Война колдунов. Штурм цитадели - Рудазов Александр - Страница 93

День был жарким, а ночь выдалась теплой. Ни единого ветерка, ни единого облачка – серым метеомагам поручили обеспечить сегодня хорошую погоду. На горизонте видны переливающиеся букеты фейерверков. Они еженощно озаряют небеса с самого дня победы.

Вот и фонтан. Огромный журчащий фонтан. Вода в лунном свете мягко серебрится, меж струй мелькают гибкие тела зеркальных карпов.

А у бортика – тихо всхлипывающая девушка в белом платье.

– Привет, Гвенни, – негромко произнесла Вон, садясь рядом. – А ты чего тут делаешь?…

– Я плачу! – обернула к ней разгневанное лицо принцесса. – Что, слез не видишь?! Вот они, на щеках!

– Да было бы из-за чего плакать… Подумаешь, большое дело – свадьба…

– Но я не хочу выходить замуж! Тем более… за этого! Уж лучше б я тогда за того колдуна замуж вышла – он хотя бы культурный был, обходительный!…

– Зато кожа серая…

– А у этого – красная! Большая разница! Кстати, а что с тем колдуном стало?…

– Э-э-э… кажется, утонул в реке… – чуть поколебавшись, соврала Вон.

Как-то неловко сообщать, что бывшего жениха принцессы сожрал их домашний джинн.

– Даже жалко немножко… – вздохнула Гвениола. – Он был получше остальных серых…

Ванесса промолчала. Рука опустилась в мерцающую воду, разгоняя снующих карпов. Воцарилось тягостное молчание.

– Может, мне сбежать?… – вдруг спросила Гвениола.

– Куда?! – опешила Вон.

– Не знаю. Куда-нибудь. Куда глаза глядят. Все лучше, чем выходить замуж без любви!

Ванесса задумалась, с сомнением морща носик. Лет десять назад она бы под этими словами подписалась. Но теперь ей двадцать пять, она почти четыре года прослужила в полиции и успела потаскаться по разным мирам в компании одного циничного ублюдка…

– Куда глаза глядят, да?… – хмыкнула Вон. – А кушать что будешь? В поломойки наймешься? Или в бордель подашься?

– Хорошо было бы жить в лесу… – прошептала Гвениола, подняв глаза к звездам. – Питаться ягодами и орехами, спать на траве, просыпаться под пение птиц, дружить с лесными зверями…

– Стоп! Стоп, стоп, стоп! – аж сморщилась Ванесса. – Попридержи коней, Белоснежка! Это тебе не мультик дядюшки Диснея! В настоящем лесу ягоды и орехи черта с два отыщешь. На траве спать неудобно – она грязная и холодная… а зимой так вообще караул. Лесное зверье с кем попало дружить не захочет – разве что волки согласятся. А если встретишь семерых гномов, то узнаешь, что в жизни это ребята суровые, запросто способные шарахнуть киркой по башке…

– Кого встречу?… – пролепетала испуганная принцесса. – Маркиза, о чем вы?…

– А, ну да, этих ты тут вряд ли встретишь… Но в целом ты поняла, что я имею в виду?…

Гвениола жалобно всхлипнула, утыкаясь Ванессе в плечо. Та сострадательно вздохнула, гладя золотистые локоны. Не позавидуешь бедняжке – только-только позабыла о гибели родителей и сестер, сбросила с плеч ненавистный плен у серых… и вот на тебе, снова силком пихают под венец! Причем теперь уже как бы друзья – а значит, нечего и надеяться, что кто-нибудь явится и выручит.

– Ну что ты так разнюнилась, Гвенни?… – жалостливо покачала головой Вон. – Я вот никогда не раскисаю… хотя иногда удержаться трудно.

– Мне так плохо!… – расплакалась принцесса. – Я хочу умереть!

– Ты только при Креоле этого не говори, – вздохнула Ванесса, подавая невесте очередной платок. – Он такие желания исполняет на раз.

Гвениола снова безутешно разрыдалась.

– Слушай, мы тут уже битый час сидим… – неловко пробормотала Вон. – А там на площади чертова уйма народу собралась… Священник там старичок щупленький, кашляет все время – еще простудится, чего доброго…

Гвениола упрямо молчит, не поднимая глаз.

– А еще у Креола терпение может лопнуть – явится сюда, орать начнет…

Тут Ванесса слегка сгустила краски. Насколько она успела изучить своего учителя – сюда тот совершенно точно не явится. Серые благополучно разбиты, торопиться теперь некуда, можно на какое-то время расслабиться.

Вполне может быть, что Креол сейчас попросту дрыхнет.

– Ну что, пойдем?…

Гвениола снова шмыгнула носом, но все же чуть заметно кивнула. Ванесса помогла выплакавшейся принцессе подняться на ноги и повела ее по тропинке. Медленно, осторожно, шажок за шажком…

– Слава Единому, маркиза, наконец-то! – приветствовал их появление Обелезнэ. Последние полчаса король неотрывно глядел на серебряные часы. – Ваше высочество, младшая моя сестра, я счастлив поздравить вас в этот знаменательный день…

– Вах… швы… страш… – хлюпая носом, пробубнила принцесса, глядя на короля покрасневшими глазами.

– Ну, и все такое прочее, – закруглился король, поняв, что какие бы то ни было поздравления в данном случае не слишком уместны.

Площадь заполнена народом до отказа. Светло, как днем – ярко пылают масляные фонари, да еще и колдуны зажгли свои светильники. В толпе оставлен широкий проход – прямо к алтарю, у которого жмется худенький первосвященник в церемониальном облачении. Рядом скучающе переминается с ноги на ногу Логмир в роскошном камзоле. Его таки сумели запихнуть в праздничный наряд – хотя у камергера изрядно прибавилось седых волос.

Ванесса не успела толком узнать правила и обычаи настаолизма. Но вроде бы свадьба у них в целом похожа на католическую. Вот, платье на невесте тоже белого цвета. И к алтарю ее ведет отец.

К сожалению, батюшка Гвениолы, король Казикал, сейчас пребывает в благом Шемуссене. Поэтому невесту взялся сопроводить другой король – Обелезнэ. По возрасту вполне годится в отцы – ему сейчас ровно сорок, а Гвениоле не так давно исполнилось восемнадцать.

Ванесса поискала глазами Креола. Не нашла, конечно. Скорее всего, действительно дрыхнет без задних ног – чхать он хотел на подобные мероприятия.

Не дойдя до алтаря какого-то десятка шагов, Гвениола вдруг вырвала руку у короля Обелезнэ и кинулась к Ванессе, как к спасательному кругу. Толпа издала хоровое аханье.

– Все в порядке, невеста слегка перенервничала, со всяким бывает! – натянуто улыбнулась публике Вон. – Гвенни, не срывай церемонию, ну пожалуйста!

– Но я не хочу, не хочу замуж! – жалобно захлопала ресницами Гвениола. – Я хочу найти себе идеального мужчину!…

– Поздравляю, ты его только что нашла! – резко толкнула ее вперед Вон.

Потерявшая равновесие принцесса ойкнула, влетая прямо в объятья к Логмиру. Тот улыбнулся широченной улыбкой, глядя в обреченные глаза Гвениолы.

– Хой, – дружелюбно поздоровался жених. – Это я.

– Искупление Единого, за что мне этот ужас?… – прошептала невеста.

– Судьба так сложилась, – философски пожал плечами Логмир.

Хакудочи Первый, недавно избранный патриарх Ларийский, тягостно вздохнул, в упор глядя на краснокожего жениха. Несомненно, этот юноша весьма храбр и доблестен, но он же, как ни крути, язычник!

Последние десять минут патриарх вполголоса расспрашивал его на разные темы и узнал, что Логмир Двурукий не только поклоняется ложным богам, но даже не может определенно сказать, каким именно! Кажется, у этих дикарей четыре разных веры – все-таки Закатон весьма обширен, там немало всяких стран и народов… но патриарх впервые встретил человека, не знающего, какой конфессии принадлежит!

Впрочем, если рассудить здраво – это даже неплохо. Кажется, у себя на родине жених слывет великим героем. Если такой человек наденет корону Ларии и примет настаолизм, то – вполне может быть! – найдутся и другие закатонцы, что пожелают обратиться к Единому.

Давно следовало обратить внимание на этих заблудших язычников.

– Друзья мои! – поднял старческие длани патриарх. – Единый собрал здесь всех нас, чтобы сделать свидетелями великого события. По воле Его и по слову Его ныне объединяются два любящих сердца. Скажи мне ты, Логмир, согласен ли взять в жены Гвениолу, чтобы любить ее, беречь и почитать до конца своих дней?

– Ну, в целом я как бы не против, – пожал плечами Логмир. – Можно даже сказать, что я за. Да, точно.

– Прекрасно! – натянуто улыбнулся патриарх. – А теперь скажи мне ты, Гвениола, согласна ли взять в мужья Логмира, чтобы любить его, беречь и почитать до конца своих дней?