Тигрица - Блейк Дженнифер - Страница 47

Кастеляр перебил ее быстрым взмахом руки. Его напряженный и внимательный взгляд впился в лицо Джессики.

— Ваш дед не ошибся. Он все прекрасно понял и, сдается мне, то, что он услышал, пришлось ему по душе.

Несколько долгих секунд Джессика молчала. Сердце ее стучало в груди часто-часто, как у пойманной птицы, и кровь громко шумела в ушах. Пристально вглядываясь в лицо Кастеляра, она надеялась найти в нем ответы на все свои вопросы, но оно не выражало ровным счетом ничего, кроме спокойной уверенности и ожидания.

— Вы, должно быть, шутите, — сказала она наконец. — Вы… В наше время никто так не поступает.

— Позвольте вас заверить, что у меня самые серьезные намерения.

— Невероятно! — выдохнула Джессика. — Но даже если так, почему дед не выставил вас вон? Почему он задумался об этом? Что, ради всего святого, вы ему такого сказали?

Она еще не договорила до конца, когда ее вдруг осенило.

— Нет, погодите! — воскликнула она. — Это вы рассказали деду о предложении Холивелла? Вы же могли убить его, Кастеляр!

— Я был предельно осторожен, мисс Мередит. Так осторожен, как если бы я разговаривал с моим собственным дедом, — заверил ее Кастеляр. — За все время нашей беседы он не был и вполовину так взволнован, как в тот момент, когда я позволил себе прервать вашу милую беседу в спальне.

— Ну конечно, — с иронией парировала Джессика. — Я не сомневаюсь, что вы вели себя безукоризненно вежливо и по-деловому. Я другого не понимаю: как мой дед мог хотя бы на мгновение допустить, что вы правы? Как он мог подумать, что ваше предложение может меня заинтересовать?

— Он задумался о моем предложении, потому что я сказал ему, что его внучка — самая красивая и самая привлекательная женщина из всех, которых я когда-либо встречал. Потому что я сказал, что заранее согласен на все его условия и что я сделаю все, чтобы вы были моей.

С губ Джессики сорвался беззвучный смешок.

— И он… поверил вам?

— Я могу говорить очень убедительно, когда мне этого хочется, — небрежно бросил Кастеляр. Джессика, однако, заметила, что он засунул обе руки глубоко в карманы, словно боялся, что они могут выдать его или, выйдя из повиновения, сделать что-то, о чем Кастеляру потом придется жалеть. Вместе с тем в его голосе было нечто такое, что по всему ее телу пробежал трепет восторга, но Джессика постаралась не обращать на это внимания.

— Впрочем, это все равно, — сказала она, стараясь попасть в тон последним словам Кастеляра. — Я не сомневаюсь, что вы можете быть весьма изобретательны, но ничто не убедит меня в том, что человек, подобный вам, способен жениться только затем, чтобы заполучить приглянувшуюся ему компанию. Конечно, «Голубая Чайка» — достаточно сильная фирма, пользующаяся к тому же безупречной репутацией, но я не могу поверить, чтобы она была так уж нужна вашей компании.

Кастеляр долго рассматривал ее, и его янтарно-золотые глаза были задумчивы. Наконец он сказал:

— Есть еще одна причина.

— Еще одна? — быстро переспросила Джессика, и в ее голосе отчетливо прозвучало недоверие. — Я вас недооценила, сеньор Кастеляр. Или вам кто-то сказал, что законы штата Луизиана признают общее имущество супругов? В таком случае, вы сделали ошибку если с дедушкой что-нибудь случится, то наследницей его имущества будет моя мать.

— Деньги и ваша мать здесь ни при чем.

— В чем же тогда дело? — требовательно спросила Джессика.

Кастеляр не ответил, хотя его губы чуть заметно дрогнули, а во взгляде появилась стальная решимость. Продолжая глядеть прямо в глаза Джессике, он шагнул вперед и, вынув из кармана правую руку, положил что-то на угол полированной столешницы рядом со старым пресс-папье. Еще мгновение он медлил, словно колеблясь, потом резким движением разжал пальцы и убрал руку.

Джессика услышала негромкий стук, когда какой-то небольшой круглый предмет покатился по твердой деревянной поверхности. Попав в пятно света от лампы, он вдруг ярко сверкнул, разбрасывая по сторонам крошечные зайчики, и остановился. Это был маленький диск из матового золота, усеянный крошечными бриллиантами.

Сережка, которую Джессика считала безвозвратно утраченной. Во всяком случае, она не видела ее с той ночи в Рио, хотя в ее квартире — в деревянной шкатулке — лежала вторая такая же безделушка.

Это была та, потерянная сережка.

10

Гнев вскипел в ней с неистовой силой проснувшегося вулкана. Глаза Джессики заволокло красной пеленой. Не отдавая себе отчета в своих действиях, она взмахнула рукой, и резкий звук пощечины разорвал тишину библиотеки.

От удара голова Кастеляра слегка откинулась назад. В следующее мгновение он перехватил ее запястье и, сжав его словно в тисках, с силой дернул. Джессика качнулась вперед и наткнулась на него всем телом, а он обхватил ее за талию и прижал к своей груди. Несколько мгновений они стояли неподвижно, и только сердца их стучали в унисон.

Кастеляр держал Джессику так крепко, что она не могла ни вздохнуть, ни пошевелиться.

В наступившей тишине неожиданно загрохотал гром и послышался частый стук дождевых капель. Гроза, которая собиралась с самого обеда, наконец началась.

Лицо Кастеляра побледнело, и на щеке проступил ярко-алый отпечаток. Глаза его горели словно расплавленное золото, а рот сурово сжался.

— Только попробуй сделать это еще раз, — сказал он с устрашающим спокойствием, — и ты очень пожалеешь о последствиях!

Джессика и вправду уже жалела о том, что вышла из себя. Неожиданная вспышка ярости прошла, и теперь она испытывала только легкую тошноту, слабость и безграничное отвращение к себе. Вместе с тем Джессика чувствовала, как обволакивает ее тепло его тела, чувствовала мускусный запах дорогого лосьона, и от воспоминаний о пережитом ею любовном неистовстве в голове у нее снова все поплыло.

Она помнила его. Каждой клеточкой своего тела, каждой частицей и каждым нервным окончанием она помнила его прикосновения и откликалась на них с нерассуждающей готовностью. Губы Джессики слегка покалывало от возбуждения, груди потяжелели и налились, а сердце свело пронзительной сладкой болью. Как ей только могло прийти в голову, что мужчиной, ласкавшим ее в темном патио, могли быть Ник, Кейл или даже — страшно подумать! — Карлтон Холивелл? Впрочем, Джессика уже поняла, что все это время она надеялась на это, интуитивно зная, кто на самом деле был ее спасителем, ее ласковым и нежным любовником. Она узнала его в тот самый миг, когда они невзначай соприкоснулись в лимузине, когда ехали в ресторан, и с тех пор прилагала отчаянные усилия, чтобы спрятать от самой себя это знание. И, как выяснилось теперь, все было напрасно.

Так что же, неужели она сдастся так просто, без борьбы? Ну уж нет!..

Джессика откинула голову — что было не самым мудрым шагом, поскольку ее напряженные острые соски немедленно уткнулись в грудь Кастеляра, — но это уже не могло ее смутить.

— А где фотографии? — спросила она напряженным шепотом. — Вы уже показали их деду или оставили на крайний случай?

Его лицо исказила мучительная гримаса; в следующее мгновение Кастеляр с силой оттолкнул ее в сторону.

— Вы действительно считаете, что я на это способен? — спросил он звенящим от негодования голосом.

— А разве нет? — парировала Джессика, и ее руки непроизвольно сжались в кулаки. — Я случайно попала на вечеринку, которая превратилась в оргию, так что мне некуда было деваться. Вы появились как раз вовремя, чтобы спасти меня от какого-то распаленного негодяя, а потом вы… мы….

— Потом мы занимались любовью, — закончил он таким жестким тоном, какого она еще ни разу от него не слышала. — Мы двое, вы и я. И я не совершил ничего, что было бы противно вашей воле. Или вашему желанию.

— Я растерялась, я была вне себя, и вам это прекрасно известно! — резко возразила Джессика. — Вы этого ждали и рассчитывали… Вы воспользовались моим состоянием, моей беспомощностью!

— Я воспользовался вашим состоянием, потому что… — Кастеляр внезапно оборвал сам себя, сообразив, что он только что приговорил себя. И был близок к тому, чтобы усугубить свою ошибку еще больше. Горло его неожиданно перехватило такой сильной судорогой, что он едва сумел набрать в грудь воздуха, чтобы сказать хотя бы несколько слов в свое оправдание.