Обреченный рыцарь - Лещенко Владимир - Страница 65

Гавейн раздавил пробегавшую мимо панцирную крысу подкованным сапогом, но выскочившие из подворотни два песиголовца заставили его опять взяться за меч…

– Иди сюда, лохматая ты морда! Я тебе сейчас кишки на хвост намотаю!

Крепыш уколол бросившегося на него монстра прямо в глаз. Передышка в несколько мгновений – и новая атака. Вновь пригнувшись от удара тяжелой лапы в щит, рыцарь рявкнул прямо в оскаленную морду песиголовца:

– Ну все, кабыздох, ты меня достал!

После чего воткнул узкое жало клинка в распахнутую пасть. Потом походя еще добил поскуливающего у него под ногами крысюка, раненного кем?то из дружинников, и крикнул Парсифалю:

– Двигаемся вперед! Я прикрываю!

Осознание того, что бой будет сильным, а смерть в случае чего – страшной, не останавливает безумцев от нелепых поступков.

Перед ними оказалась большая толпа лохматых выродков – при этом на удивление правильно построенная – на подобие римской когорты. И в руках у многих бритт различил, с немалым страхом, палки и дубины.

«Мы пропали!» – отрешенно подумал он.

На них надвигалась первая шеренга – не меньше десяти тварей…

…Блондин повернулся к очередному врагу. Монстры друг за другим попытались достать его неуклюжими ударами дубин.

Один удар Парсифаль отбил щитом, другой принял мечом, затем подался всем весом вперед. Будь песиголовцы посообразительнее, они бы отошли назад, и настал бы конец тевтону, но…

Сделав небольшой шаг, дабы перенести центр тяжести на ногу, он резко раздвинул руки в разные стороны, а затем вернул их обратно. Твари были слабее его, а потому их палицы оказались в стороне, тогда как перед их дубинами были меч и щит Парсифаля. Два подряд точных удара и два новых трупа…

…Окинув павших монстров равнодушным взглядом, Файервинд прошептала слова, автоматически всплывшие в памяти, и в ее руке появилась узкая полоска красноватого сияния, по форме напоминающего меч.

Песиголовцы остановились и что?то презрительно пролаяли – должно быть, что их, великих и непобедимых, не удастся запугать каким?то фонариком. Вся их шайка дружно зашлась противным гавкающим хохотом.

Не меняясь в лице, ведьма сделала несколько взмахов, вычертив в воздухе багряные восьмерки. Через несколько секунд на землю посыпался буквально град отвратительных голов, из обезглавленных тел ударили фонтаны зеленой крови.

Чаровница продолжала мерно размахивать магическим клинком, отчего на землю перед нею падали все новые кровоточащие части тел песиголовцев, ежоидов и прочих страшилищ.

Навье замерло в замешательстве – еще бы, ведь три десятка из их братии валялись мертвыми, расплываясь в слизь. Правильно оценив ситуацию, песиголовцы спешно попытались ретироваться, но было уже поздно – Меч Молнии разил без промаха.

Навстречу колдунье выкатился громадный сгорбленный человекопес белого цвета.

В его единственном глазу помимо злобы светилось и еще что?то, похожее на зачатки разума.

Пожалуй, с этим можно было бы поработать…

– Гавейн, Парсифаль, помогите, – обратилась к рыцарям Файервинд. – Попробуем этого вот красавчика поймать…

И начала готовить заклятие, связывающее разум монстра.

И тварь словно почуяла что?то. Грозно зарычав, она вперила око прямо ведьме в глаза. И ведьма увидела…

Вот бедно одетая девочка лет десяти собирает грибы в лесу неподалеку от своего дома, стоящего посреди елового бора.

Предательски хрустнул сучок, ребенок оборачивается на звук, и становится слышно прерывистое дыхание девочки и ее гулкое сердцебиение, отдающее эхом в сознании. Она подходит ближе к источнику шума… Рывок, и огромный, покрытый бурой шерстью зверь проламывается сквозь еловые лапы и набрасывается на девочку, успевшую только широко раскрыть свои большие синие глаза с длинными ресницами, прежде чем теплая кровь заструилась по груди человека?волка. Мощные лапы рвали обмякшее тельце, ломая кости, раздирая сухожилия и мышцы, вырывая куски кровавой плоти…

Вот стражник у ворот – видимо, у ворот Искоростеня.

Налетевший из молочно?сизого тумана зверь вонзил когти в податливое тело очередной жертвы, одним движением лап содрал кожу с лица часового, оголив череп, ставший чудовищной кровавой маской с двумя огромными бельмами. Крик немыслимой боли потонул в булькающем хрюканье, так и не сорвавшись с уст бьющегося в агонии человека, когда оборотень вырвал его трахею. Когти раздирали тело стража, клыки впивались в плоть – не голод, но нечто иное заставляло ужасное создание убивать жертвы. Оно было ВРАГОМ любого из живущих в этом мире.

«Мерзкие… мерзкие…» – вертелось в мозгу у мета?морфа.

И ничего больше – злоба, отвращение и… и все…

– Пленных не берем! – сказала Файервинд и сделала выпад в сторону страшилища.

Бой закипел с новой силой.

Осмысленно отдавая себе отчет в том, что нельзя дальше ступать ни шагу, магичка все же ощущала, что у нее нет возможности противиться силе, толкающей ее вперед по этому опасному пути.

Держаться!

Просто крик, потонувший в безмолвии…

Зная, что удар последует неминуемо и будет страшней предыдущего, все же дерешься…

Держаться!

Годы учебы, годы схваток – за дело хозяев и просто ради спасения жизни – все было ради этого момента.

И словно подарок от неизвестного друга: приток новой силы – чистой, непонятной и, казалось, неиссякаемый.

Почувствовав, что ее кто?то дергает за рукав, ведьма резко развернулась, призывая Силу. Но предметом беспокойства, к ее немалому удивлению, оказался Парсифаль.

– Госпожа, госпожа, не тратьте силы! Вы же говорили, обещали.

Остудив ярость, ведьма позволила ученику утащить себя обратно под прикрытие, не забыв при этом погасить лезвие.

Они отступили обратно в палаты.

Едва за ними закрылись двери, горожане тут же принялись заваливать вход досками и бревнами.

Усталые дружинники поднялись на второй этаж.

Крики, стоны раненых, плач детей, женские стенания и молитвы священников и парочки волхвов…

«Еще на пару атак нас хватит, – отрешенно подумала ведьма. – Потом твари или перережут отряд прямо на площади, или ворвутся сюда».

Уже знала, что будет делать дальше.

Схватив в охапку Гавейна, а если повезет – и Парсифаля, она покинет обреченный город. Или, плюнув хоть единожды на доводы разума, ограничиться одним лишь блондином? Ну сколько можно стараться ради других? Не пора ли и о себе, о собственном счастье подумать?

Порталы не могут открывать даже лучшие маги ти?уд, а Старых Троп тут нет. Так что ей придется просто улететь, истратив остатки заряда в Амулете Силы.

А потом надо будет связаться с Мар?Гаддоном, с египетскими жрецами, с шаманами Африки и Аунако, с чародеями Чжунго и Вендии… Да хоть с мудрецами Шамбалы!!

И закрыть проход темным тварям!

Странное ощущение полета собственного тела в пространстве и времени совсем не занимало Орландину, хотя и было неприятным. Вдруг холодный освежающий ветерок пахнул прямо ей в лицо, и амазонка приземлилась на кучу хлама, сваленного в углу какого?то обширного темного помещения.

Пока ее глаза привыкали к сумеркам, Орландина беспрестанно водила мечом вокруг себя. Даже тени тут могли представлять опасность. Судя по всему, за стенами шел бой – выли псы, квакающе завывали неведомые создания, слышались удары дубин, лязг стали и крики о помощи.

– Тише ты, спрячь железку! – возникший словно ниоткуда Вареникс положил руку на плечо девушке.

– Ой, кто тут?! – взвизгнул испуганный голос.

В дальнем углу что?то зашевелилось.

И вот перед вновь прибывшими предстали обитатели подвала.

Мужчина средних лет с младенцем на руках, несколько испуганных старушек и два дровосека – высокий и худой и низенький толстячок.

При виде странной парочки – воительницы и явного представителя «нечистой силы» – они растерянно захлопали глазами.