Четвертое Правило Волшебника, или Храм Ветров - Гудкайнд Терри - Страница 158

– Я магистр Рал, – сказал Ричард.

– Да, – произнес тот, что стоял впереди, – мы чувствуем узы. – Он поднял руку. – Это брат Керлофф и брат Хоук. – Он откинул капюшон, и Ричард увидел морщинистое лицо и редкие седые волосы. – Я – Марсден Табур.

Ричард испытующе оглядел этих людей.

– Добро пожаловать в Эйдиндрил. Что я могу для вас сделать?

– Мы ищем Дрефана Рала, – сказал Табур.

Ричард провел большим пальцем по краю стола.

– Мне очень жаль, но ваш верховный жрец умер.

Два младших служителя переглянулись.

Лицо Табура потемнело.

– Верховный жрец? Я верховный жрец Рауг’Мосс и был им задолго до того, как родился Дрефан.

Ричард нахмурился.

– Дрефан сказал нам, что он верховный жрец.

Табур в замешательстве потер висок.

– Магистр Рал, боюсь, что ваш брат… ввел вас в заблуждение. Он обманул вас, руководствуясь соображениями, которые я боюсь себе даже представить. Его мать оставила его нам еще ребенком. Мы его вырастили, понимая, что отец убьет его, если найдет. Когда мы поняли, что Дрефан опасен, мы решили и дальше держать его в своей общине, чтобы он никому не причинил вреда. Но он был талантливый целитель, и мы всегда надеялись, что когда-нибудь в его душе воцарится мир. Некоторое время назад он пропал. Несколько наших целителей были найдены мертвыми. Их убили самым неприятным образом: замучили до смерти. С тех пор мы ищем Дрефана. Мы шли по его следам и видели женщин, которые были убиты так же. Хотя его отец не причинил вреда его телу, похоже, дух Дрефана не избежал его влияния. Я молюсь, чтобы он никому не причинил вреда здесь.

Какое-то время Ричард молчал. Потом он заговорил:

– У нас свирепствовала чума. Ужасная чума. Тысячи людей умерли. Не жалея себя, Дрефан как истинный целитель общины Рауг’Мосс помогал страждущим. Он отдал нам свои знания и спас много жизней. Мой брат помог нам остановить чуму, но при этом погиб.

Табур сунул руки в рукава и изучающе посмотрел Ричарду в глаза.

– Вы хотите запомнить его таким?

– Он был моим братом. Его приход сюда отчасти помог мне понять силу прощения.

Кэлен снова сжала под столом руку Ричарда.

– Благодарю, что уделили мне время, магистр Рал. – Марсден Табур поклонился. – В сиянии славы твоей – наша сила.

– Спасибо, – прошептал он.

Три целителя пошли прочь, но вдруг Табур повернулся к Ричарду.

– Я знал вашего отца. Вы не похожи на него в отличие от Дрефана. Не многие оплакали бы смерть вашего отца или вашего брата. В ваших глазах, магистр Рал, я вижу целителя, истинного целителя, а не только воина. Волшебник, как и целитель, – дитя равновесия, и если оно нарушается, он погибает. Мы верно служили Д’Харе в прошлом. Если мы вам понадобимся, позовите нас.

Двери за ними закрылись, Улик вздохнул.

– Магистр Рал, есть еще много желающих вас увидеть.

– Если вы, конечно, хорошо себя чувствуете, – вставила Кара.

– Всегда найдется кто-то, кто хочет меня увидеть. – Ричард встал и предложил руку Кэлен. – Генерал Керсон примет их. Разве у нас нет более важного дела?

– Ты уверен, что хорошо себя чувствуешь? – спросила Кэлен.

– Как никогда прежде. Ты еще не передумала?

Кэлен улыбнулась и встала.

– Нет. Если магистр Рал полностью выздоровел, чего же мы ждем? Мои вещи готовы.

– Давно пора, – пробормотала Бердина.

Пока они ждали Ричарда, Кэлен ободряюще похлопала Кару по плечу.

– Она не станет нас обманывать, Кара. Если сильфида говорит, значит, ты можешь путешествовать.

Сильфида проверила всех телохранителей Ричарда, и только Кара прошла испытание. Ричард предположил, что это потому, что Кара завладела магией андолианина, а в ней присутствовала и Магия Ущерба. Но Каре не нравилась все, что связано с магией, поэтому сильфида вызывала у нее определенное недоверие. Кэлен придвинулась к ней поближе и прошептала на ухо Каре:

– В этой комнате тебе еще и не такое довелось пережить. Я сестра эйджила; я буду держать тебя за руку всю дорогу.

Кара посмотрела на Кэлен, потом на сильфиду.

– Ты должна это сделать, Кара, – сказала Бердина. – Ты будешь единственная морд-сит на свадьбе нашего магистра Рала и Матери-Исповедницы.

Кара перевела взгляд на нее.

– Магистр Рал вылечил тебя в свое время. – Бердина кивнула. – С тех пор ты не чувствуешь… некие особые узы с ним?

Бердина улыбнулась.

– Да. Именно поэтому я хочу, чтобы ты пошла. За меня не волнуйся. Я знаю, что Райна тоже хотела бы, чтобы ты отправилась туда. – Она хлопнула Улика по пузу. – Кроме того, кто-то должен остаться здесь и присмотреть за этими разгильдяями.

Улик и Иган дружно закатили глаза.

Кара взяла Кэлен под локоть и прошептала:

– После того как магистр Рал вылечил тебя, ты не чувствуешь… того же самого?

Кэлен улыбнулась.

– Я это чувствовала еще до того, как он меня вылечил. Это называется любовью, Кара. Когда ты заботишься о ком-то не потому, что вас связывают какие-то обязательства, а потому, что вы отдали друг другу частичку своей души. Когда он лечил тебя, ты почувствовала его любовь к тебе.

– Но я и раньше знала об этом.

Кэлен пожала плечами.

– Возможно, ты почувствовала это более остро.

Кара взяла в руку эйджил и покрутила его в пальцах.

– Наверное, он брат эйджила.

Кэлен улыбнулась.

– После всего, что мы пережили вместе, я думаю, мы все стали одной семьей.

В комнату вошел Ричард.

– Ну, я готов. Поехали?

Ричард не мог взять с собой Меч Истины; его магия была несовместима с магией сильфиды. Он оставил меч в анклаве Первого Волшебника, откуда никто не мог его взять. Разумеется, кроме Зедда. Но Зедда уже нет в живых. По крайней мере Кэлен так думала; Ричард же не хотел даже сомневаться в том, что Зедд жив.

Ричард потер руки.

– Итак, Кара, ты едешь или нет? Я бы очень хотел, чтобы ты была там. Для нас это много значит.

Кара улыбнулась:

– Придется поехать. Вы же не в состоянии сами себя защитить. Без морд-сит вы будете беспомощны.

Ричард повернулся к серебристому лицу:

– Сильфида, я помню, что я погрузил тебя в сон, но ты осталась бодрствовать. Почему?

– Я не была погружена в сон, пробудить от которого смогли бы только вы. Вы погрузили меня в состояние покоя, из которого меня могут вызвать другие.

– Но мы не можем позволять всяким другим тебя использовать. Разве ты не можешь отказываться? Разве ты не можешь просто не явиться на зов? Мы не можем допустить, чтобы ты привозила к нам волшебников Джеганя и прочих врагов.

Сильфида задумчиво посмотрела на Ричарда.

– Тот, кто меня создал, создал меня такой, какая я есть. Я должна путешествовать со всеми, кто меня об этом просит, если у них есть необходимая магия. – Она придвинулась ближе к краю колодца. – Но если я сплю, только у вас есть власть вызвать меня, хозяин, и тогда другие не смогут мной пользоваться.

– Но я уже пытался погрузить тебя в сон, и из этого ничего не вышло.

Сильфида снова улыбнулась.

– Тогда на вас не было серебра.

– Серебра?

Сильфида протянула руку и коснулась его браслетов.

– Серебро.

– Ты хочешь сказать, что раньше, когда я скрещивал запястья, чтобы погрузить тебя в сон, у меня ничего не вышло, потому что у меня не было браслетов? А теперь это должно сработать?

– Да, хозяин.

Ричард на мгновение задумался.

– А тебе не будет больно, если погрузить тебя в сон?

– Нет. Для меня это наслаждение, потому что, когда я сплю, я воссоединяюсь с остальной частью моей души.

Глаза Ричарда удивленно расширились.

– Когда ты спишь, ты попадаешь в мир духов?

– Да, хозяин. Я никому не должна была говорить, как погрузить меня в сон, но, поскольку вы мой единственный хозяин и хотите знать, значит, вы не рассердитесь, что я вам рассказала.

Ричард вздохнул с облегчением.

– Спасибо, сильфида. Я рад слышать, что тебе приятно пребывать во сне. – Он обнял Бердину. – Присмотри тут за всем, пока мы не вернемся.