Отзвуки серебряного ветра. Мы — есть! (Честь+Вера) - Эльтеррус Иар - Страница 163

— Что ж, мы пошли, — кивнул ему Семин. — Спасибо за помощь.

Они подставили нужные координаты, переместились и оказались посреди небольшой тенистой улочки. Здесь располагались только виллы людей значительно выше среднего достатка. Дома были очень разными, вокруг каждого разбит сад или небольшой парк.

— Вон в том дворе я его видел, — показал рукой Марис, поеживаясь, слишком глубоко въелся в него страх перед Берком.

Трое аарн двинулись вперед, не обращая внимания на слетающиеся со всех сторон к кварталу полицейские флаеры. Вскоре перед ними оказался старинный, трехэтажный дом, окруженный фигурной решеткой. Во дворе никого не было, и вообще дом казался вымершим. Николай потянулся внутрь на скорую руку сплетенным щупом, пытаясь понять есть кто-нибудь внутри или нет. И по нему что-то ударило, да так, что перехватило дыхание.

— Назад! — взвыл Семин. — Ты с этим не справишься! Учитель!!!

— Уже иду, — раздался рядом ворчливый голос Кержака. — Так, и что у нас здесь имеется?

Николая отпустило, и он сел прямо на тротуар, ощущая себя мокрой, облезлой мышью. Маг, засевший внутри дома, ударил по нему смертельной связкой, едва ощутив рядом дрожание вероятностного поля. Без помощи учителя его уже не было бы в живых.

— Выходи, — негромко сказал старый орк, но этот негромкий голос заставил колебаться землю. — Имей мужество встретить свою судьбу лицом к лицу.

Дверь распахнулась, и на пороге старинного дома показался высокий человек лет сорока в прекрасно пошитом светло-сером костюме. Он выглядел довольно приятно, но только до того момента, пока кто-нибудь не заглядывал ему в глаза. Заглянувшего охватывала дрожь, и ему хотелось куда-нибудь спрятаться. Абсолютно холодные, даже ледяные глаза не имели и малейшего намека на человеческие чувства.

— Кто ты, урук-хай? — мрачно спросил он.

— Кержак Черный, — оскалился орк. — Аарн.

— Что тебе от меня нужно? Я перешел тебе дорогу?

— Твой учитель.

— И что с ним стало? — поинтересовался Берк.

— Ожидает суда в тюрьме, — оскалился Кержак.

— Маг?

— Он больше не маг.

Только тут Берк заметил за спиной орка старающегося стать как можно незаметнее Мариса.

— Ты! — рявкнул он. — Трус поганый! Ты думал, я тебя тогда не заметил? Почему не доложился?

— Он теперь мой ученик, — ответил вместо Мариса Кержак.

— Взял бы ты лучше меня, урук-хай, раз уж мой учитель больше не маг, — фыркнул Берк. — Я раз в десять сильнее. И приказы умею выполнять в отличие от этого идиота.

— Касра? — повернулся к эльфийке старый орк.

Но ту рвало, она стояла на коленях и содрогалась в рвотных спазмах.

— Это не человек, учитель… — простонала она, немного отойдя. — Это змея какая-то… У него нет души, он любое зверство сотворит, ничего при том не испытав! Я чуть с ума не сошла, в него заглянув.

— Понятно, — поморщился Кержак и снова повернулся к совершенно спокойному Берку. — Такие, как ты, магами быть не должны. Потому!

Тысячи вероятностных нитей захлестнули Берка, впервые на его лице появилось хоть какое-то чувство — неподдельное изумление. Да и было чему удивиться — ни один из магов обитаемой галактики и представить не мог себе обычных для Кержака плетений. Кроме Командора, конечно, но его в расчет брать вообще не стоило, он стоял на совершенно особой ступени. Берк корчился, пытался сопротивляться, но ничего поделать не мог — все его связки сами собой рассыпались, Кержак легко находил их уязвимые точки и точечными ударами разрушал. Уже знакомое ученикам плетение лишения силы постепенно смыкалось вокруг рычавшего Берка, и тот рычал от отчаяния. Когда все закончилось, он рухнул на крыльцо и глухо завыл, ощущая пустоту на том месте, где привык чувствовать свою силу. Куда-то подевалась вся его невозмутимость, он обводил безумными глазами всех вокруг и продолжал выть. Из дверей выглянула лысая молодая женщина с изможденным желтым лицом.

— Савка! — вскрикнул Марис. — Ты жива?!

Она с ужасом покосилась на воющего Берка.

— Не бойся его, девочка, — добродушно проворчал Кержак. — Он уже никому не опасен. Я лишил его Дара, он больше не маг. Иди сюда.

Савка, обойдя Берка метра за три, осторожно двинулась к нему. Чтобы вырваться из-под власти этого страшного человека она готова была на все. Орден? Пускай, она ничего плохого Аарн никогда не делала. Только бы вырваться, сил уже никаких нет выносить его постоянные издевательства. Если при учителе Берк кое-как сдерживал себя, то наедине разворачивался так, что… Савка никогда не рассказывала никому о том, что делал с ней Берк, все равно ведь никто не поверит. И уж точно никогда ничего не говорила доброму, но немного глуповатому Марису.

— А девочка подходит, — заявила Касра. — Полностью наша. Чего только не вытерпела, Берк над ней вдоволь наизмывался. Но сумела остаться собой, не сломалась. Иди сюда!

Она подошла к дрожащей Савке и обняла ее. Потом негромко сказала:

— Меня тоже из рук палачей вынимали. Не бойся, никто тебя больше не обидит.

Но та вся дрожала, продолжая с ужасом смотреть на затихшего Берка, из глаз которого рвалась жгучая, почти физически ощутимая ненависть.

— Ты сделал сегодня ошибку, урук-хай, — мертвым голосом сказал он. — Если бы ты меня взял, не было бы у тебя пса вернее. А теперь нет врага лютее. Лучше убей сразу, а не то я когда-нибудь приду и отберу у тебя все, что тебе дорого…

Он опустил голову, из прокушенной губы на крыльцо закапала кровь. Берк плакал. Это казалось невероятным, но этот зверь, не имевший, казалось, никаких человеческих чувств, плакал.

— Был бы ты хоть немного человечнее, взял бы, — проворчал Кержак, покачав головой. — Каждому да воздастся по делам его. Станешь из зверя человеком — приходи. Восстановить отсеченный дар можно. Но зверь не должен быть магом.

— Я только выполнял приказы моего господина.

— А понятие «преступного приказа» тебе не знакомо? — спросил Николай.

— Это для слабаков, — фыркнул Берк. — Сильный не боится делать необходимое.

— Это не сила, — покачал головой Кержак. — Это как раз слабость. Неспособность победить зверя в себе. Если бы ты только выполнял приказы, еще бы ладно. Но зачем ты мучал вот эту девочку?