Черный беркут - Нестеров Михаил Петрович - Страница 62

Кавлис отстегнул замки на жилете.

– Нужно шнуровку подогнать, даже для меня слишком свободно.

– Подгоним, – успокоил Ремез. – Переворачивайся.

Когда Кавлис влез в жилет по-новому, ему стало намного удобнее. Он мог держаться руками за шею Алексея. Теперь ленты с замками находились у него на спине. Ловчак замкнул их, и Алексей пробежался по лагерю. Он еще несколько раз тряхнул майора, осведомился, удобно ли тому.

– Теперь отрепетируем несколько раз, чтобы не возиться на месте. – Ремез указал пальцем на Женю Ловчака. – Хохол, ты надеваешь на командира бронежилет, помогаешь ему влезть в «разгрузку» и застегиваешь ее. Поехали.

Кавлис опустился на колени. Хохол быстро надел на него бронежилет, застегнул. Ремез присел, весьма натурально оглядываясь и поводя стволом автомата. Ловчак помог майору продеть руки в проймы «разгрузки», застегнул замки и хлопнул Алексея по плечу. Ремез поднялся и побежал. За ним, прикрывая командира, устремились Ловчак и Михайлин. Сапрыкин и Гриша Касарин замыкали шествие, передвигаясь боком, контролируя ситуацию; стволы автоматов беспокойно отмечали невидимые цели.

– Стоп! – отдал команду Ремез. – Еще раз.

– Не тяжело? – спросил Кавлис, освобождаясь от жилета.

– Тяжело было бы с огнеметом, – не мог успокоиться Алексей. – А Игорь весит сейчас меньше «шмеля». Спроси у Саньки, как я его на марш-броске из болота тянул. Смотрю – нет моего друга-чувашина, одна башка торчит над водой, и та захлебывается. Ну я ему ручкой сделал: чипер кай, ача[10], буль-буль. Потом жалко стало, тонет малай, дал утопленнику зацепиться за свою шею и попер. Скажи, Санек?

– Пер, как водолаз. Пузыри и спереди и сзади, – вспоминал Сапрыкин.

– Нет, как я его тянул!.. Ну что, готовы?

– Погоди, Леша, – Кавлис на секунду задумался. – Работать будем ночью, вполне возможно в полной темноте, практически на ощупь. Женя, потренируйся на замках с закрытыми глазами.

Отрепетировали еще два раза. Кавлис внес очередную поправку:

– Неплохо бы под ягодицами Игоря проложить ремень и закрепить его на поясе Алексея. Тогда бы ему удобнее было передвигаться. А то мне приходится поджимать ноги, напрягаться. У Игоря сил очень мало, он не сможет долго провести в таком положении, что затруднит движения Алексея.

– Тогда лучше под коленями. Как это будет выглядеть?.. – Ремез нахмурил брови. – Игорь обхватывает меня ногами, под колени проводим ремень и закрепляем его... Нет, на спине не получится, понта нет. А ну, Николай, садись на меня и обхватывай ногами. Только не делай резких движений.

Кавлис выполнил просьбу.

– Смотрите, где лучше ремень закрепить?

Ловчак обошел их кругом.

– На шее. Сделаем кольцо из лямок рюкзака, подведем его под колени командиру и за твою шею.

– Ну ты, хохол, и придумал! Ты лучше предложи мне закусить лямки зубами, как удила. Нет, это не выход. Тереть будет шею, и я быстро устану.

– Да чего тут думать! – Сапрыкин подошел к Алексею спереди и связал ноги Кавлиса. – А ну, давай, пробуй.

Алексей пробежался по лагерю.

– Ну вот, совсем другое дело, – одобрил он. – Какие ощущения, командир?

– Сейчас вроде бы неплохо. Игорь пониже меня ростом, так что тебе будет удобно.

– Слезай. Прогоним все по-новому. В одиночку хохол долго будет возиться. Слава, ты будешь вязать ноги командиру. Готовы? Поехали...

Глава седьмая

56

Новоград

Сегодня Аксенов намеренно задержался на работе. Прокопец тоже выразил желание повечерять, однако следователь бесцеремонно отослал его.

В ходе следствия выявилось множество фактов, которые так или иначе выводили Аксенова на Алексея Ремеза. Выводили. Но никогда не выведут. Если бы не Николай, Ремез уже сидел бы перед следователем и отвечал на вопросы. И самый первый из них касался бы красивого названия спецподразделения «Черные беркуты», поскольку оно было напрямую связано с Николаем.

Он бы не стал спрашивать Ремеза: «Николая Кавлиса знаешь?» – а позвонил бы брату и спросил про бывшего бойца его подразделения. Это не его обязанность собирать характеристики на обвиняемых или подозреваемых, но дело необычное: преступники с самого начала стали в какой-то степени симпатичны следователю.

Ребята приняли непосредственное участие в освобождении заложников. И эта девочка, Света, спросила об Алексее: «Кто он?» – а следователь не мог ответить на этот простой, казалось бы, вопрос.

Из-за Николая дело повисло. Старший следователь прокуратуры был вынужден возобновить разговор со своим помощником, предложив версию о причастности вооруженной преступной группы к нескольким ограблениям.

– Знаешь, Петро, – обратился Аксенов к помощнику, – с каждым днем я убеждаюсь, что ты прав: все ограбления сделаны разными людьми. Действительно, ничего похожего, кроме одного: маски. При таком подходе к делу можно заподозрить и тех ребят, что освобождали заложников.

– Кстати, вы не знаете, из какого отряда были эти парни? – спросил Прокопец.

– Знаю.

– И не скажете?!

– Не скажу.

– Дмитрий Иванович!.. Они хоть местные? Новоградские?

– Нет, специально вызваны по приказу Управления по борьбе с терроризмом.

– Жалко, – протянул помощник. – А я, Дмитрий Иванович, в прошлый раз подхватил вашу мысль и сейчас в отличие от вас все больше убеждаюсь, что банк «Бизнес-Союз», фирму «Новоградскую» и универмаг «Радугу» пощипали одни и те же люди. Постойте, постойте, Дмитрий Иванович, я выскажусь до конца. Я пошел от обратного, как вы меня и учили, взяв за отправную точку такую черту, как дерзость. Ее и фактом-то не назовешь. Но я зацепился за автоматы...

Аксенов, в течение пятнадцати минут слушая помощника, убедился, что Петя не пришел ни к какому выводу. И он посоветовал ему больше внимания уделить версии с гастролерами.

День вчерашний начался не совсем обычно – телефонным звонком адвоката потерпевшей материальный ущерб фирмы «Русское золото», он настаивал на встрече. Когда пришел, заявил, что у его клиента в лице ювелирной фирмы нет материальных претензий к преступникам, которые совершили налет на «Радугу».

– Как же так? – Аксенов открыл дело и нашел в нем список похищенного.

– Недоразумение, – коротко сообщил известный всему городу адвокат. – Все золотые изделия оказались в другом месте. В неразберихе совсем забыли о том, что золото переложили в другой сейф. Виновные наказаны в административном порядке.

– А кто эти виновные, можно узнать?

– Мне кажется, это внутреннее дело ювелирной фирмы «Русское золото». Вам же, если я правильно толкую букву закона, надлежит принять заявление к производству. Даже не придется вызывать свидетелей. Как я уже сказал, внутренние дела фирмы улажены в соответствии ее уставом. Я понимаю, поиски якобы пропавшего золота отняли ваше время, были проведены оперативно-розыскные мероприятия и так далее. Если у вас появятся вопросы, звоните мне по этому телефону.

Адвокат оставил свою визитную карточку, тисненную золотом, и удалился.

Тут что-то не так. Аксенов попробовал связать визит адвоката с аварией на объездной дороге, в которой чуть было не погиб Юрий Блинов. Тот самый, которого таким образом предупредили. Возможно. Хотя доподлинно установлено, что водитель не сумел справиться с управлением на скользкой дороге. И Блинов внял совету. Если исходить из понятия «возможно», предупреждали бригадира все те же ремезы. Правда, в таком случае адвокат должен был явиться сразу же – на следующий день или чуть позже.

Однако пауза затянулась. И вот он приходит, когда Алексея уже который день нет в городе. Правда, кроме него, есть еще около десяти человек, способных серьезно поговорить с Блиновым. Могли и пообщаться – до и после аварии. Блинов не дурак, не захочет афишировать целую вереницу наездов на собственную персону. Выходит, наезжали на него до тех пор, пока не испекли.