Зона поражения - Орехов (Мельник) Василий - Страница 92

Местность между заводом и Темной долиной была мной исхожена вдоль и поперек. В последнее время я нередко пасся в этих местах, потому что расположенные здесь аномалии не так давно начали порождать новые, еще неизвестные науке и Бубне артефакты, за которые платили втрое. Аномалий здесь, соответственно, было полно: там, где их мало, пастись неинтересно, там уже давно все обобрано салагами. Здесь же рисковали ходить только темные или наиболее опытные сталкеры вроде меня. Совалась сюда и безбашенная молодежь, но смертность среди нее получалась в результате слишком высокой.

Досадно только было, что детекторы аномалий я оставил в рюкзаке. Сам же сложил их туда, идиот, перед баром «Сталкер», чтобы не слишком оттопыривали карманы. И вот на тебе. А у атаковавших нас стрелков никаких приборов не оказалось – их явно привел на огневую позицию ведущий, а именно Грек. Пока я довольно успешно обнаруживал аномалии по косвенным признакам, однако если нам навстречу попадется свежая птичья карусель, без специального датчика я ее определить не смогу. Остается надеяться только на свое легендарное чутье и на благосклонность Черного Сталкера. В конце концов, Дима Шухов вытащил нас сегодня из пасти Стронглава, а это дорогого стоит.

Понемногу смеркалось. Осенью вообще рано смеркается.

Широкий круг из черных перьев и засохших трупиков ворон впереди обозначал птичью карусель. Судя по количеству мертвых птиц, карусель была старая и наверняка давно уже переползла на другое место, однако береженого Хозяева Зоны берегут. Даже если бы датчики показали, что в черном кругу никакой аномалии нет, ничто не заставило бы меня туда сунуться.

Вскоре местность начала понижаться, под ногами снова захлюпало, словно мы опять приближались к Болоту. Навстречу начали попадаться рваные клочья ядовитого тумана. Сейчас нам очень не помешали бы специальные защитные костюмы и респираторы, но чего не было, того не было. Приходилось лавировать между ползущими низко над травой фиолетовыми полупрозрачными хлопьями, одновременно следя, нет ли поблизости аномалий, поэтому скорость продвижения, и без того невысокая, упала еще. Поскольку теперь мы возвращались к Периметру, плотность ловушек на квадратный метр территории стала уменьшаться, однако увеличилось количество попадающегося едкого студня, который всегда сопутствовал фиолетовому туману: он был в каждой луже, он скапливался в низинах, он густыми тягучими каплями сочился с уродливых листьев, которые мутировали до такой степени, что я уже даже не брался угадать, какой породе деревьев они принадлежали изначально…

– Хоп! – негромко выкрикнул я, мгновенно отвлекшись от посторонних мыслей.

Сэм, недавно сменивший Андрея в качестве отмычки, замер как вкопанный. Я подошел к нему и встал рядом. Впереди не было ничего особенного. Подлесок и подлесок. Справа метрах в тридцати маленькая птичья карусель лениво шевелила прошлогоднюю листву. Ерунда, слишком далеко. Слева определенно притаился гравиконцентрат – вон как вершины деревьев подались друг к другу. Что-то неприятно трещит в глубине леса в направлении на десять часов. Слишком далеко трещит, ничего страшного. Какой-то большой зверь пробирается на тот берег Янтарного озера, и ладушки, лишь бы подальше от нас. Отчего же шевелится в районе желудка холодный комок, словно я проглотил огромного живого слизня? Отчего паника медленно, но верно затопляет разум, словно приливная волна, постепенно, метр за метром пожирающая прибрежный песок?..

– Назад! – яростно ору я, хватая Сэма за шкирку и оттаскивая его за собой. Мои охотники инстинктивно пятятся, но осторожно – никому не хочется, спасаясь от одной аномалии, влететь в другую, они уже знают, сколько здесь смертельно опасных ловушек.

Раздается оглушительный механический грохот, и в земле прямо перед нами один за другим возникают внушительные, метра полтора в длину, овальные вдавленные следы. Выглядит это так, будто гигантский и невидимый двуногий зверь, появившись ниоткуда, быстро пересек наш маршрут и снова исчез в никуда. Мы называем эту штуку «Дядя Миша». Столкнувшийся с ней первым Дрон сошел с ума, когда невидимый гигант перешагнул через него; когда его спросили, что произошло, он отвечал, дрожа крупной дрожью: «Дядя Миша прошел». Кого уж он увидел после того, как перегорели его мозги, огромного медведя или какого-то страшного человека, шагающего ему наперерез, неизвестно. Эту штуку так и стали называть – «Дядя Миша», хотя дело, скорее всего, было просто в последовательно возникающих из-за аномальных напряжений в определенном участке земной коры гравиконцентратах. В любом случае попадаться на пути Дяди Миши не стоило.

Выждав некоторое время – Дядя Миша вполне мог вернуться, – мы быстро пересекли его следы и продолжили движение к заветному схрону.

Уже на подходе к Темной долине я вновь разглядел на противоположном конце опушки сгусток мрака, и сердце у меня в груди в очередной раз подпрыгнуло, но на сей раз мутант не обратил на нас никакого внимания. Возможно, химера – та же самая или другая, не знаю, – даже не увидела нас. Она скрылась в лесу, а я поспешил увести свою группу в сторону, чтобы не переходить дорогу такому опасному противнику.

Несколько минут спустя совсем рядом с нами деловито прошел зомби без оружия и в гражданских лохмотьях. Он целеустремленно брел куда-то на север и не обратил на нас никакого внимания. Может быть, его вел зов Монолита, может быть – приказ Хозяев Зоны, а может быть, он только выглядел целеустремленным, на самом деле нарезая бесконечные бестолковые круги вокруг ближайшего горячего пятна.

А еще через несколько минут мы пересекли незримую границу Темной долины.

Когда-то эти места были почти непроходимыми. В низинах скапливался густой ядовитый туман, конденсировавшийся в целые болота студня. Разгуливать по Темной долине можно было только в хорошем защитном костюме. Впрочем, желающих всегда находилось достаточно – тут удавалось отыскать такие редкостные артефакты, за которые Бубна готов был набить тебе деньгами оба кармана и еще капюшон куртки. В последние годы массив тумана начал отступать, уползая к Саркофагу, и по краю Темной долины стало возможно ходить без специального снаряжения – правда, с оглядкой и осторожностью, поскольку клочья тумана продолжали патрулировать территорию. Соответственно, пропали и артефакты – во-первых, исчезла среда, их порождавшая, а во-вторых, когда Темная долина стала лишь немногим опаснее Свалки, охотников за ними стало слишком много.