеприпасов, стреляя по этим кораблям, и следующие 2 недели не мог действовать из-за отсутствия боеприпасов.

Чуть позднее 2 миноносца повернули, чтобы отойти. Но, если «Мирчс» сумел оторваться, получив только осколочные попадания, «Негу» накрыл полновесный залп. Так как корабль получил роковые повреждения, его командир капитан 2 ранга Фонтана повернул опять на противника, чтобы сделать свою стрельбу более эффективной. Корабль продолжал вести огонь из всех орудий и пулеметов с короткой дистанции. Когда миноносец пошел на дно, командир пожертвовал жизнью, отдав свой спасательный жилет матросу и оставшись на корабле.

Некоторое время спустя наблюдательные посты на Пантеллерии сообщили, что видят два корабля, стоящих на месте и объятых пожаром. Однако до сих пор нет никаких сведений о потерях англичан. Адмиралтейство опубликовало только общий отчет адмирала Каннингхэма и держит детали боя с двумя миноносцами в секрете. Твердо ясно другое — атака двух миноносцев косвенно привела к успеху, так как завлекла британскую эскадру на минное поле южнее Пантеллерии. Эсминец «Галлант» налетел на мину и потерял носовую часть. Британский эсминец сумел добраться до Мальты, но так и не вошел в строй до конца войны.

В 12.30 начались массированные налеты итальянских ВВС и X авиакорпуса. Впервые германские Люфтваффе участвовали в боях на Средиземном море. Авианосец «Илластриес» получил тяжелейшие повреждения от попаданий 6 бомб. На нем начались сильнейшие пожары, и он еле сумел добраться до Мальты. Если бы налеты X авиакорпуса на Мальту начались не через шесть дней, а немедленно, вполне возможно, что авианосец больше не вошел бы в строй. Однако англичане хорошо использовали предоставленную передышку. Они спешно подремонтировали «Илластриес» и перевели его в Александрию. Случайно этот факт остался совершенно незамеченным итальянской разведкой. Но в любом случае кораблю пришлось отправиться в США на капитальный ремонт, и Александрийский флот на два месяца остался баз авианосцев. Потом прибыл «Формидебл».

11 января во время воздушной атаки был серьезно поврежден «Саутгемггтон», и англичанам пришлось самим затопить крейсер. Этой же ночью корабли, шедшие к Мальте, были атакованы подводной лодкой «Сеттимо».

Так как информация о противнике была очень запутанной и противоречивой, Супермарина считала, что итальянский флот сумеет извлечь выгоду из благоприятной ситуации, если такая возникнет (О повреждении «Галланта» и «Илластриеса» стало известно лишь через несколько дней, о гибели «Саутгемптона» узнали много позже. А все детали хода операции стали известны только после войны). На этот случай эскадре, прибывшей в Специю, было приказано отправиться обратно на юг. Линкор «Дориа», только что завершил модернизацию и находился в Специи на учениях. Он получил приказ присоединиться к эскадре вместо поврежденного «Чезаре». Так как ситуация, на которую рассчитывали, не возникла, примерно через 15 часов кораблям приказали вернуться в Специю. На этот раз Супермарина извлекла выгоду из того, что британская операция завершилась. В период с 12 по 24 января она сумела провести и Линию несколько особенно важных конвоев. Они прошли без противодействия со стороны неприятеля.

24 января была замечена активность англичан в районе Бенгази. На этот раз X авиакорпус попытался провести первую массированную атаку кораблей в море. Однако первая волна из 113 самолетов не сумела обнаружить свою цель. Другая группа из 25 самолетов атаковала противника, но не добилась серьезных результатов. Эта группа в конце концов потеряла строй, 12 машин приземлились в IJeiinnn, a 4 вообще сели на воду. Этот случай показал, что какими бы мужественными и опытными ни были экипажи, необходимы специальные тренировки для действий над морем.

1 февраля Гибралтарская группа опять была замечена и море южнее Балеарских островов. Итальянский флот еще раз приготовился выйти в море. Но англичане не подошли ближе и на следующее утро выслали с авианосца 8 торпедоносцев для атаки плотины гидроэлектростанции в Тирсо. Эта атака успеха им не принесла.

В тот же день гражданский самолет, следующий в Триполи, заметил конвой, идущий с востока к Мальте. Итальянские самолеты-разведчики опять не сумели его обнаружить. X авиакорпус выслал самолеты для атаки конвоя, но ни один из самолетов не нашел цели.

События второй половины декабря, 9—11 января и 2 февраля снова подтвердили полнейшую беспомощность итальянской авиаразведки. Каждый раз это сводило к нулю эффективность действий флота. Если итальянские корабли вступали в бой, страдая сильнейшей близорукостью, то британская авиаразведка позволяла своим кораблям действовать свободно, не опасаясь никаких сюрпризов. Она была хорошо оснащена технически, действовала тактически умело, проводила гораздо больше полетов. Разумеется, это тяжело сказывалось на действиях итальянского флота.

Чтобы подвести итог, скажем, что работа разведывательных авиаподразделений итальянского флота была смертельно опасной, и несправедливо было бы требовать от них лучших результатов. Учитывая, что экипажи мирились с долгими часами полета и несовершенством оборудования, следовало бы облегчить их бремя. В любом случае, самолеты, выделенные для этих целей, не могли проводить дальнюю стратегическую разведку, которая становилась все более и более необходимой. Когда прибыл X авиакорпус, флот пересмотрел подход к проблеме, чтобы наладить взаимодействие с представителями германских и итальянских ВВС. В результате обязанности были перераспределены. Появились надежды, что это радикально улучшит ситуацию. Было решено, что авиационные подразделения флота возьмут на себя прибрежную и ближнюю разведку. Итальянские ВВС будут проводить разведку в западном Средиземноморье и на пути следования ливийских конвоев. X авиакорпус брал на себя разведку в восточном и центральном Средиземноморье.