Год 1942 — «учебный» - Бешанов Владимир Васильевич - Страница 89

В итоге «флоты мы всячески готовили к войне, но эти приготовления не нацеливали на конкретные задачи, а без этого это еще не подготовка. Научить корабли дратьсябезотносительно к противнику («красные» начинают и выигрывают. — Авт.) — это важно, но далеко еще не все», а при планировании операций, даже десантных (!), «флотским вопросам не придавалось большого значения и с моряками не только не советовались, но они даже не инфрмировались как следует».

В 1941 году на Черноморском театре военных действий у советского флота не было реальных противников, румынские корабли у наших берегов не появлялись. В мае — июне 1942 года немцы и итальянцы перебросили в Крым дюжину торпедных катеров и шесть карликовых подлодок прибрежного действия. Осенью 1943 года появились 6 немецких сумбарин второй серии, доставленных из Кильской бухты. Основным же боевым средством германского флота на Черном море стали быстроходные десантные баржи и самоходные паромы, вооруженные артустановками, бомбосбрасывателями и выполнявшие многообразные боевые задачи. Их насчитывалось около сотни.

Количественное превосходство Черноморского флота над военно-морскими силами противника было абсолютным. Он вступил в войну, имея в своем составе 1 линкор, 5 крейсеров, 3 лидера, 13 эскадренных миноносцев (кроме того, в январе 1942 года вступил в строй эскадренный миноносец «Свободный»), 47 подводных лодок, 84 торпедных катера, 802 самолета. С началом боевых действий были мобилизованы десятки судов, переоборудованных в сторожевые корабли, канонерские лодки и тральщики.

Флот выполнял следующие основные задачи: 1. Набеговые операции с целью обстрела побережья противника и содействие своим сухопутным войскам.

Как правило, такие акции оборачивались потерями и повреждениями кораблей при минимальной их эффективности. Так, при набеге на Констанцу 26 июня 1941 года на румынском минном поле погиб лидер «Москва», а лидер «Харьков» получил серьезные повреждения от огня береговых батарей. 2 сентября 1942 года при обстреле порта Феодосия торпеду в борт получил крейсер «Молотов»; взрыв оторвал 20 метров кормы вместе с рулем, корабль простоял в ремонте до июня 1943 года.

29 ноября 1942 года в ходе набеговой операции на побережье Румынии подорвался на мине крейсер «Ворошилов». По мнению адмирала Басистого,

«…еще раз проявилась наша недооценка минной опасности… Крейсер „Ворошилов“ и эсминец „Сообразительный“, оказавшись на минном поле, по существу, повторили ошибку кораблей, действовавших здесь в первый месяц войны. Параваном{4}эсминца была подсечена мина. Это сигнал о серьезной опасности. Следовало немедленно выходить из района минного заграждения, причем выходить задним ходом, ни в коем случае не уклоняясь в сторону от линии первоначального движения. Таково требование инструкции. А крейсер и эсминец этого требования не выполнили. «Сообразительный», затеявший разворот на обратный курс (!), конечно, подвергался серьезной опасности подрыва на мине. Безусловно, подвергался ей и «Ворошилов», продолжавший движение вперед (!)… И вот результат — мины, взорвавшиеся в правом и левом параване, нанесли крейсеру немалые повреждения».

Обстрелы побережья и портов зачастую производились с больших дистанций, огонь велся по площадям и без корректировки, поэтому и результаты высокими быть просто не могли. [406] Линейный корабль «Парижская коммуна» в этих обстрелах окончательно «доизносил» каналы стволов главного калибра (при выстрелах вместе со снарядами вылетали выкрошившиеся куски металла) и с февраля 1942 года он стоял в Поти, участия в боевых действиях больше не принимал.

Наконец, 6 октября 1943 года вышедший из Туапсе с целью нанесения ударов по портовым сооружениям Ялты и Феодосии отряд кораблей в составе лидера «Харьков», эсминцев «Способный» и «Беспощадный» был уничтожен немецкими пикировщиками.

2. Постановка минных заграждений.

Наиболее достоверным результатом этой работы стал подрыв на собственных минах эскадренных миноносцев «Совершенный», «Способный», «Смышленный» и «Дзержинский».

3. Обеспечение десантных операций.

Из тринадцати морских десантов, высаженных за войну Черноморским флотом, лишь четыре имели оперативное значение, причем в конце концов большинство операций — Феодосийская, Керченская, Евпаторийская, Алуштинская, Суданская — закончилось разгромом и гибелью высаженных войск.

Боевые корабли и подводные лодки привлекались также для переброски воинских контингентов и грузов, что в принципе не соответствовало их назначению, но диктовалось обстановкой. При этом обеспечение блокированного Севастополя стоило гибели крейсера «Червона Украина», четырех эсминцев, двух подводных лодок. При проведении Феодосийской десантной операции тяжелые повреждения получили эскадренные миноносцы «Шаумян», «Железняков», «Незаможник», крейсер «Красный Кавказ». Последний провел в ремонте 10 месяцев.

4. Борьба на коммуникациях.

Немцы осуществляли активные морские перевозки, в первую очередь для обеспечения своей крымской группировки. [407] Наличие Черноморского флота существенного влияния на них не оказывало. Советские надводные корабли боевых столкновений с равноценным противником не имели, ввиду отсутствия такового. На их счету нет ни одного уничтоженного вражеского корабля или подводной лодки. Впрочем, на рубке гвардейского эскадренного миноносца «Сообразительный», единственного уцелевшего из пяти черноморских усовершенствованных «семерок», красовалась цифра «2», свидетельствовавшая о потоплении двух субмарин, но… одной из них была советская Щ-206, взорванная глубинными бомбами в районе Констанцы, другую просто «приписали» по результатам обстрела ялтинского порта.

Подводники Черноморского флота записали на свой счет 63 потопленных и 13 поврежденных транспортных судов противника. За войну, по советским данным, неприятель потерял на театре военных действий 466 боевых и вспомогательных судов и 324 транспорта, но достоверными считаются цифры 279 и 217 соответственно. Оновные потери, в том числе 6 подводных лодок, немцы понесли от воздействия авиации в 1943-1944 годах, из них более 50% — в базах.

После «черного дня» 6 октября 1943 года Верховный Главнокомандующий распорядился перевести все крупные корабли Черноморского флота в резерв Ставки — Сталину нужно было оставить хоть что-то, способное «нести флаг» после войны. Участия в боевых действиях они больше не принимали.

К этому времени флот потерял 1 крейсер, 3 лидера, 11 эсминцев (в строю оставались «Сообразительный», «Бойкий» и 2 «новика» образца 1917 года — «Незаможник» и «Железняков»; в капитальном ремонте до конца 1944 года находился эскадренный миноносец «Бодрый»), 18 подводных лодок. Потери в малых кораблях и судах не подсчитаны до сих пор, многие из них числятся пропавшими без вести, но общий счет здесь идет на сотни. [408] Германские катерники потопили двадцать и повредили одно советское судно. Суммарные потери советского флота на Черном море относительно потерь противника за весь период войны оцениваются как 1: 0,6 и в общем несоразмерно велики по сравнению с нанесенным неприятелю ущербом.

Как традиционно повелось в новой и новейшей истории России, основную роль моряки играли на суше. Морские стрелковые бригады и батальоны участвовали в обороне Одессы, Севастополя, Сталинграда, Таманского полуострова, Туапсе и Новороссийска. В ходе битвы за Кавказ Черноморский флот выделил около 40 тыс. бойцов морской пехоты и береговой охраны, 150 береговых и 200 зенитных орудий, 250 самолетов, 250 кораблей и судов в состав Приморской, затем Черноморской групп. Всего же в масштабе ВМФ с кораблей на фронт ушло более 400 тыс. человек.

К 1 сентября под Новороссийском наименее защищенными оказались подступы к городу с запада. Это объяснялось тем, что недостаточное количество войск в 47-й армии не позволяло заблаговременно занять подготовленные позиции на внутреннем оборонительном обводе. Кроме того, отсутствие резервов не давало возможности командованию армии проводить контратаки, и части с боями отходили в горный район северо-воеточнее Новороссийска. В связи с выходом немецко-румынских войск к внешнему обводу оборонительного района, командующий фронтом приказал главные силы 47-й армии сосредоточить на направлении Неберджаевской и Верхне-Баканского. Из резерва фронта в армию передавалась 318-я стрелковая дивизия под командованием полковника В.А. Вруцкого.