Гнев ангелов - Шелдон Сидни - Страница 69

Когда она оторвалась от бумаг, была уже полночь. Она потянулась, пытаясь снять напряжение в шее и спине, положила бумаги в сейф, выключила в кабинете свет и поднялась наверх. Проходя мимо комнаты Джошуа, она заглянула туда. Он спал. Сэндвичи стояли нетронутые.

На следующее утро, когда она спустилась к завтраку, Джошуа уже был там, полностью одетый и готовый идти в школу.

– Доброе утро, мам!

– Доброе утро, дорогой! Как ты себя чувствуешь?

– Отлично! Я был очень усталым. Это, наверное, мексиканское солнце?

– Наверное.

– Акапулько мне очень понравился. Мы сможем еще раз поехать туда?

– Почему бы и нет? Ты рад, что идешь в школу?

– Я отказываюсь отвечать на этот вопрос, потому что любой ответ может быть поставлен мне в вину.

Около трех часов Синтия сообщила по интеркому:

– Извините за беспокойство, но звонит миссис Стаути…

Это была учительница Джошуа.

– Я поговорю с ней.

Она сняла трубку.

– Хелло, миссис Стаути, что-нибудь случилось?

– О, нет! Все хорошо, миссис Паркер. Я не собираюсь тревожить вас. Я просто хотела вам предложить проследить за тем, чтобы Джошуа побольше спал.

– Что вы имеете в виду?

– Он проспал сегодня почти все уроки. Миссис Уильямс и мистер Тобоко оба сказали мне об этом. Наверное, ему лучше сегодня пораньше лечь спать.

– Я… Да, я прослежу за этим…

Она положила трубку и обратилась к людям, находившимся в комнате:

– Простите, но мне нужно уйти.

Она выскочила в приемную.

– Синтия, найдите Дана! Пусть он закончит снятие показаний вместо меня. Я ухожу.

Она поехала домой, как сумасшедшая, превышая скорость, не обращая внимания на светофоры. В ее мозгу выстраивались ужасные картины того, что случилось с Джошуа… Дорога казалась бесконечной, и когда, наконец, вдали показался ее дом, она стала всматриваться, ожидая увидеть у ворот машины «скорой помощи» и полицейские автомобили. Но подъезд к дому был пустынным.

Она влетела в дом.

– Джошуа!

Он был в гостиной и смотрел телевизор.

– Привет, мам! Что-то ты рано. Тебя что, уволили?

Она стояла в дверях, глядя на него, испытывая огромное облегчение. Она чувствовала себя идиоткой…

– Тебе бы следовало посмотреть последний матч! Крейг Сван – это фантастика!

– Как ты себя чувствуешь, сын?

– Отлично!

Она положила ладонь ему на лоб. Температуры не было.

– Ты уверен, что с тобой все в порядке?

– Конечно. Почему ты так странно выглядишь? Тебя что-то беспокоит? Ты хочешь поговорить со мной?

Она улыбнулась.

– Нет, милый, я только… У тебя ничего не болит?

Он вздохнул.

– Я уже сказал… А наши проигрывают 5:6. Ты знаешь, что было в первом тайме?

Он стал оживленно описывать перипетии матча. Она стояла, слушая его, глядела на него и думала: будь проклято мое воображение, с ним действительно все в порядке.

– Продолжай смотреть игру, а я позабочусь об обеде.

Она с легким сердцем пошла на кухню. Она решила испечь торт, который он очень любил. Через полчаса, когда она вернулась в гостиную, Джошуа лежал на полу без сознания…

Путь в больницу Блиндермана, казалось, никогда не кончится. Она сидела в машине «скорой помощи», сжимая руками голову Джошуа. Санитар прижимал кислородную маску к его лицу. Он не приходил в сознание. Сирена завывала на всю мощь, но улицы были запружены, и «скорая» еле двигалась, давая возможность любопытным заглядывать в окна и видеть женщину с белым лицом и мальчика в бессознательном состоянии. Это казалось ей наглым вторжением в частную жизнь.

– Почему здесь нельзя поставить стекла с односторонней видимостью? – спросила она.

Санитар испуганно посмотрел на нее.

– Мадам?..

– Ничего, ничего…

Наконец машина подъехала к дверям больницы. Два интерна ожидали у входа. Она беспомощно смотрела, как Джошуа перенесли на каталку.

– Вы мать мальчика? – спросили у нее.

– Да.

– Сюда, пожалуйста…

То, что последовало потом, было для нее туманным калейдоскопом звуков, света и движения. Она видела, как Джошуа покатили вдоль длинного белого коридора к рентген-кабинету.

Она хотела пойти следом, но санитар остановил ее.

– Сначала нужно зарегистрировать.

Худая женщина за столом спросила:

– Как вы собираетесь платить за это? Он застрахован?

Ей хотелось закричать на нее, побежать за Джошуа, но она заставила себя ответить на все вопросы. Когда она сделала это и заполнила несколько бланков, женщина разрешила ей уйти.

Она поспешила к кабинету и вошла туда. Комната была пуста. Она выскочила в коридор, озираясь вокруг. Мимо прошла медсестра. Она схватила ее за руку.

– Где мой сын?

– Я не знаю… Как его зовут?

– Джошуа. Джошуа Паркер.

– Где вы его оставили?

– Они ему делали рентген, он… – она уже не понимала, что говорит. – Что они сделали с ним? Скажите мне!

Сестра внимательно посмотрела на нее и сказала:

– Подождите здесь, миссис Паркер. Я постараюсь узнать.

Через несколько минут она вернулась.

– Доктор Моррис хочет видеть вас. Пройдите, пожалуйста сюда.

Вскоре пришел доктор Моррис. Это был очень полный мужчина с красным лицом и никотиновыми пятнами на пальцах.

– Миссис Паркер?

– Где Джошуа?

– Пожалуйста, садитесь.

Она села.

– Джошуа… с ним ничего страшного, доктор?

– Мы еще не знаем.

Голос его звучал подозрительно мягко для человека таких размеров.

– Мне нужна кое-какая информация. Сколько лет вашему сыну?

– Ему только семь лет.

– С ним не было несчастного случая в последнее время?

В мозгу Дженифер пронеслась сцена того, как Джошуа поворачивается, чтобы мазнуть ей, теряет равновесие и ударяется о сваю…

– Он упал, катаясь на водных лыжах, и ушиб голову.

– Он чувствовал себя нормально после этого?

– Да, у него была шишка на затылке, а в основном…

– Вы не замечали потери памяти?

– Нет.

– Какие-нибудь изменения в поведении?

– Нет.

– Никаких судорог и головных болей?

– Нет.

Врач перестал записывать и посмотрел на нее.

– Я сделал рентген, но этого недостаточно. Я хочу сделать исследование с помощью компьютерного томографа.

– Как?

– Это новая машина с компьютером, прибывшая из Англии. Она делает снимки мозга. Я хочу сделать кое-какие анализы. С вами все с порядке?

– Е-с-если, – она начала заикаться, – если это необходимо… Ему не будет больно?

– Нет. Потребуется только спинно-мозговая пункция.

Это испугало ее. Она спросила:

– Как вы думаете, что это? Что с моим сыном?

Она не узнавала своего голоса.

– Я бы предпочел не делать никаких предположений, миссис Паркер. Мы все узнаем через час или два. Сейчас он очнулся. Если хотите, можете пройти к нему.

– О, спасибо!

Медсестра проводила ее в комнату, где лежал Джошуа. В кровати лежала маленькая бледная фигурка.

– Привет, мама!

– Привет! – она села на край кровати. – Как ты себя чувствуешь?

– Немного странно. Как будто я не здесь…

Она взяла его руку.

– Ты здесь, дорогой, и я с тобой.

– Я вижу все вдвойне.

– Ты сказал об этом доктору?

– Ага… Я видел их двух. Я надеюсь, он не пошлет тебе два счета?

Дженифер нежно обняла его. Тело мальчика казалось хрупким и съежившимся.

– Мама?

– Да, дорогой…

– Ты не дашь мне умереть, да?

Она почувствовала жжение в глазах.

– Нет, Джошуа, я не дам тебе умереть. Доктора вылечат тебя и мы вернемся домой.

– О'кей. И ты обещаешь мне, что мы снова поедем в Акапулько?

– Да, как только…

Но он уже спал.

Доктор Моррис вошел в комнату в сопровождении двух людей в белых халатах.

– Мы хотели бы приступить к исследованиям, миссис Паркер. Это не займет много времени. Подождите, пожалуйста, здесь.

Они вывезли Джошуа из комнаты. Она села на край кровати, чувствуя себя избитой. Вся энергия вышла из нее. Она сидела в трансе, уставившись в белую стену.