Черный беркут - Нестеров Михаил Петрович - Страница 63

Следователь вдруг хлопнул себя по лбу, наткнувшись на фантастическую мысль, которая впоследствии совсем потеряла феерические очертания. Аксенов предположил, что золота и не было в сейфе, а налет на «Радугу» был чисто показательным, как бы предупреждение для Блинова. Тем не менее Блинов не внял. И тут же попадает в автокатастрофу. Потом...

Аксенов запутался в умозаключениях, и тут черт его дернул включить телевизор в кабинете! Он услышал о том, о ком думал последние полчаса. Репортер обратился к зрителям:

«А сейчас, как мы и обещали в начале нашей передачи, встреча в госпитале с членом правления спортобщества «Маяк» Блиновым Юрием Ивановичем».

Следователь с удивлением рассматривал полное лицо бригадира, его усталые глаза, тяжелую походку, рукопожатия, услышал обещание дать денег на лечение и последнюю фразу, после которой он покинул больничную палату:

– Ты лучше их снимай.

Аксенов мог поклясться, что уловил вдруг связь между посещением адвоката, появлением Блинова в госпитале и теми же ремезами. Но мысль мелькнула и исчезла. Истина была близко, в ее отсвете следователю привиделась какая-то комната, набитая совсем молодыми парнями. Что-то неестественное было в их облике, словно чего-то недоставало... Еще чуть-чуть, и он понял бы все, но...

Он устало провел рукой по лицу: устал. Пора домой. Дома додумаю. Не мешало бы посетить квартиру Ремеза, по словам Николая, тот жил один. Может, там он наткнется на что-то.

Дверь открыла жена. Взгляд у нее будничный, не веселый или хитрый. А хотелось, чтобы ее глаза были именно такими. Притвориться, что не заметил, дождаться, когда сама скажет: «К нам Николай приехал». И в этот раз не переспросить: «Какой Николай?», а шагнуть в комнату и протянуть навстречу брату руки.

Такой случай представится не скоро. Если вообще представится.

Аксенов плюнул три раза через левое плечо. Как ты там, Николай? Здесь творится что-то необъяснимое.

Взгляд жены стал более серьезным, даже злым.

– Ты чего плюешься, словно ведьму увидел?

– Ты и есть ведьма. – Аксенов притянул жену и поцеловал. – Гарпия.

– Ничего не понимаю... А ну посмотри мне в глаза... Не нравится мне твой взгляд, какой-то он плутоватый...

57

Утром Аксенов позвонил Прокопцу и предупредил, что будет, наверное, только к обеду. Он пока не разобрался с тем нагромождением информации относительно адвоката, Блинова, его посещения госпиталя и самого Ремеза. Еще вчера он подумал о том, что посещение квартиры спецназовца прояснит ситуацию. Официально действовать было рискованно, поэтому Аксенов прямо с утра направился в 32-й участок милиции. Ему казалось, что он нашел выход, предстоящие действия можно было бы назвать полулегальными.

Участкового, который курировал дом на Большой Песчаной, 57, звали Егоровым. Капитан Егоров долгое время работал в пожарной части. За четыре года до пенсии ему предложили место участкового. Оформление на другую работу прошло быстро, пожарники и милиция принадлежат к одному ведомству.

Однако Егорова на месте не оказалось. В паспортном столе, который вместе с кабинетом участкового находился в одном крыле здания, следователю сказали, что Егоров только что уехал и будет только к обеду. Аксенову ничего не оставалось, как отправиться на работу.

До двенадцати часов дня он просидел над муторным делом о нарушении избирательного права. Голова пошла кругом. Захлопнув толстенную папку, он бросил ее в сейф.

Помощник начал было выражать начальнику свои соболезнования по поводу «интересного» дела, но его излияния прервал телефонный звонок.

– Да, Аксенов слушает... Да, конечно. – Он прикрыл трубку ладонью. – Петя, без обиды, погуляй минут несколько, хорошо?

Прокопец послушно вышел.

Звонок был из Управления по борьбе с терроризмом.

– Дмитрий Иванович, здравствуйте, Осоргин беспокоит. Разговор, конечно, не телефонный...

Аксенов, почувствовав, что может помочь Николаю, рассказал все, что знал: о гранатометах, шнеках... После разговора с Осоргиным следователь надолго задумался. Сейчас он понял, как можно беспрепятственно, причем легально проникнуть в квартиру Ремеза. И его инициативой этот шаг можно назвать с большим натягом. А у Ремеза ему побывать просто необходимо.

Если Осоргин откажется, воспользуюсь полулегальным методом, подумал Аксенов и набрал номер директора Департамента «А».

– Вадим Романович, – начал Аксенов, – у меня есть одно соображение. Не знаю, понравится оно вам или нет. Однако вы сами сказали, что любой минимум информации по Николаю и его...

– Постарайтесь изъясниться короче.

– Хорошо. Мне нужно побывать в квартире Алексея Ремеза. Не исключено, что наткнусь на нечто интересное, поскольку последние дни мой брат жил у Алексея и его квартира была местом сбора отряда. Я вынужден просить вашего содействия – даже не через Куренкова. На то две причины: чтобы не бросить тень на порядочного человека, хозяина квартиры, – это раз, а кроме того, не хочу иметь неприятности от своего начальства. У меня есть некоторые соображения...

Егоров удивился, когда незнакомец, прикрыв за собой дверь, представился старшим следователем городской прокуратуры, показал удостоверение советника юстиции.

– Я знаю, дом номер 57 по Большой Песчаной улице находится в вашем ведении.

Егоров кивнул, бросив взгляд на карту своего участка. Он даже решил встать и показал на карте, где расположен искомый дом.

– Я вижу, спасибо, – поблагодарил его Аксенов. – Ваши часы не отстают? Мне кажется, мои немного спешат.

– Нет, сейчас точно без двух минут два.

– Подождем еще две минуты.

И снова на лице участкового промелькнуло удивление. Он молча пожал плечами.

– Вы позволите? – Следователь открыл папку и занялся бумагами. Егоров кивнул и потянулся к телефону. Гость остановил его: – Не занимайте линию, сейчас сюда должен позвонить директор Управления по борьбе с терроризмом.

– Кто?! – Участковому снова захотелось взглянуть на удостоверение нежданного гостя. – Кто должен позвонить?

Аксенов указал рукой на телефон, который в это время дал о себе знать переливчатой трелью.

– Директора зовут Вадим Романович, – сообщил он. – Поднимите трубку.

Егоров опасливо выполнил просьбу.

– Да... Егоров слушает... Вы уверены?.. Хорошо, соедините. – Он не спускал глаз со следователя из прокуратуры. – Да, Вадим Романович, Егоров слушает... Да, все понял... Обязательно... Он у меня. Дать ему трубочку?.. До свидания. – Участковый окончил разговор и промокнул вспотевшую лысину платком. – Нам с вами велено проникнуть в квартиру № 17 в названном вами доме, – заговорщически сообщил он.

– Как вы поняли, – строго проговорил Аксенов, – это весьма деликатная просьба. Директор попросил вас не распространяться на этот счет?

– Да.

– Дело в том, – пояснил следователь, – что хозяин квартиры сейчас отсутствует. Его фамилия Ремез, зовут Алексей Алексеевич. Можете не сверяться, я знаю это наверно.

– А что он натворил? До меня пока не доходили жалобы из этой квартиры.

– В том-то и дело, что ничего. Он состоит на службе в отряде спецназначения ФСБ. Сейчас он в командировке. Понимаете?

– Да, – кивнул Егоров.

– В отсутствие хозяина мне надлежит забрать кое-что из его квартиры. Это очень важно. Только не подумайте, что хозяин замешан в чем-нибудь. Так сложились обстоятельства: срочность одного важного вопроса плюс еще несколько сопутствующих факторов.

– Да, я понимаю.

– Вам необходимо взять с собой слесаря, чтобы тот открыл квартиру. У вас есть опытный человек?

– Да, трижды судимый за кражи с проникновением в жилища, – сообщил участковый. – Статья 144. Работает в нашем жэке.

– Статьи я хорошо знаю. По новому уголовному кодексу она проходит под другим номером. Ну что, пойдем?

Слесарь, тщедушный человечек лет сорока с небольшим, с голубыми глазами, обрамленными черными ресницами, осмотрел замки и открыл компактный металлический ящик со слесарными инструментами. Со дна ящика он достал тугой сверток из кожзаменителя, выбрал нужный инструмент и приступил к делу. Через полминуты слесарь, выпрямившись, толкнул дверь рукой.