Демонстрация силы - Нестеров Михаил Петрович - Страница 92

– Зачем тебе ориентиры? – обалдел Тимур. – В этом месте скоро вода закипит.

– Как зачем? Через пару лет я приеду сюда на рыбалку. Знаешь, какие тут будут крупные рыбы? Весельчак сказал бы: глаза, а остальное – жопа.

Они раскачали груз и выбросили его за борт.

– Проблемы? – переспросил охранник. Он направил автомат на Блинкова. – Вход посторонним на мостик запрещен. – Он обращался не только к Блинкову, но и к своим товарищам. Тонкий проводок радиостанции протянулся от наушника за ворот рубашки. Ствол автомата повелительно качнулся. – Выходи отсюда.

Автоматчик шагнул в сторону, продолжая держать «котика» на прицеле.

Джеб сделал шаг, другой, третий. На пороге рубки остановился. Он знал, что предпримет в этом случае охранник. И дождался этого действия. Едва ему в спину ткнулся ствол автомата, Блинков резко развернулся, сбивая локтем оружие. Тут же раскрутился в обратную сторону, опуская руку, и поддел сгибом автомат, волнообразным движением направляя его вниз. Охранник даже не успел нажать на спусковой крючок. В следующий миг «котик», используя автомат как рычаг, бросил противника на пол. Коротко замахнувшись, ударил араба в челюсть.

Не глядя на шкипера, Блинков рванул со щитка бесполезный микрофон и его шнуром связал руки охранника. Вооружился его автоматом и с порога предупредил шкипера:

– Развяжешь его – я вернусь и пристрелю тебя. Держи курс на Бур-Сафагу. И давай гудки: «Терплю бедствие!»

Ранья Санна только в коротком перерыве между хитами обратила внимание на молодых людей, которых, кажется, до этого момента на корабле не было. Четверо стояли у рубки, но потом куда-то исчезли. Двое прошли мимо нее в нос судна: один с длинными крашеными волосами, другой коротко стриженный, чуть ниже и шире в плечах своего товарища.

Круиз удался, радовалась Санна. Обслуживание на высшем уровне. Официанты из того же «Синдбада», но сколько перемен произошло с ними. Казалось, они были рождены обслуживать подростков, отвечать им нейтральной, но все же доброжелательной улыбкой на вопрос: «А чего-нибудь покрепче нет?»

Крепче гуавы и апельсинового сока в меню ресторана ничего не значилось.

Еды – сколько угодно. Креветки, кальмары, голуби.

Эта группа детей только вчера вернулась из небольшого круиза на озеро Насер. В связи с малой загруженностью теплохода цены для американских школьников турфирма «Белль Эпок» сбросила вдвое.

Уже совсем скоро на этом судне Камиля Хакима начнется светозвуковое представление. И Ранья была уверена, что оно затмит, конечно же, шоу в Филе. Об этом, нагнетая обстановку, каждые пять минут извещал ди-джей.

Эта палуба словно была предназначена для танцев. Верхняя площадка средней надстройки, окруженная позолоченным парапетом, послужила сценой для ди-джея. Его было плохо видно, зато слышно. Как и положено, он был в темных очках, вязаной шапочке, говорил исключительно по-английски.

Охранники не бросались в глаза своим строгим видом. Они лишь пару раз показались в этой части судна.

Ранья вспомнила, что видела еще одного длинноволосого парня – мельком, с головой вовлеченная в это яркое шоу. В компании шкипера он прошел в нос корабля, но вернулся ли? Шкипер наверняка поднялся на мостик. Но этого при всем желании увидеть было невозможно.

Она не отметила внешность незнакомого парня, но он точно не местный. Санна сейчас вспомнила его деловую походку. Он был среднего роста, строен. Он походил на военного. Чем? Выправкой. Поступью. Поворотом головы в ее сторону.

Бог мой! Он точно обернулся и…

Не может быть! Ранья могла поклясться, что он несколько мгновений смотрел на нее. Разглядывал? Чушь собачья.

Женщина коснулась подбородка, как делала это всегда, когда хотела сосредоточиться на чем-то важном. Отдернула руку: от припухлости на щеке почти не осталось следов, а вот боль все еще давала знать о себе.

И вдруг внутри нее раздался вскрик: «Это он ударил меня!»

Санна почувствовала каждый волос на голове. Она не испугалась бы больше, увидев вылезающего из могилы мертвеца. Этот короткий и острый, как лезвие, миг был страшнее ночного кошмара.

Бандиты, бесчинствовавшие на «Екатерине», здесь. И тут же получила подтверждение: со стороны кормовой рубки раздались автоматные очереди.

Борис Родин не заметил первого охранника, но отреагировал на целую толпу. Они выбегали из рубки через неприметную дверь, будто замаскированную за водяными трубами и судовыми креплениями. Родик был единственным из команды, кто не служил в армии, и попал в ее состав, по словам Кока, по недоразумению. Он был классным пловцом, с водой на «ты» и только-только начал «тыкать» оружию. Он и Веселовский познакомились с морпехами в Хургаде – их домики были рядом. Так случилось, что все шестеро парней впервые увидели Красное море. Лишь Тимур приезжал в Хургаду в третий раз.

Родик придавил спусковой крючок и отстрелял в спину головному охраннику. Вот сейчас он действовал грамотно, останавливая бегущих за ним товарищей. Даже задел кого-то. Но в магазине скорострельного «микроузи» было всего двадцать патронов, и Родик израсходовал весь запас. Он пригнулся и, меняя место, перекатился по палубе. Полез в карман за запасной обоймой. Он достал магазин, но вставить его в рукоятку не успел. Его тело прошили очереди сразу из трех автоматов. Он дергался в агонии, уже не чувствуя боли, а пули продолжали вспарывать его тело.

Все случилось быстро. Потому что это был настоящий бой.

Адмирал Маккормик доедал томатный суп в столовой, когда дежурный доложил ему о звонке генерала Пейса. Наскоро отерев губы салфеткой, Маккормик прихватил со стола пластиковый стакан с кофе и поспешил за лейтенантом. Стояла страшная жара. Адмирал был в шортах, майке и безрукавке, в многочисленных карманах которой уместились сигары, сотовый телефон, очки в футляре.

У него была отнюдь не спортивная фигура. И вообще сейчас он смотрелся потешно: кроссовки, длинные черные носки, розоватые ноги и нависший над всем этим живот. Искусственное освещение, включающееся с наступлением темноты автоматически, походило на огни съемочной площадки, где репетировалась комедийная сцена.