Тонкий расчет - Шелдон Сидни - Страница 29

За это время профессор истаял еще больше и почти превратился в тень.

— Рад видеть вас, мисс Эванс. Слышал о ваших прекрасных репортажах, но… — Он тяжело вздохнул. -…я все равно не смотрю телевизор — нет электричества. Чем могу помочь?

— Я хотела узнать ваше мнение по поводу нового мирного договора, профессор.

Откинувшись на спинку кресла, Стака задумчиво оглядел девушку.

— Интересно, что в штате Огайо, за тысячи миль отсюда, принимается решение, которое, как почему-то уверены участники переговоров, должно повлиять на будущее Сараево.

— Достигнуто соглашение о тройном правлении. Будут избраны три президента — мусульманин, хорват и серб. Думаете, что-нибудь получится, профессор?

— Только если вы верите в чудеса, — нахмурился тот. — Представляете себе — восемнадцать национальных законодательных органов и сто десять глав местных администраций. Какая-то политическая вавилонская башня! Это то, что американцы называют вынужденным браком. Под дулом пистолета. Никто не желает поступиться автономией. Каждый настаивает на собственных флаге, гербе и валюте. Навязанный насильно мир к добру не приведет.

Постепенно Дейна Эванс из обыкновенного репортера превращалась во всемирную легенду. Страстные призывы прекратить несправедливую, бессмысленную войну находили отклик в душах людей всех стран. Каждый понимал, что Дейна — не сторонний наблюдатель, а человек, искренне желающий мира и счастья жителям раздираемой распрями Югославии.

Мэтт Бейкер стал получать предложения от других студий с просьбами позволить передавать по их каналам выступления Дейны. Бейкер был искренне рад за девушку, так быстро ставшую настоящей профессионалкой.

Дейна получила собственную передвижную спутниковую телестанцию и теперь была занята с утра до вечера. Больше она не зависела от югославской спутниковой связи. Вместе с Бенном они решали, какими сюжетами заняться. Некоторые репортажи шли в прямом эфире, некоторые снимались на пленку. Дейна, Бенн и Энди выходили на улицы, делали необходимые фото заднего плана, которые Дейна позже комментировала и отсылала в Вашингтон.

В обед журналисты по обычаю собрались в ресторане отеля. Официанты не успевали приносить все новые блюда с сандвичами — представители прессы на аппетит не жаловались. В зале появился Родерик Манн, репортер Би-би-си, с очередным сообщением Ассошиэйтед Пресс.

— Слушайте все! — потребовал он и начал громко читать:

— Ну и повезло же нам! Подумать только, запросто общаемся со знаменитостью! — саркастически хмыкнул кто-то из присутствующих. Но тут вошла Дейна, и все выжидательно затихли.

— Привет! — весело поздоровалась девушка. — Сегодня у меня не осталось времени пообедать. Не возражаете, если возьму с собой свою порцию?

Она завернула несколько сандвичей в бумажную салфетку и поспешила к двери, торопливо попрощавшись на бегу. Остальные, как по команде, уставились ей в спину.

На улице уже ждал мальчик.

— Здравствуй, Кемаль.

Молчание.

— Садись в машину.

Кемаль привычно скользнул на заднее сиденье. Дейна вручила ему сандвич, и тот жадно, почти не жуя, расправился с ним в два глотка. Дейна протянула Кемалю еще один.

— Не спеши, никто не отнимет, — посоветовала она.

— Куда едем? — осведомился Йован.

Дейна повернулась к Кемалю:

— Куда теперь?

Мальчик непонимающе уставился на нее.

— Мы отвезем тебя домой, Кемаль. Где ты живешь?

Он покачал головой.

— Мне нужно знать. Где ты живешь?

Минут через двадцать они добрались почти до самого берега Мильяски и остановились перед большим пустырем, усеянным огромными картонными коробками. Земля была завалена мусором и отбросами. Дейна выбралась из машины.

— Так это твой дом?

Кемаль неохотно кивнул.

— И много детей здесь живет?

Он снова кивнул.

— Я хочу рассказать о тебе и таких, как ты, Кемаль.

— Нет.

— Почему?

— Приедет полиция, и нас схватят. И увезут. Не нужно.

— Хорошо, — вздохнула Дейна. — Обещаю.

На следующее утро Дейна выписалась из отеля. Когда она не появилась за завтраком, Габриелла Орси, репортер итальянской «Алтре стасьон», удивилась:

— Где Дейна?

— Уехала, — объяснил Родерик Манн. — Сняла отдельный домик. Сказала, что хочет побыть одна.

— Нам бы тоже этого хотелось, — проворчал Николай Петров. — Значит, мы недостаточно хороши для нее?

Остальные, по-видимому, были того же мнения.

Назавтра на имя Дейны пришла еще одна большая посылка.

— Поскольку ее здесь нет, почему бы нам не устроить небольшой праздник? — предложил Петров.

— Мне очень жаль, но мисс Эванс уже прислала за посылкой, — вежливо ответил портье. Вскоре появился Кемаль, забрал коробку и исчез.

— Она даже не желает больше поделиться с нами, — проворчал Хуан Сантос. — Как слава портит людей!

Следующие несколько недель Дейна исправно выходила в эфир, но больше не появлялась в отеле. Негодование корреспондентов все росло. Дейна и ее заносчивость стали основной темой разговоров за столом. Когда в один прекрасный день на имя девушки прибыла очередная посылка, Петров подошел к портье:

— Мисс Эванс уже прислала за коробкой?

— Да, сэр.

Петров поспешил в ресторан.

— У портье очередная посылка. Кто-то должен за ней приехать. Почему бы нам не проследить за ним и не высказать мисс Эванс все, что мы о ней думаем?

Послышался одобрительный гул голосов. Когда в дверях отеля появился Кемаль, Николай спросил:

— Ты забираешь это для мисс Эванс?

Кемаль кивнул.

— Она хотела встретиться с нами. Мы поедем с тобой.

Кемаль недоуменно взглянул на него и пожал плечами.

— Мы отвезем тебя, — пообещал русский. — Покажешь дорогу.

Вскоре караван машин потянулся по пустынным улицам. На окраине города стояло старое разбомбленное здание. Кемаль сделал знак остановиться.

— Иди вперед и отнеси посылку, — велел Николай. — Мы хотим сделать ей сюрприз.

Подождав, пока Кемаль войдет в дом, журналисты распахнули дверь, ворвались всей толпой и потрясенно замерли. В комнате было полно детей всех возрастов и цветов кожи. Большинство были калеками. Вдоль стены стояло с дюжину армейских коек. Дейна раздавала ребятишкам содержимое посылки и, услышав шум, удивленно вытаращила глаза.

— Что… что вы тут делаете?

Родерик смущенно огляделся.

— Простите, Дейна. Мы ошибались. Думали…

Дейна чуть насмешливо покосилась на него.

— Понятно. Но видите ли, они сироты. Им некуда деться, никому нет до них дела. Многие лежали в госпитале, когда в него угодила бомба. Если полиция найдет бедняг, их просто-напросто упрячут в так называемые приюты, где они рано или поздно погибнут от голода и холода. Но если они останутся здесь, то все равно умрут. Я пытаюсь сообразить, как лучше вывезти их из страны, но пока ничего не выходит. — И, оглядев собравшихся, она умоляюще прошептала: — Может, вы что-нибудь придумаете?

— Кажется, у меня есть идея, — Медленно выговорил Манн. — Сегодня в Париж вылетает самолет Красного Креста. Пилот — мой друг.

— И вы поговорите с ним? — с надеждой спросила Дейна.

— Согласен.

— Погодите! — запротестовал Петров. — Мы не имеем права впутываться в такую историю! Нас вышлют из Сараево!

— А вы и так не имеете к этому никакого отношения, — бросил Манн. — Мы сами обо всем позаботимся.

— Я против, — упрямо твердил Николай. — Мы все попадем в беду.

— А дети? — вмешалась Дейна. — Речь идет о жизни и смерти.

Днем Родерик снова приехал к Дейне.

— Я потолковал с приятелем. Он сказал, что с радостью заберет сирот в Париж, где они будут в безопасности. У него самого двое сыновей.

— Господи, неужели это правда! — охнула Дейна. — Не знаю, как вас благодарить!