Империя зла - Гущин Александр - Страница 26

Генсек и поручил военной разведке убрать Петра Мироновича. Это для профессиональных шпионов труда не составило. Бронированный ЗИЛ

Первого секретаря Белоруссии в тот день оказался не готов для поездки, поэтому Машеров поехал на "Чайке" ГАЗ-13. Корпус у "Чайки"

– простая консервная банка. Теперь спецслужбам нужно было сделать так, чтобы эта "Чайка" столкнулась на встречных курсах с каким нибудь грузовиком. Специлистам из ГРУ надо было работать чисто, так как всюду недремлющее око КГБ. Но в таких операциях работает ограниченное количество людей, как правило, из окружения самого политика.

И вот ситуация. Водитель встречного грузовика ГАЗ-53Б Николай

Пустовит в определённый момент почему-то отвлекается, глядя на приборную доску, или на встречную машину слева, или вдруг его начинает клонить в сон. Внезапно Николай Пустовит видит, что он чуть ли не врезается во впереди идущий МАЗ водителя Тарайковича, который, по правилам, уйдя вправо к обочине, притормозил, кстати, не имея стоп сигналов. Чтобы увернуться от столкновения, Пустовиту необходим манёвр влево!

ГАЗ-53Б, уворачиваясь от МАЗа, выскакивает на встречную полосу, в него врезается "Чайка" Машерова. Суммарная скорость составляет около двухсот километров в час. Летальный исход неизбежен. А за рулём

"Чайки" Машерова водитель-пенсионер Зайцев с радикулитом. Реакция пенсионера с больной спиной, не позволяет Зайцеву уйти вправо, в сторону вот этой дороги на птицеферму. Замечу тебе, мореход, что с помощью нейролингвистического программирования человеческого мозга можно незаметно заставить человека вести машину с определённой скоростью, и проезжать контрольные пункты точно в определённое время. Подопытного клиента "ставят на счётчик". Контрольные пункты знает только разведчик-психофизик, он тебя, как на поводке, мимо них ведёт! Ещё могу сказать тебе, уважаемый философ. -

Матёрый шпион прищурился и произнёс вполголоса, как бы доверяя собеседнику военную тайну,

– У тех лиц, которые подвергаются нейролингвистическому программированию, часто заболевает спина. Радикулит шофёра-пенсионера Зайцева, водителя "Чайки" Машерова, его вдруг больная спина, тебе ничего не подсказывает? От злобности спецслужб трещит хребет народа!

Заметь, что ни водитель Тарайкович, ни водитель Пустовит не являются сотрудниками советской разведки! -

Дипломированный шпион смеялся, глядя на непонимающее тупое лицо

Александра.

– Это же элементарно! – шпион с сожалением смотрел на моряка, на этого ограниченного, похотливого русского деревенского мужика.

Профессионал-разведчик с превосходством взирал на неполноценного мирного деревенского философа-лоха.

Не давая опомниться и осмыслить одну информацию, бывший советский шпион освещал уже другой трагический случай:

– В Харькове старший смены авиадиспетчеров Сергеев не был на суде даже в качестве свидетеля! А по инструкции контролировать другого диспетчера мог только сам Сергеев, но никак не Владимир Сумской!

Сумскому 15 лет тюрьмы ни за что дали! Сергеев явно представитель

ГРУ, которому зачем-то необходимо было уничтожить футбольную команду

"Пахтакор". Вот эта узбекская футбольная команда и погибла в авиакатастрофе.

Александр Гущин тупо чесал свою голову и произносил, непонимающе глядя на беглого советского полковника:

– У тебя дед, не все вальты в колоде. Ты точно сумасшедший.

Футболисты-то причём?

– Ищи причину в конкуренции Первых секретарей союзных республик, философ. Элементарная борьба за власть, – говорил дед Лапа. -

Поехали в Минск, любитель "настоящей философии". Я тебе в Минске ещё кое-что покажу.

Как понял дед Лапа, работа Гущина как штурмана, понравилась капитанам наставникам Балтийского морского пароходства, и мореход в конце 1980 года был направлен в группу судов типа "Владимир Ильич".

На теплоходе "Валериан Куйбышев" Александр Гущин проработал с декабря 1980 года по декабрь 1984 года. 17 января 1982 года умер

Варлам Шаламов. Его смерть Александр не заметил. О ней рассказал дед

Лапа, который ездил в Москву к церкви Николы в Кузнецах.

Через месяц, 16 февраля 1982 года у берегов Новой Зеландии, непотопляемый лайнер Балтийского морского пароходства "Михаил

Лермонтов", на котором Гущин проработал 6 лет, в отличную погоду лета южного полушария, этот пассажирский теплоход вдруг внезапно и загадочно затонул.

– Твоя работа? – позже допрашивал деда Александр, на рыбалке у

Черного озера.

– Там же человек погиб! Остальные спаслись, слава богу. Полагаю, матросы их спасли. У матросов на "Лермонтове" выучка будьте нате.

Двенадцать девяностоместных шлюпок майнают в две минуты! Жора

Богданов там сейчас боцманом.

– Был там боцманом, – поправил косноязычного философа дед Лапа.

И добавил, – форсмажорные обстоятельства. Как ты говоришь: айсберг врезался в "Титаник". А я говорю, лес рубят, щепки летят.

Смерть в разведке дело обычное, – так отвечал на вопросы морехода

Михаил Исаевич, цепляя здоровенного черного линя на кукан.

А смерть Генерального Секретаря коммунистической партии

Советского союза, смерть Леонида Ильича Брежнева, Александр встретил в Бискайском заливе. Была осень 1982 года, шел дождь. Теплоход

"Валериан Куйбышев", разрезая воды штормового залива, двигался генеральным курсом в сторону Кубы. Капитан Юрий Туркин надавил на тифон, в соответствующее время, как предписывалось в только что полученной шифровке, чтобы опечалить мировой океан заунывным звуком.

И небольшую часть пространства этого огромного Бискайского залива стал омрачать печальный гудок теплохода, который советские моряки называли пароходом. Этот пароход был длиной более 150 метров и имел на борту около 10 000 тонн груза.

Множество фамилий записал в свою хитрую записную книжку Федосеев

Михаил. Но может быть умный, но недалекий Гущин отрицал, что все эти фамилии имеют какое-то отношение к советским спецслужбам. В расшифровке историй, какие случались на этом теплоходе, из исповеди

Федосеева все выглядит так.

Практически, все суда Балтийского морского пароходства, являлись центрами вербовки Комитета государственной безопасности. Центральное разведывательное управление США об этом естественно знало, но непосредственно Соединенным штатам Америки угрожали советские пассажирские лайнеры, где на иностранцев составлялись моральные досье с помощью нейролингвистического кодирования мозга, с помощью незаметных для допрашиваемых, контрольных слов-ответов, и с помощью дистанционных детекторов лжи. Досье нужны были для будущей вербовки этих пассажиров. Некоторых, в виде исключения, вербовали прямо на борту судна. Деяния советских разведчиков стали принимать угрожающие масштабы. Поэтому разведывательными органами США пассажирский лайнер

"Михаил Лермонтов" был грамотно уничтожен.

Это сделал новозеландский лоцман, "случайно" проведя теплоход через подводный каменный риф. Пробоины в днище и борту судна были похожи на пробоины "Титаника", длиною сотню метров. Они не оставили шанса советскому пассажирскому лайнеру остаться на плаву. По мнению шпиона Федосеева, американские спецслужбы для уничтожения теплохода

"Михаил Лермонтов" применили своё нейролингвистическое программирование, кодирование штурманов и капитана на отвлечение от своих прямых обязанностей во время прибрежного плавания. Все было сделано грамотно и незаметно. По-американски. Капитан теплохода

"Михаил Лермонтов" Воробьев (Капитан Арам Михайлович Оганов отчего-то в это время был в отпуске), капитан Воробьев почему-то ушел с капитанского мостика, чего в принципе, в данном случае, не должен был делать. Старший помощник капитана теплохода "Михаил

Лермонтов" тупо смотрел на буруны впереди судна, ничего не предпринимая. Рядом со старшим помощником находился второй помощник капитана, который докладывал, что идем на подводные камни, но тоже ничего не предпринял, чтобы изменить курс или остановить движение судна. Секретный сотрудник ЦРУ, то есть новозеландский лоцман, делал все, чтобы отвлечь внимание советских судоводителей. Он уверял, что здесь фарватер, что он часто водит здесь теплоходы. Но осадка