Искренне Ваша - Берд Джулия - Страница 44

Он хмурился все сильнее. Очевидно, подбирал оскорбления побольнее.

– Вам следовало наряжаться к ужину в своих покоях. Вы же будущая виконтесса, черт бы вас побрал! Неужели вы, купеческое отродье, до сих пор этого не поняли?

Лайза закаменела, выпрямив спину.

– Я не в настроении наряжаться, – объяснила она, спокойно посмотрев Баррингтону в глаза, и снова взялась за работу. – Но к приезду гостей я буду готова, можете мне поверить, ваша светлость. Хотя вам это нелегко.

– Разумеется, ведь только что дали мне еще один повод не доверять вам.

В этих словах прозвучало такое злорадство, что Лайза вскинула голову:

– В чем дело? О чем вы говорите?

Баррингтон обошел вокруг нее и встал так, чтобы она могла смотреть ему в лицо, не щурясь от солнца. И протянул лист бумаги. Лайза сразу узнала его и чуть не ахнула.

– Прочтите, – рявкнул он, заметив ее колебания.

Лайза взяла письмо и прочла слова, которые уже видела несколько часов назад. «Встретимся в парке перед ужином. У меня есть план». Почему она не спрятала письмо Джека в надежном месте? Как оно попало к Баррингтону? Ведь она заперла письмо в секретер. Свернув листок, она перевела скучающий взгляд на лицо виконта.

– Вам принес его кто-нибудь из ваших распутниц в надежде на подачку? Ну и зачем понадобилось показывать письмо мне?

Баррингтон схватил ее за локоть, рывком поставил на ноги и хлестнул по щеке.

Лайза вздрогнула, но сдержала вскрик. Ей казалось, что на щеке остался отпечаток ладони виконта, щека горела, но прикоснуться к ней она не смела.

– Я вас ненавижу. Или я вам еще не говорила?

– Это ни к чему. – Он впился пальцами в ее руку, оскалив зубы. – Ваши чувства ровным счетом ничего не значат. Сегодня вечером весь свет узнает, что вы помолвлены, обратного пути у вас уже не будет. И не надейтесь, что я буду мириться с вашими грязными интрижками. Я никому не позволю наставлять мне рога. Мой наследник будет похож только на меня, ясно? У вас нет выбора.

– А разве он у меня когда-то был? – выпалила Лайза, пытаясь высвободить руку.

– Вы просто знали, чем грозит вам отказ.

Лайза вырвала руку и потерла ее.

– Откуда у вас эта записка?

– Мой слуга взломал ящик вашего письменного стола. Тот самый, которым вы придавили мне пальцы. Мне было любопытно узнать, что вы прячете от меня.

– Когда вы нарушили мое уединение, я писала другое письмо.

– Да, а это записка от Джека Фэрчайлда. Я узнал почерк. Не забывайте: теперь он служит у меня.

– Но я еще могу отказать вам. Даже после сегодняшней помолвки. Это вы понимаете?

– И опозориться перед всем светом? Этого вы не сделаете, Лайза. У вас не хватит духу. Вы же просто дочка презренного торгаша. Ничтожество. Один неверный шаг – и для вас все кончено. Уже завтра все ваши поступки и мысли потеряют всякое значение.

Он смотрел не на нее, а сквозь нее. Словно она была не человеком, а орудием в его интригах и махинациях.

– Идите за мной, – скомандовал он и зашагал к павильону, увлекая Лайзу за собой.

Она пыталась упираться, но в конце концов ей пришлось почти бежать за ним. Беспомощно оглядевшись по сторонам, она перевела взгляд на одутловатый профиль виконта:

– Что вы делаете?

– То, что следовало сделать давным-давно. – По лестнице, в павильон он поднялся, шагая через две ступеньки. Лайза спотыкалась, едва поспевая за ним.

Под черепичной крышей павильона прятались от дождя стол и стулья, две сплошные торцовые стены скрывали из виду дом. Здесь, в тени, было прохладнее. Ветер овеял Лайзу, пробрался под тонкое платье, по спине побежали мурашки.

– Чего вы от меня хотите? – спросила Лайза, когда виконт остановился посреди павильона и отпустил ее руку.

– Того, что принадлежит мне по праву, – услышала она ледяной ответ. Баррингтон снял сюртук, небрежно бросил его на спинку стула и начал расстегивать рубашку. – Раздевайтесь.

Минуту Лайзе казалось, что она ослышалась. Потом она недоверчиво засмеялась:

– Что?

– Да, да, Лайза. Хватит притворяться недотрогой. Снимайте одежду, или я сам ее стащу.

Он распахнул рубашку, обнажая белую безволосую грудь. С таким же успехом он мог бы выхватить пистолет и выстрелить Лайзе в лоб. Она оторопела.

– Милорд! – воскликнула она и попятилась. – Что это вы затеяли?

Он ухмыльнулся:

– А я думал, это очевидно. Закрепляю за собой право на ваше приданое. На испорченный товар уже никто не польстится. Вы моя, Лайза, и я могу сделать с вами все, что захочу. Постарайтесь хорошенько запомнить это. Сначала родите мне наследника, а потом блудите с кем хотите – мне все равно.

– Дьявол! Вы все подстроили заранее! – в бешенстве выкрикнула Лайза.

Его ухмылка стала шире.

– Ну разумеется. Я же говорил: я ничего не пускаю на самотек, – Он спокойно повесил рубашку па стул рядом с сюртуком.

– Я помню о долге, сэр. И сделаю все, чтобы защитить близких. Я буду вашей женой во всех смыслах этого слова, хотя от этой мысли меня тошнит. Но я подчинюсь вам только после свадьбы, когда это будет абсолютно необходимо. Это вам ясно?

– О да, конечно.

Она попыталась проскользнуть мимо него к выходу из павильона, он поймал ее за руку, рванул за ворот платья и обнажил грудь. Лайза задохнулась от возмущения, а ее соски предательски затвердели на прохладном ветру.

– Вижу, мое внимание вас уже разволновало.

Лайза вскинула руку для пощечины, но он успел перехватить ее и вперил похотливый взгляд в лилейно-белые полушария.

– Они прелестны, дорогая. Это несомненно. Пожалуй, даже роскошны. – Притянув Лайзу к себе, Баррингтон грубо подхватил ее грудь свободной рукой и принялся безжалостно мять. – Нравится?

Сгорая от стыда и отвращения, вспоминая рассказы Джека о любовницах виконта, Лайза рванулась из его объятий. Баррингтон двинулся за ней.

– Куда же вы, дорогая? Я только начал…

– Я ненавижу вас, Баррингтон! – прошипела Лайза, запахивая платье на груди. От унижения ее тошнило, казалось, она выпачкалась в зловонной грязи. Щеки ярко пылали. – Господи, как я вас ненавижу! И если вы…

Она осеклась, наткнувшись спиной на стену павильона. Баррингтон метнулся к ней и прижал к стене, жарко дыша ей в лицо.

– Вам не повредит пара уроков любви, милочка, – забормотал он. – Запомните, от возлюбленного убегать не положено.

Он отстранился, чтобы расстегнуть брюки.

– Это ненадолго. Я просто лишу вас девственности и посею свое семя.

Она яростно замотала головой:

– Вы негодяй!

– Да, – с усмешкой согласился Баррингтон, протянул руку и схватил Лайзу между ног через платье. Ахнув, она размахнулась и влепила ему пощечину. Хлесткий удар огласил тихий павильон. Голова Баррингтона мотнулась в сторону, на миг он растерялся, схватился за щеку, и Лайза сжалась, ожидая ответного удара. Но виконт изумил ее неожиданной улыбкой, напоминающей оскал голодного зверя. – А у вас, оказывается, горячая кровь, дорогая! Какой приятный сюрприз! Жаль, я не взял с собой хлыст.

Ветер донес до Лайзы удушливый запах гвоздичной туалетной воды виконта, и она чуть не закашлялась. Его прикосновения вызывали у нее чувство омерзения. Она кинулась бежать, но он схватил ее за руку и стиснул в объятиях. И поцеловал – безжалостно, проталкивая склизкий язык между сжатых губ. Не выдержав такого насилия над собственным ртом, Лайза вцепилась виконту в волосы и стала вырываться.

– Ох! Пусти, дрянь!

Он сжал ее запястья, но Лайза не отпускала его шевелюру. Не сумев высвободиться, он с ненавистью уставился ей в глаза.

– Пусти сейчас же, тварь!

– Отец убьет вас за это, – выпалила Лайза.

– Наоборот, поблагодарит. Иначе пусть и не мечтает о знатном внуке. А для меня это единственный способ заполучить деньги и расплатиться с карточными долгами. Вы еще не поняли, что женщина – игрушка в руках мужчин?

Порывисто наклонившись, он укусил ее за руку. Вскрикнув от боли, Лайза отпустила его волосы. И тут на нее обрушился удар – резкий, точный, опрокинувший ее на пол.