Смерть, какую ты заслужил - Боукер Дэвид - Страница 40

– Моя мама сегодня умерла.

– Мне очень жаль, – не скрывая потрясения, сказал Куколка.

Пономарь поднял на него глаза.

– Угу. Злыдень застрелил собаку, понимаешь. Вот что ее доконало. По-моему, так это военное преступление. Пес был ни в чем не повинным гражданским. Твой брат, моя мама. Нам обоим попали туда, где больнее всего, черт побери. Она была потрясающей старушкой.

– Нисколько не сомневаюсь.

– Ты говорил, у тебя есть кое-какие соображения, где прячется Дай?

– У Злыдня где-то есть дом. Где-то в окрестностях Бедфорда. Какая-то старая хибара... как это называется?.. Парсонат.

– Ты знаешь, где он?

– Нет, но могу выяснить.

– Выясни. Но сам не суйся. Просто найди адрес и доложи мне. На сей раз я пошлю лучших, кто у меня есть.

Лицо у Куколки вытянулось.

– Я думал, вы хотите, чтобы я, а не кто-то другой обо всем позаботился. Я думал, меня за этим наняли.

– Теперь ты мне гораздо дороже.

– Вы берете меня на жалованье?

– Поживем – увидим. – Позабавленный прямотой Куколки, Пономарь оскалился в излишне белозубой улыбке. Куколка сообразил, что у первого человека в Манчестере искусственные челюсти. – Поживем – увидим. Но не забывай: будь осторожен.

– Не забуду.

Пономарь кивнул и, раскурив сигару, погрузился в молчание. Аудиенция окончена. Когда Куколка уже достиг двери, Пономарь ему свистнул.

– Эй! Спасибо, что цветочки послал. Розы были ее любимыми.

Слегка покачиваясь, Куколка вернулся к своему «рэндж роверу». Все сводится к мелочам, размышлял он. В жизни именно мелочами обращаешь на себя внимание. Или подставляешься под пулю.

12

Когда Билли открыл глаза, за окном было светло. Возле его кровати, держа поднос с тарелкой тостов, стаканом апельсинового сока и кружкой чая, стоял Злыдень. Проснулся Билли с таким чувством, будто случилось нечто ужасное, настолько ужасное, что у него даже возникло желание никогда не просыпаться.

– Вот завтрак тебе принес, Билл.

Злыдень поставил поднос ему на колени. Билли вспомнил, что видел на кухне мертвого Терри Блейка, как потом спотыкаясь, метался по дому и кричал, а его преследовал смех Злыдня.

Поев, Билли оделся и спустился на кухню. Злыдень сидел за столом, чистя и смазывая свой обрез.

– Если я задам тебе один вопрос, обещаешь ответить на него честно?

– Постараюсь. – Ответная улыбка Злыдня была искренней и непритязательной.

– Ты убил моего издателя?

Чуть заметно пожав плечами, Злыдень со вздохом покачал головой. Потом, откинувшись на спинку стула, уставился на Билли скучным немигающим взглядом.

– Это кислота, Билл.

– Я видел его, черт побери! Он сидел вот тут!

– Нет. Кислота была хорошая, невероятно чистая, но по каким-то причинам у тебя случился дурной трип. Извини, Билл. Давным-давно я как-то подрался с дьяволом на лестнице Стокпортского колледжа. Это был мой первый трип. Мой дьявол был не более реальным, чем твой труп.

– Ты правду говоришь?

– Все только у тебя в голове. Я даже сделал тебе укол морфия.

– Морфия?!

– Ты с ума сходил. Вошел в кухню и вдруг психанул.

– Но ты собирался мне что-то показать. «Кое-что потрясающее», я слышал, как ты произнес именно эти слова.

– Верно, – терпеливо объяснил Злыдень. – Хочешь знать, что это было?

Билли кивнул. Встав, Злыдень снял с особого гвоздя ключ от церкви.

– Пойдем.

Снова шел дождь. Выйдя из дома, они пересекли раскисший от влага газон. От лужайки и сада кладбище отделяла высокая живая изгородь из каких-то колючих кустов. Злыдень провел Билли через дыру в ней, и они поспешили мимо могил к главному входу. Отперев дверь, Злыдень тем же ключом открыл дверцу в ризницу. Оттуда узкая винтовая лестница вела на самый верх колокольни. Ступени у нее были стертыми и скользкими. Рокотал, сотрясая древние камни, гром.

Они прошли мимо пяти висящих в звоннице колоколов, Злыдень даже любовно похлопал один. А потом вдруг они оказались под самым шпилем.

– Ну и где твой сюрприз?

– Вид, Билли. Я хотел показать тебе, какой вид открывается отсюда.

В узкие окна залетал, посвистывая, душистый ветер. В полу имелась дыра. Внизу, под ногами у Билли, пять колоколов висели как огромные черепа. Подойдя к высокому окну, он осторожно выглянул за край. Отсюда видна была каждая церковь, каждый коттедж, дорога и поле на мили вокруг. Во время вчерашней грозы вид действительно был бы изумительный.

На ленч они поехали в соседнюю деревушку. Уже за столом в пабе Злыдень сказал, что ему понравилась книга Билли.

– Герои великолепные. Я именно так представлял себе мертвецов. И почему по ней не сняли фильм?

– Би-би-си заинтересовалась, – сказал Билли. – Я даже ездил повидаться с теткой-продюсером.

– И как она?

– Из аристократической семейки. Эдакая привилегированная свинка. Оказалось, она прочла только первую главу. Когда я упомянул мертвецов, у нее челюсть отвисла. «Вы хотите сказать, что мертвецы в самом деле оживают?» Я ответил, что да, и вид у нее стал встревоженный. Она сказала, дескать, глава их сценарного ненавидит все сверхъестественное. Сказала, ей нужно подумать и она мне позвонит. А через несколько дней прислала по электронной почте свои предложения. Если я мог бы превратить всех мертвецов – а ты ведь помнишь, в романе нет ни одного живого персонажа, – если я мог бы превратить мертвецов в живых людей, тогда ей, возможно, удалось бы уговорить шефа взять мой сюжет.

Злыдень нахмурился.

– Но ведь весь смысл-то в мертвецах!

– Вот именно. Но я был в отчаянии, поэтому, как последний дурак, сделал, как велено. Переписал текст, а трупы заменил на живых людей. Но ей все равно не понравилось. Тогда я ей позвонил и сказал, что она жирдяйка.

– По-твоему, это пошло тебе на пользу?

– Но хотя бы я ее не пристрелил, ты ведь скорее всего так поступил бы.

– Как ее звали? – мимоходом спросил Злыдень. Поставив стакан с пивом, Билли поглядел на него

настороженно.

– А имя тут при чем?

Злыдень сделал вид, что не слышал вопроса.

По дороге домой они остановились у местного магазинчика купить молоко и хлеб. Поглядев на газетную стойку, Билли увидел «Гардиан», такую одинокую среди пачек «Миррор», «Сан» и «Мейл». Билли терпеть не мог «Гардиан», но бы так поражен, обнаружив в бедфордширской глуши либеральную газету, что просто не мог ее не купить.

Читал ее Билли по пути в «Липы», пока Злыдень вел машину. Билли почти надеялся найти заметку о своем исчезновении. Однако Голливуд его книги не купил, сам он Мадонну не трахал, поэтому к его отсутствию британская пресса отнеслась с тем же безразличием, каким почтила его присутствие.

Проглядев «Гардиан» один раз, Билли поступил как обычно. А именно проглядел снова, не в силах поверить – какая же скучища! И вдруг на пятой странице зацепился взглядом за любопытную заметку.