Кругом одни принцессы - Резанова Наталья Владимировна - Страница 50

Ладно, не будем отвлекаться. Я придвинула пергамент и макнула перо в чернила.

Происхождение. Самых благородных кровей. Копия анализа крови, заверенной городским нотариусом Шпацирена, а также доктором медицины Айроном Мэйденом, прилагается.

Образование. Домашнее.

Предыдущее место работы. Военная Академия имени Скатах.

Вероисповедание. Ортодоксальная пофигистка.

Судимости. Не имею.

Это была чистая правда. Я, конечно, как все приличные люди, попадала в темницы, но всякий раз без суда и следствия.

Вопросов в анкете было много, и я решила последовать мудрому правилу «Отложи на завтра то, что неохота делать сегодня», а пока что пойти поужинать. Первое время в Шпацирене я нанимала кухарку, но когда стало ясно, что кормить контингент учащихся не придется, я ее уволила.

Заперев дверь на ключ, я чинной походкой двинулась по улице. Смеркаться только начинало, и фонарей пока не зажигали.

На воротах больницы милосердной Лады Самаритянки красовался свежий плакат, изготовленный в университетской типографии.

«Факультет криптомедицины предупреждает: жизнь опасна для вашего здоровья!»

Это был тот редкий случай, когда мне не хотелось спорить с преподавателями криптодисциплин. Хотя направлялась я туда, где встретить их не было вероятности. Харчевню «Элементал» облюбовали городские чиновники, и профессора туда не совались по причине упомянутых финансовых разногласий.

Содержательница харчевни мадам Лавэ была вдовой местного алхимика, и процветающее состояние заведения заставляло горожан поговаривать, будто Лавэ, в отличие от большинства своих собратьев, таки преуспел по части превращения конского навоза в золото.

Я же думаю, что мадам Лавэ достигла успеха благодаря умению разнообразить традиционные шпациренские блюда типа свиных колбасок и яблочного штруделя. Да и в баре можно было найти кое-что поинтересней сидра, хватило бы денег.

Лично я сегодня заказала баранину под острым соусом и бутылку бренди. Посетителей пока было немного, и хвала всем богам, певцы и музыканты еще не приступали к работе. Совсем обойтись без этой публики было нельзя, в Шпацирене категорически считали, что процесс поглощения пищи должен происходить под музыку, иначе она плохо усваивается.

Напротив меня за столик умостился городской советник Кардиган, с которым мы поддерживали приятельские отношения.

– Привет, Этель, – сказал он.

Такое имя я здесь выбрала. Надоели варианты с «Тессой», «Конни», «Рин» и «Присси». Потому, вспомнив, что на одном варварском языке «Этелинда» означает «наследница», я усекла это слово до «Этель». Можно было назваться и Линдой, но на том же языке это значит «змея». Ничего не имею против, но зачем сразу сознаваться?

Кардиган, прихлебывая суп из бычьих хвостов, сообщил мне о последнем проколе криптопрофессоров. Не так давно они запросили у магистрата безвозвратную ссуду, поскольку пригласили читать лекции знаменитого мэтра Логинуса Славуса, автора прославленной «Драконографии». Было всем известно, что Славус по образованию алхимик, а не ловец драконов, и не опошлял теорий пошлой практикой. Но Кардиган связался с мэтром и с удовольствием узнал, что он ответил криптопрофессорам отказом и что нужно понимать шутки. Выпили за здоровье Логинуса.

Несколько отмякнув душой, я спросила советника:

– Слушай, Карди, ты умный человек, – можешь ты мне ответить: почему, когда я занималась делом, которое считается не женским, то проблем с клиентурой у меня не было? А как только я решила заняться делом сугубо женским, то есть открыла школу для благородных девиц, то с клиентами тут же обнаружилась недостача?

– Насчет прежней твоей работы ничего не скажу – сам не видел, – отвечал рассудительный Кардиган. – А насчет нынешней… Ты уверена, что верно поступила, предложив свои услуги благородным семьям?

– Так ведь простолюдинок, друг мой, учить выживать не надо. Они к этому приучаются с самого рождения.

– Хорошо. Тогда рассмотрим другую сторону проблемы. Благородные семьи, вообще-то, знают о твоей школе?

– Должны бы знать. По прибытии в Шпацирен я разослала извещения по всем адресам, которые значились в местной Панбархатной книге.

– И, разумеется, письма попали в руки родителей. – Кардиган хмыкнул. – Да какие же папаши и мамаши, да еще знатные и титулованные, допустят мысль, что их доченькам когда-нибудь придется бороться за выживание? Если бы ты обратилась к самим девицам, может и была бы какая-то отдача. А так…

В рассуждениях Кардигана имелась определенная логика, но настроение мне это не улучшило. Мы снова выпили. Не помогло. Вдобавок на возвышении справа от стойки послышалось деликатное покашливание. Затем затренькала лютня.

Заведение мадам Лавэ, в дополнение к множеству достоинств, имело один крупный недостаток. Мадам допускала к исполнению сугубо благопристойные музыкальные номера. «Элементал», мол, посещают люди солидные, сановные, и никакие фривольности не должны раздражать их слух.

И сейчас местный миннезингер, толстенький и белобрысый, завел благочестивый гимн, достававший меня на всем пространстве от Радужного моря до Навек Заледеневшего.

Горловая трель, пущенная вслед за этим, доконала меня окончательно.

– Все! Если этот зингер не заткнется, будет ему шухер! И всем, кто станет возражать! И плевать, что драка в харчевне – сюжетный повтор!

Кардиган деликатно отодвинулся. Он в драки не встревал, но и другим не мешал.

Но учинить драку, и вообще вылезти из-за стола, я не успела, на счастье зингершухера, то бишь миннезингера. Он так и не узнал, что ему угрожало.

– Госпожа, у меня послание для вас, – раздался низкий голос, тихий, но вполне отчетливый. Я оглянулась. Возле стены стоял человек в темном плаще с капюшоном, скрывавшем лицо. На его камзоле я разглядела нашитый вымпел с черными и белыми квадратами. В здешних краях такой значок обозначал наемного гонца. Причем срочного. Он протянул мне свернутый в трубку и запечатанный пергамент.

Я сломала печать и недоуменно вперилась в размашистые строчки.

«Вас ожидают в Динас-Атас. То, что вам желают поручить, сложно, опасно, но чрезвычайно важно. Вы не останетесь без вознаграждения».

– Вы, сударь мой, уверены, что письмо предназначено мне? Здесь не указан адресат.

– Мне вас описали, – коротко ответил гонец.

«Интересно, в каких выражениях», – подумала я, но вслух спросила лишь:

– Кто?

– Тот, кто отдал мне послание.

Я взглянула на письмо. Подписи тоже не было. На печати красовалось изображение факела – весьма распространенная эмблема. Только здесь она почему-то была перевернута.

– Похоже на то, что отдача, как ты выразился, Карди, все-таки случилась. Тебе что-нибудь известно про Динас-Атас? Не припомню, чтоб я туда писала. Возможно, почтовая контора Шпацирена также воспользовалась Панбархатной книгой.

– Динас-Атас, в просторечии замок Атасный, – старое имперское владение. Забыл, в какой связи я про него слышал… – Кардиган поскреб в затылке. – По-моему, это в горах, за Черным озером, довольно далеко отсюда. Ага, вспомнил! Замок был отдан в ленное держание графу де Во-Преки, а когда тот был казнен, вернулся короне. Не назову точную дату, но было это давно, еще в прошлом веке. Я читал об этом в Хронике Байопика… Выходит, у замка теперь снова есть хозяин.

– Держатель, – поправила я его. – А у того, надо полагать, имеется дочка… или несколько… а присылать их в школу родителю западло…

– Дорога может быть опасной, леса, горы, разбойники, дикие звери, – уточнил Кардиган. – И если этот феодал достаточно высокого рода, вполне естественно, что он приглашает тебя к себе, а не присылает к тебе детей. Если поручение, которое он собирается тебе дать, касается именно детей.