«Уродливое детище Версаля» из-за которого произошла Вторая мировая война - Лозунько Сергей - Страница 120

Локарнские договоры, включавшие, кроме Рейнского пакта, еще и германо-чехословацкий договор об арбитраже, и франко-чехословацкий гарантийный договор, рассматривались Варшавой как помеха в ее агрессивных планах по отторжению части территории Чехословакии. А потому поляки ничего не имели против, чтобы Гитлер разрушил локарнскую систему договоров.

Ввод германских войск на левый берег Рейна проходил под прикрытием и при дипломатическом содействии Польши. Глава польского МИД Юзеф Бек лично ездил в Брюссель уговаривать бельгийское руководство не противодействовать Германии, подталкивая Бельгию — тогдашнюю союзницу Франции, к политике нейтралитета (сей нейтралитет впоследствии дорого обойдется как Бельгии, так и Польше), т. е. работал на разрушение единого фронта против агрессии, на этот раз уже на западе. Польские представители в Лиге Наций срывали дипломатические усилия, направленные на выработку адекватной международной реакции на ввод германских войск в Рейнскую зону.

Ремилитаризовав левый берег Рейна, Германия приступила к возведению т. н. Западного вала («линии Зигфрида») — системы укреплений на западе. Занятием Рейнской зоны Гитлер создавал стратегические предпосылки к аншлюсу Австрии и уничтожению Чехословакии, да, собственно, и самой Польши тоже. Когда впоследствии Германия нападет на Польшу, то ее военные планы будут основываться на том, что она успеет разгромить польскую армию раньше, чем французы и англичане смогут взять укрепления «линии Зигфрида».

Сорвав заключение «восточного пакта», блокировав коллективные усилия (в той части, где они зависели от Польши) по организации единого фронта против агрессии Гитлера, Польша с энтузиазмом подключилась к Германии в разрушении французской системы военных союзов — Малой и Балканской Антант. Польша из кожи вон лезла, чтобы ослабить Францию, — государство, способное остановить агрессию Гитлера, являвшееся военным союзником и гарантом самой же Польши! Бек будет лично разъезжать по ряду столиц государств Малой и Балканской Антант, агитируя их присоединяться к Гитлеру и Муссолини (например, прямо заявит об этом в Белграде).

Но особенно преуспели поляки в Румынии — одной из ключевых стран в системе французских военных союзов, состоявшей в обеих, Малой и Балканской, Антантах, рассматривавшейся в качестве возможного коридора для прохода советских войск на случай войны в Европе. Манипулируя польско-румынским военным договором 1921-го, Варшава нейтрализовала Румынию, не позволив ей стать мостом между СССР и Малой Антантой.

Лишь формально (так принято считать) Вторая мировая война началась 1 сентября 1939 г. На самом деле она полным ходом шла задолго до этой даты. И, к примеру, китайская историография относит начало Второй мировой войны к 7 июля 1937-го, когда японские солдаты обстреляли китайских пограничников, охранявших мост Марко Поло через реку Юнь-дин в 12 км западнее Пекина. Китайская сторона открыла ответный огонь. Это событие стало удобным предлогом для японских военных начать широкомасштабные действия в Китае. А перед тем была агрессия Италии в Эфиопии.

Вторая мировая начиналась как империалистическая по своему характеру. За полгода до нападения немцев на Польшу, 10 марта 1939-го, Сталин в докладе на XVIII съезде ВКП(б) неоднократно будет повторять словосочетание «вторая империалистическая война», «новая империалистическая война» и т. п.

А межвоенная Польша как раз и поддерживала империалистическую войну! Ведь поляки и себя видели империалистами! Не то что о Литве, Украине и Белоруссии — об африканских колониях мечтали! «Жизненного пространства» для «великой Польши» требовали! Подливая, таким образом, и со своей стороны масла в огонь большой мировой войны.

При этом дружба Польши с Японией была не менее крепкой, чем с гитлеровской Германией. И не только из-за совпадения взглядов по колониальному вопросу. Но и по причине общего объекта для экспансии — Советского Союза. Польша надеялась, что столкновение интересов СССР и Японии на Дальнем Востоке выльется в войну между этими государствами, а поляки соответственно получат возможность ударить с запада.

Польша была главным европейским адвокатом агрессоров и захватчиков в Лиге Наций. С трибуны этой организации представители Польши оправдывали аннексию Абиссинии фашистской Италией, защищали хищнические действия Японии в Китае, поддерживали нацистскую Германию во всех ее шагах — будь то упомянутая ремилитаризация Рейнской зоны или, скажем, аншлюс Австрии.

Включение Австрии в состав третьего рейха увеличило германскую территорию на 17 %, а людские (читай — мобилизационные) ресурсы Гитлера на 10 % (на 6,7 млн. чел.), усилило немецкий промышленный потенциал. Значительно укрепилось стратегическое положение Германии, словно клещами теперь охватывавшей Чехословакию, кроме того, была установлена итало-германская граница, что, естественно, усиливало их союз. Добавим, Германия получила общую границу с Венгрией, а это еще более загоняло Будапешт в орбиту Берлина. Наконец, немцы заполучили и границу с Югославией, а значит, они теперь могли оказывать влияние на политику последней.

И именно Польша оказала в этот момент важную услугу Германии — отвлекла внимание Европы своими действиями на польско-литовской границе. Германия и Польша разыграли эту партию в две руки: Гитлер 11–12 марта 1938-го включал Австрию в состав рейха, а Польша устроила разборки с «польской Австрией» — Литвой. Только благодаря вмешательству СССР да негативной реакции Франции и Англии Варшаве не удался собственный аншлюс. Хотя она заставила Литву восстановить с ней дипломатические отношения, расторгнутые после захвата Вильно и Виленской области, а также признать последние частью польского государства.

Далее пришла очередь Чехословакии. И опять европейские агрессоры, один покрупнее, другой помельче — Германия и Польша — действуют сообща.

Мюнхенский сговор — не в последнюю очередь «заслуга» Польши, не только отказавшей в военной помощи своему союзнику Франции в защите другого французского союзника (Чехословакии), но помешавшей оказанию такой помощи со стороны СССР. Более того, Польша сама поучаствовала в агрессии.

Достаточно было заявления Варшавы о верности польско-французскому союзу, чтобы утвердить Францию в решимости защищать Чехословакию силой оружия. Польша могла занять нейтральную позицию, не препятствуя проходу в Европу РККА (если не через свою территорию, то через румынскую) — и события развивались бы совсем по иному сценарию. Но Польша не сделала ни первого ни второго. Наоборот, она еще и пригрозила Парижу, что будет рассматривать в качестве «агрессора» Францию, если та придет на помощь Чехословакии. А уж о пропуске Советской Армии через свою или румынскую территорию в Польше и слышать не желали, пообещав встретить ту огнем и сбивать советские самолеты.

Эта «жадная гиена» в который раз не позволила остановить Гитлера, рассчитывая, что с барского нацистского стола и ей перепадут кое-какие крохи (и таки перепали).

Передача Германии Судет предопределила полное уничтожение Чехословакии, а вместе с этим — еще большее укрепление третьего рейха, которому достались новые территории, людские ресурсы, первоклассный чешский военно-промышленный потенциал.

Затем настал черед и Польши расплачиваться за свою неадекватную политику. Хотя, к сожалению, расплачиваться пришлось не только Польше, а всему миру.

Из всех государств Европы Польша в наименьшей степени заслуживала того, чтобы брать ее под защиту. Не говоря уж о том, что требования Германии в отношении Данцига и «польского коридора» для связи Восточной Пруссии с третьим рейхом не были ни чрезмерными, ни несправедливыми. Если уж Германии позволили присовокупить Австрию, отдали ей Судеты (и все это активно поддержала Польша!) — то вернуть Данциг, как говорится, сам бог велел.

Но интересы большой стратегии требовали не допустить ее захвата нацистами либо превращения в полного и окончательного вассала Германии, что могло произойти, оставь тогда Запад Польшу один на один с Гитлером.